Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

«Победа будет за нами»

Протоиерей  Василий  Ермаков, Православный Санкт-Петербург

02.04.2011


3 апреля - память прп.Серафима Вырицкого …

Войну Германия начала в день памяти Всех Святых, в земле Российской просиявших. И как прп.Сергий Радонежский благословил св.князя Димитрия Донского на сражение с татарами на Куликовом поле в далёком 1380 году, а Патриарх Гермоген - русских воинов на борьбу с польскими панами в 1611-1612 годах, так и первоиерарх Русской Православной Церкви митрополит Сергий (Страгородский) уже 22 июня 1941 года благословил советский народ на защиту Отечества: «Наша церковь всегда разделяла судьбу народа... Не оставит она народа своего и теперь... Благословляет она небесным благословением и предстоящий народный подвиг...» А И.В.Сталин по радио 3 июля 1941 года обратился к народу: «Братья и сёстры...». Впервые.

Увы, война шла не только на передовой. Гитлеровцы истребляли и мирное население - женщин, детей, больных, стариков. Только в Ленобласти за время оккупации фашистами расстреляно 6165, повешено 876 человек, умерли после истязаний и пыток в гестапо 23 899, а в лагерях погибли 109 955 человек. Прошло почти 60 лет. Но всплывает иной раз эпизод из военного детства. Тогда замирает и, кажется, вот-вот остановится сердце...

«Был голод. Помню, как накануне Пасхи ели напаренную рожь, какие стояли длинные очереди, какая давка была за хлебной пайкой. Хотя разрушенные храмы были забиты зерном... Не имели мы понятия о сахаре, радовались тюльке по 15 копеек за кило. Зато потом, в лагере, было легко - я привык к голоду... Хлеба наелся после войны, после 1949 года... Детские концлагеря - есть ли что страшнее? Быть рабом - это надо пережить, чтобы понять, что хуже нет ничего. Жизнь в лагерях - это море слёз по родному дому, по свободе, которую можно оценить, только потеряв её.

К сожалению, у нас ничего не знают о так называемых незначительных, местных лагерях. Там не всегда существовали особо жёсткие режимы содержания. Там не всегда выкачивали кровь у детей. Там не изготовляли абажуры из человеческой кожи. Там просто уничтожали. Сотнями, тысячами, десятками тысяч... Вот и небольшой детский концлагерь в пос.Вырица не попал в официальный список лагерей, составленный в 1945-1946 годах. Памятник детям в Вырице долгое время был единственным в России. Он напоминает не только о погибших в Вырице, но обо всех детях-узниках минувшей войны. А также о тех, кто им помогал выжить. И конечно же, уцелевшие лагерные дети помнят о молитвеннике иеросхимонахе Серафиме Вырицком (в миру В.Н.Муравьев, 1866-1949).

Их воспоминания безценны, ибо свидетельствуют о молитвенном служении старца в годы войны. «Это был замечательный человек. В войну он уже лежал, а последние шесть лет почти не вставал. А сколько он сделал всем добра: успокаивал матерей, помогал детям. Для каждого находил утешительное слово, а плохого старался не говорить, чтобы не огорчить», - вспоминает бывшая узница Н.Зеленина. - Он лежал на своей кроватке в маленькой келье. Наша бабушка училась в епархиальном училище и пела в церковном хоре. Она положила на музыку стихи батюшки «Пройдёт гроза над Русскою землёю...», а мы ему пропели их. Он улыбался, видно было, что остался доволен и пением, и нашим приходом. Жил он скромно, ел мало, всё время постился и молился. Если ему что приносили в то голодное время, чтобы его поддержать, тут же отдавал нам, детям, или другим людям. Мы были у него несколько раз.

Рассказывал он нам о своей жизни, о поездках за границу и встречах с людьми. Это было открытие мира, ведь мы, дети, ничего ни о чём не знали. Понимаете, для детей в любом возрасте главное - это мама, которая «всё может» - защитить, согреть, накормить, рассказать сказку. А дети-узники видели лишь забор из колючей проволоки, злых сторожевых собак, обстрелы, обыски. И даже в играх обыгрывали именно эти моменты, ибо ничего другого не знали. А о.Серафим очень много повидал, знал, он хотел вернуть детей к мыслям из обычной жизни, старался просветить, помочь. Поход к нему был праздником. Но потом возвращались думы, от которых было некуда спрятаться».
Вот несколько воспоминаний бывших узников. Тамара Леонтьева: «Уходя на войну, папа сказал: «Я скоро вернусь, не уезжайте».

Оставшихся призвали на оборонительные работы: мама ходила копать траншеи, брат разносил повестки на фронт. 28 августа 1941 года был страшный воздушный бой... 29 августа пришли немцы. Помню, как в меня стреляли, когда заглянула в яму, где немцы хоронили своих солдат. Жители стали умирать от голода. Под шквальным огнём женщины ползали в поля за хряпой, выкапывая её из-под снега, многие не возвращались... Облизаны были все консервные банки, съедены все собаки, лягушки, кошки... Ели даже... из-под лошадей. Весной 42-го умерла от голода мать. Детей немцы перевезли в Никольское. Здесь малыши трёх-четырёх лет, с огромными животами, грызли солому, подушки. Помню, как они клубочком, замёрзшие, лежали вдоль заборов. Потом нас вывезли в Вырицу». Е.Шахова: «По приказу Гитлера запрещалось исполнение русской музыки. Ведь народные песни укрепляли, поднимали дух невольников. Только песне «Катюша» было сделано исключение. Однажды в лагере появился листок с другим текстом. Его тайно прочитали, порвали на кусочки и съели. А утром уже пели: «Это наша русская Катюша нем-чуре поёт за упокой... Все мы любим душеньку Катюшу, любо слушать, как она поёт, из врагов выматывает душу, нам же всем отвагу подаёт...» На пятый день раздалась автоматная очередь, и запевалы упали...» Е.Кондратьева: «Нас погрузили в товарные вагоны и привезли в Вырицу. Маму пускали на территорию лагеря, только чтобы покормила грудью младшую сестру. Молока не хватало, и сестра вскоре умерла. Похоронена за оградой лагеря на специальном кладбище, где уже было захоронено около 60 детей, умерших от голода и болезней». Е.Степанова: «В сентябре 1941 года станцию Горы под Мгой захватили немцы. Они заставляли детей сидеть вдоль железнодорожного полотна, чтобы наши самолёты не бомбили железнодорожные составы, в которых немцы подвозили горючее. В июне 42-го нас отправили в Вырицу». Владимир Иванов: «Не люблю всё полосатое. И картошку, которой объелся, когда пришли наши солдаты. Долго боялся немецкой речи. Казалось, начнут бить. Тогда волосы вставали дыбом, а по телу - мурашки. И о лагере не могу говорить. Как-то был в Польше и поехал в Варшавское гетто. Когда группа подошла к воротам и я увидел строения, напоминающие бараки, у меня отказали ноги. Я так и не смог переступить границу ворот».

Помогал лагерным детям прп.Серафим не раз, но в архиве сохранилась лишь одна записочка - «акт» приёма вещей от 7 июня 1943 года: «Принято от батюшки о.Серафима: Дев.ниж.руб - 24 штуки; штанишек - 4; маек - 1; одеяло ватное - 1; матрас дет. - 1; руб.ниж.мальч. - 1». На обороте бумажки - ещё запись, продолжение: «свитер бел. - 1; дет.юбк. - 1; руб.дев. - 1; платье - 1; кофт - 4». Записка написана химическим карандашом на клочке обёрточной бумажки, как оформлялись все документы военного времени: на обороте немецких листовок, на листках тетрадок.

Конечно, не все ребята из лагеря смогли побывать у о.Серафима, далеко не всем дано было его увидеть. Не всех отпускали и в церковь. Но по его молитвам спасены были многие. Вспоминая старца, узник этого лагеря Виктор Семенов говорил: «Святой человек, ведь не ел, а молился». Таким батюшка виделся совсем невоцерковлённым мальчишкам, вселяя в них спокойствие и надежду. С простыми, земными делами приходили к старцу разные люди. Говорил он кратко: «Вернётся... ждите... не плачь...» Уже после войны фельдшеру Е.Ершовской, не получавшей от мужа вестей с фронта, сказал: «Ещё придёте с ним». Примерно через неделю муж возвратился домой невредимым. С таким же вопросом пришла и мать детей - узников Барабиных, привезённых из Войтова. И её старец утешил. Некоторых из лагеря, как Н.Зеленину, благословлял учить детей. Благословлял и тех, кто шёл в медицину.

В начале войны прп.Серафим предсказал: «Победа будет за нами» и «звон колоколов всю нашу Русь Святую от сна греховного к спасенью пробудит, открыты будут вновь обители святые, и вера в Бога всех соединит». Сих слов старца солдаты, призванные на фронт со всех концов огромной страны, не знали, но жаждали победы над ненавистным врагом. И гибли за детей, за близких. Война стала воистину Отечественной, жертвенной.

По книге протоиерея Василия Ермакова (†3 февраля 2007) «Воспоминаний горькие страницы...» (СПб, 2000).

http://pravpiter.ru/




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме