Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Когда душа ведет

Александр  Бобров, Русское Воскресение

25.01.2011


К 75-летию со дня рождения и 40-летию со дня гибели Николая Рубцова …

... Но я пойду!

И знаю наперед,

Что счастлив тот,

хоть с ног его сбивает,

Кто все пройдет,

когда душа ведет,

И выше счастья

в жизни не бывает.

Николай Рубцов

Да, на долю Николая Рубцова выпало высшее счастье поэта: все пройти, вынести удары судьбы, сбивающей с ног, и стать истинно народным, любимейшим поэтом. Только Сергею Есенину выпала в ХХ веке такая судьба. Коля ненамного пережил златокудрого самородка России, но точно так же ушел в народ книгами, афористическими строчками, песнями, порой без указания авторов, тиражами, которые уже не могут присниться даже Евг. Евтушенко, который был самым печатающимся поэтом в СССР. Теперь пальма первенства в стране, а уж тем более в России, которой, оказывается, по безумному обороту из новогоднего поздравления президента, «всего 20 лет», перешла к Рубцову. При жизни поэта, который родился 3 января в Архангельской области, вышло 2,5 книги (обстриженную книжечку «Лирика» в Архангельском издательстве он сам не считал полноценной) тиражом 40000 экземпляров. После 19 ян­варя 1971 года, когда он был убит сожительницей-сочинительницей, его книги издавались в большом объеме, в куда более красивом оформлении фантастическим для малочита­ющей страны тиражом - более 7 миллионов.

Сегодня сметается с книжных полок все - сборники самого Рубцова, повести и роман о нем, книги-венки Рубцову и книги-биографии в ЖЗЛ. Я писал, что недавно в «Молодой гвардии» вышла еще книга Майи Полётовой «Душа хранит... Малоизвестные страницы биографии». Майя Андреевна написала от автора: «Я не литературовед, не поэт и даже не школьный учитель. Я - детский врач. Впервые я услышала стихи Николая Рубцова в 1980 году на юбилейных торжествах в честь 600-летия победы на поле Куликовом. «Видения на холме» просто потрясли меня. С этого времени я стала собирать буквально по крупицам факты, касающиеся творчества и биографии большого русского Поэта». Насобирала на целый музей и Центр Рубцова в московской библиотеке №95.

Кстати, с этим же одним из самых прон­зительных стихотворений Рубцова, «Видения на холме», связан курьез во время последнего, наверное, съезда еще советских писателей России, который проходил в парадном Доме Союзов. На трибуну вышел Юрий Кузнецов и стал говорить о притеснении русской поэзии, о ее недооцененных столпах - двух великих Николаях - Тряпкине и Рубцове. И процитировал:

Россия, Русь!

Храни себя, храни!

Смотри опять

в леса твои и долы

Со всех сторон нагрянули они,

Иных времен

татары и монголы.

И вдруг делегация писателей Советского Татарстана громко поднялась с мест и начала покидать зал. Юрий Поликарпович посмотрел удивленно в зал и громко сказал в микрофон: «Сядьте, татары. Успокойтесь: это не про вас!»

Центр и музей Рубцова на Юго-Западе, как и ведущая организация - Институт мировой литературы им. А.М.Горького РАН, и Литературный инсти­тут, выступили организаторами Международной научно-практической конференции «Россия, Русь! Храни себя, храни!..», посвященной юбилейным датам. Первой конференции такого уровня! Это - высшее профессиональное признание, а всенародное, читательское Рубцов давно получил.

В этом многие, даже собратья по перу, видят некую неразрешимую загадку. Помню, в конце перестройки, когда начала трещать страна и рушиться высокая литература, мы выступали с актером Александром Михайловым в типографии «Московская правда». Рано закончили вечер, и вдруг Саша мне говорит: «Санек, а ведь ЦДЛ рядом. Я проезжал, видел афишу вечера поэзии. Давай зайдем». Впервые за много лет я оказался не на сцене, не за кулисами, а в зале. Не помню теперь, кто и выступал. Запомнился только один характерный эпизод. На сцену вышел Борис Примеров - замечательный поэт, который тяжелейшим образом переживал творящееся с державой и поэзией. Он пребывал в смятении (вскоре трагически свел счеты с жизнью), был в раздражении и вдруг ни с того ни с сего заговорил о святом образе матери, вскользь добавив: «Вот носятся с песней Коли Рубцова «В горнице моей светло - это от ночной звезды. Матушка возьмет ведро, молча принесет воды...» А чего он со стороны-то смотрит - лучше бы помог матушке». Это вызвало, понятно, оживление в зале, но вскоре на сцене возник пародист Александр Иванов и неожиданно подхватил реплику: «Мне очень понравилось выступление Примерова. Ну, чего, правда, носятся с этим Рубцовым!..»

Заметьте, уже не с конкретной песней, а со всем творчеством поэта, набиравшего как раз тогда недостижимую высоту. Да ведь и Примеров был не прав, может, отчасти ревнуя к славе ровесника: ведь мама Коли умерла, когда тому было 5 лет, он оживляет ее прекрасный образ как ребенок, а не парень-помощник. Тем более многим «ивановым» было не понять: как так? Почему не классик Мандельштам, не ровесник Бродский, а этот бесприютный вологодский мужичонка стал светлой звездой русских полей? Конференция дала теоретический, эмоциональный ответ. Кстати, на ней доктор филологических наук Татьяна Кудрявцева проанализировала зарубежные переводы стихов Рубцова - творчество его перешагнуло границы. Ну а тайну всенародной любви нельзя разгадать, на то это и любовь.

Порой восхищение перед Рубцовым и же­лание донести до каждого сам дух его поэзии прини­мают у той же Полётовой форму своеобразного хождения в народ. Как пишет в послесловии к книге Ольга Анашкина: «К людям, измученным постоянными житейскими трудностями, усталым, изнывающим в переполнен­ных автобусах и метро, издерганным постоянными сюжетами об убийствах и насилиях, которые так лю­бит наше ТВ, приходит с мягкой улыбкой и сияю­щими глазами почтенного возраста женщина и пря­мо в салоне начинает читать как бы для себя: «Привет, Россия! Родина моя...» или «За все добро распла­тимся добром, за всю любовь расплатимся любо­вью», и люди прислушиваются, лица их преобра­жаются и добреют. И скоро кто-нибудь, кому еще долго ехать, попросит: почитайте еще что-нибудь, и она читает, очень проникновенно, по-матерински, в своей неповторимой манере.

Вот уже 12 раз проходил в Вологде фестиваль «Рубцовская осень». Участники фестиваля часто выступают с песнями на стихи Рубцова по всем краям России. Но первым, кто создал потрясающий цикл романсов на стихи Рубцова, был композитор и пол­ковник милиции Алек­сандр Лобзов. Помню, Вадим Кожинов привел к нам в редакцию «Литературной России» этого скромного, необычайно талантливого человека. Он выступил с рубцовским циклом, а я тут же написал заметку в номер. Особенно нас потрясла песня «В этой деревне огни не погашены...». Александр Сергеевич 33 года проработал следователем по особо важным делам. Офицер МВД СССР, начальник одного из ответственнейших отделов по борьбе с коррупцией и нарушениями законности среди работников аппарата, старший преподаватель кафедры организации расследования преступлений Академии МВД СССР. Закончил блестяще юридический факультет МГУ. Многие его ученики сегодня - генералы, известные следователи, судьи, прокуроры. У Лобзова с детства был обнаружен талант музыкальный: он с 7 лет играл на гитаре, мать отдала его в Царицынскую школу, где он учился у знаменитого педагога И.Бобровской по классу фортепиано, затем позже - в Московской консерватории по классу компо­зиции. Музыку стал писать с 15 лет. Много концертировал, исполнял свои романсы вплоть до смерти в 1986 году. Он написал за 43 года около 200 романсов, песен, баллад, а также симфонии, статьи по музыке.

Один только рубцовский цикл Лобзова составляет 30 произведений! Их пели Алек­сей Покровский с оркестром, Владимир Маторин, Вячеслав Кузин, Татьяна Петрова, профессор Московской консерватории Генриетта Хазисова, Вологодский народный хор. Его авторские права нарушались еще при жизни певицей Смирновой, приписывавшей себе лобзовские романсы на радио, ТВ, на пластинках. Ну а теперь пиратство расцветает махровым цветом, и даже ученики Лобзова, коллеги-законники не могут остановить беззастенчивое присвоение лучших романсов полковника-композитора.

Кстати, выдающийся композитор Валерий Гаврилин, также связанный судьбой с Вологдой и Питером, признавался: «Творчество Н.Рубцова я понял не сразу. Только года через два после его гибели. Я думаю, это от того, что его духовный, душевный мир был гораздо богаче, ярче и сильнее, чем мой. С годами мой жизненный опыт привел меня к Рубцову - и теперь в современной русской поэзии нет поэта более для меня дорогого, чем Рубцов. Я учусь у него, много перенимаю и верю во все, что он пишет, даже если сам я этого не испытал... Теперь я очень страдаю от того, что не могу найти музыкального ключа к раскрытию тайн его поэзии в музыке. Дважды брался - и все с очень плохим результатом». А ведь, казалось бы, интонация в элегических стихах - песенная. Но все куда духовнее и глубже, чем современные ля-ля-ля.

В России растет количество Рубцовских центров, от вологодского в Доме писателей, до нижегородского в городе Дзержинске.  Все больше библиотек борются за честь носить имя Рубцова. В Петербурге, например, где живет дочка поэта Елена с внучками (внук Николай был трагически убит), тоже есть такая библиотека в спальном микрорайоне «Веселый поселок». Как-то не очень вяжется игривое название района с судь­бой поэта...

Даже очередной выпуск программы «Библейский сюжет» был посвящен Рубцову. Услышал елейно-скрипучий голос  ведущего Дмитрия Менделеева в сочетании со стихами Рубцова - ушам не поверил.

К древне-иудейской стезе притянули насильственно рубцовскую поэзию, начав с приказов об отчислении из Литинститута и баек про Колю, а закончив «готовностью идти за звездой Вифлеема».

Хорошо, что было сказано доброе слово о Егоре Исаеве, который издал в «Советском писателе» книгу «Звезда полей», но каково слушать такие обороты Менделеева: «Его приняли в Союз писателей. Это было в 1968 году, в разгар Пражской весны. Но отношения с органами у него ничуть не улучшились». Ну, все конъюктурно перемешано! Единственно, что спасает эту эклектичную, искусственную программу - закадровые стихи в исполнении самого автора. Они - православны по глубинной сути и вечны.

Памятник Рубцову стоит в древней Тотьме на берегу Сухоны, которая осеняла его сиротские детские и юношеские годы, и  в Вологде, где нашел он друзей, признание и последнее пристанище. Недавно я приехал сюда поклониться старшему собрату по Литинституту и поэзии в морозном и таком памятном январе:

Вновь грядет за вехой веха

В череде январских дней.

Нету с нами человека,

А стихи его - слышней,

Потому что - настоящий,

Потому что, кроме книг,

Воздух Родины звенящий -

Самый лучший проводник.

24 января в ЦДЛ состоится вечер памяти Николая Рубцова, но я читателей даже не приглашаю: Бюро пропаганды литературы уже за много дней не знает, как уместить в Большом зале всех почитателей этого невыразимо русского таланта.

http://www.voskres.ru/literature/critics/bobrov2.htm




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме