Джохар и Александр. Столкновение цивилизаций

Рядовой Джохар К. сидел рядом со мной на глинистом склоне берега Аму-Дарьи и с тоской поглядывал на запад. На западе - родная Чечня. Стояла зима 1979 года. Мы оба служили в пустыне, в сутках езды от Чарджоу и в двух - от Ташкента. Но первая в моей жизни встреча с мусульманами состоялась раньше, ещё в Ашхабаде.

Открытых православных отправляли проходить срочную воинскую службу в Среднюю Азию. Вроде бы повсюду в Союзе - атеизм, а, тем не менее, негласным указом христиан погружали в среду исламской культуры. В Москве ислама практически не было. Даже Гейдар Джемаль - ныне вождь и символ - в те годы исканий и томлений порой захаживал на христианские подпольные собрания. 

В Ашхабад призывников привезли в в/ч химзащиты. Здесь нас ждали стрижка, баня и ритуал смыслового преображения: вошел в баню по гражданке - вышел в «х/б-б/у» (форма хлопчатобумажная, бывшая в употреблении). Метанойя.

Я был молод и не понимал мистику ритуала, который требовал не мытья, а катанья. Сдуру действительно намылил голову. Тут-то ослепленного хозяйственным мылом и потянули меня за цепочку креста крепкие туркменские руки.

Крестик - красивый "карловацкий", подарок духовника, привезённый в СССР кем-то неведомым вместе с красочными иконками Ксении Петербургской  из "самой Америки".  Цепочка паяная - пока рвали, чуть шею не пропилили. Жалкие слепые попытки отстоять последнюю связь с прошлой жизнью завершились потерей зубов и краткой нотацией: "запомни, здесь тебе не Россия".   

Позже я поумнел, окреп и в путешествиях по воинским частям Туркестанского военного округа встречал межрелигиозный конфликт с открытыми глазами. А другой крестик письмом мне прислал друг. Он получил его в Богоявленском соборе на всенощной из рук Патриарха Пимена. Алюминиевый, софринский. Я его носил на шнурке от солдатского ботинка. 

Армия - не тюрьма. Люфт свободы намного больше. Выбор общения - шире. С Джохаром мы дружили, и, попадая вместе в наряд, много говорили о Боге. Он уважал меня за православное упрямство, бесконечные  конфликты с командованием в отстаивании права носить крест и помогал прятать Евангелие, за которым охотился замкомроты по политическому воспитанию. Я уважал его за то, что он не боялся смерти. Он был единственный чеченец в батальоне. Грузины его ненавидели. Пытались убить, но в жутких драках он выживал, выходя победителем. Выживал потому, что каждый раз был готов умереть, и это превосходство над смертью заставляло бежать его противников.   

Джохар был сиротой. Его воспитала бабушка, и вера была для него нормой. Естественной составляющей повседневной жизни. Порой казалось, что в вопросах веры нам не о чем спорить. Как часто бывает у молодых - поначалу находишь только общее.

И приходили в восторг от совпадения религиозного опыта. До тех пор, покуда Джохар не задал мне прямой и самый важный вопрос. Он проповедовал страстно и убежденно, пытаясь заставить меня полюбить его сокровенное. Мои "заблуждения" горячили его, раздражали. 

Мы сидели на берегу Аму-Дарьи и глядели в глубокий котлован. Там копошились "химики" и солдаты. Они строили Тюямуюнскую ГЭС.  

Как не предать "правило веры" и не порвать ткань человеческих отношений, уже связавшую двоих? И сегодня я не могу того понять. Здесь, именно здесь и находится первопричина того, что называют "религиозным конфликтом". Душевная связь и связь в Боге далеко не одно и тоже. Я не стал лгать Джохару. Встали. Он подошел вплотную. Пуговица к пуговице. Звездочка к звездочке. Душевное рвалось. Мы слышали треск этой невидимой ткани. Его глаза были полны. Они были полны непонимания.   

До самого моего назначения в Ташкент на новое место службы, мы ни разу не посмотрели друг другу в глаза и не обмолвились ни словом. Накануне отправки он не зашел и в каптёрку на отвальную. Я забросил на сиденье вещмешок с сухпайком на двое суток. Ветер перемешивал  кызылкумский песок с сухим снегом, обмётывая как веником плац. Начищенным сапогом я постукивал по заднему скату, затягивая погрузку. Мне хотелось видеть его. Заметил вдруг, что он  стоит на крыльце казармы, безвольно опустив руки от одиночества. В одной белой нижней рубахе поверх зеленых галифе. Чуть заметным движением мы кивнули друг другу сквозь окна уазика, который разделял нас. Я уехал. Увозя Евангелие, которое помогал мне прятать Джохар. 

Автор: ЩИПКОВ Александр, главный редактор портала "Религия и СМИ"

http://www.foma.ru/dzhoxar-i-aleksandr.-stolknovenie-czivilizaczij.html

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Александр Щипков:
Риторика и реальность
Как приобретается особая форма власти?
14.10.2019
Риторика и реальность
Как приобретается особая форма власти?
14.10.2019
Это серьезная заявка на участие в политической борьбе
Открытое письмо священников в защиту участников беспорядков в Москве представляет собой политическую акцию, для которой правозащитная риторика становится формой
19.09.2019
Все статьи автора