Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Летопись подвигов воинов и врачей

Марина  Овчинникова, Православие.Ru

09.10.2010


Беседа с Мариной Овчинниковой, сотрудником ГВКГ им. Н.Н. Бурденко …

Марина Борисовна Овчинникова уже более 25 лет работает в Главном военном клиническом госпитале (ГВКГ) имени академика Н.Н. Бурденко, в настоящее время - в научно-методическом центре госпиталя. Она автор многих работ о традициях милосердия и духовного служения в военных и гражданских лечебных учреждениях России, а также книг «Кто поможет православному справиться с болезнью?» и «Техника жизни, которая ведет к смерти (размышления о клонировании и не только о нем)», объединенных в трилогию, над третьей частью которой - книгой «Любовь земная под сенью Любви Небесной» - Марина Борисовна работает сейчас. Координатор проекта по изданию исторического сборника «Первый госпиталь и военная медицина России: 300 лет служения Отечеству». Состоит в Международной общественной организации «Союз православных женщин». Член Союза писателей России. 

- Марина Борисовна, вы работаете в Музее истории Главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко. Что определило ваш выбор жизненного пути?

- Я закончила факультет вычислительной математики и кибернетики МГУ и могла после учебы пойти работать в один из множества процветавших тогда НИИ или НПО: рассчитывать траектории полета ракет, выводить формулы, писать программы, но душа не радовалась... Вдруг в бесконечном списке таких организаций я увидела: «Главный военный клинический госпиталь имени академика Н.Н. Бурденко, информационно-вычислительный центр»! Позвонила - и судьба моя была решена.

С первых же дней работы я увидела совершенно другой мир. 1984 год, разгар войны в Афганистане, о которой до нас, студентов, доходили лишь отрывочные слухи. Госпиталь был переполнен ранеными и больными: на инвалидных колясках, без рук, без ног... Такие молодые и красивые!.. Многие госпитальные врачи побывали на той войне и, вернувшись, старались сделать все, чтобы облегчить боль и страдания этих ребят, только вступивших в жизнь и уже ставших инвалидами. Все сотрудники госпиталя своей заботой, вниманием помогали солдатам и офицерам, вернувшимся из Афганистана.

По роду своей работы я общалась с различными подразделениями госпиталя, видела «изнутри» работу и врачей, и медицинских сестер, сотрудников хозяйственных подразделений, управления. И с каждым годом все больше убеждалась: какие же у нас замечательные люди! Чтобы узнать о госпитальной жизни в разные эпохи как можно больше, я стала работать в архивах, изучать традиции российской военной медицины, историю духовного и сестринского милосердного служения, впоследствии перешла в научно-методический центр госпиталя. Плодами работы стали новые страницы госпитальной истории и мои книги.

В военном госпитале сотрудникам не нужно задаваться вопросами: «Зачем ты живешь?» или «Каков смысл твоей жизни?» На них просто нет времени. Время тратится на работу, которая - на какой бы должности человек ни трудился: начальником госпиталя, врачом, младшей медсестрой, техником по обслуживанию медицинской аппаратуры, поваром, лифтером или шофером - есть служение.

И это служение, как бы оно ни было тяжело, приносит радость. Радость от того, что больные накормлены, что сегодня для них есть лекарства, что горячая вода пока не отключена, что дорогостоящая аппаратура все еще работает, компьютеры не зависают. А завтра - и послезавтра - все повторится, потому что болезни не становятся менее тяжелыми, и «горячие точки» России никак не остывают, а стихийные бедствия и аварии, к сожалению, происходят все так же часто. Поэтому военные медики - всегда на боевом посту.

И так было в течение трех веков служения госпиталя российскому воинству.

- Наверное, немногие московские больницы имеют собственный музей. Расскажите, пожалуйста, об истории музея госпиталя и его создателях.

- 12 ноября 1946 года, незадолго до празднования 240-летия главного госпиталя Советской Армии, старейшему лечебному учреждению страны было присвоено имя академика Николая Ниловича Бурденко. Мне хотелось бы привести высказывание этого талантливого ученого и хирурга, которое, как мне думается, объясняет цель создания музея истории главного госпиталя страны:

«Бывают моменты, когда для освещения и понимания настоящего полезно перевернуть несколько забытых страниц истории медицины, а может быть и не столько забытых, сколько для многих неизвестных».

Музей истории госпиталя был открыт в юбилейные дни декабря 1947 года, его экспонаты разместились в трех помещениях госпитального клуба. В экспозиции были представлены архивные документы, портреты основателей и известных врачей госпиталя, старинные издания, планы и схемы, медицинская аппаратура, инструменты и предметы ухода за больными различных эпох. Первым заведующим музеем стал полковник медицинской службы в отставке С.А. Битюков.

Увы, в 1959 году музей закрыли, а его экспонаты передали в Военно-медицинский музей и Центральный музей Вооруженных сил СССР. Решение о воссоздании музея было принято только в 1971 году, и через четыре года он вновь открыл свои двери для посетителей.

Сегодня музей истории госпиталя является подразделением информационного отдела научно-методического центра ГВКГ имени академика Н.Н. Бурденко. Руководит работой музея полковник медицинской службы в отставке Евгений Николаевич Рыбников. По экспонатам музея можно проследить этапы развития учреждения, характер и значимость вклада врачебного и сестринского состава госпиталя в развитие отечественной и мировой медицинской науки. В библиотеке музея хранятся более 600 книг XVIII-XIX веков, периодические медицинские издания XIX-XX веков.

- Назовите, пожалуйста, имена врачей, медицинских сестер, чьи заслуги являются неоценимыми для госпиталя.

- «Я привык быть действующим непрестанно, тем и питается дух мой!» - эти слова А.В. Суворова применимы к каждому дню долгой жизни госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко.

Штат, начинавшийся в 1707 году с четырех сотрудников, сейчас составляет более трех тысяч человек. У большинства из них жизнь и судьба сплелись воедино с трудовой жизнью госпиталя. Таких людей в госпитале много - тех, кто, несмотря на очередные трудности очередного этапа развития российской экономики, перебои с зарплатой и прочие неприятности, в течение десятилетий оставался верен ему. Есть сотрудники, кто работает в госпитале 40 с лишним лет!Все они прошли суровую профессиональную школу, постигая тайны ухода за тяжелыми больными и ранеными. Можно привести десятки, сотни имен.

Расскажу об удивительном враче - профессоре, полковнике медицинской службы Николае Алексеевиче Богоразе. C 1943 по 1952 год он был ведущим хирургом Главного госпиталя Вооруженных сил (так назывался тогда ГВКГ имени академика Н.Н. Бурденко). В памяти врачей нашей страны и тысяч раненых и больных, спасенных его врачебным искусством, Николай Алексеевич остался не только как талантливый хирург и ученый, удостоенный в 1950 году за свои работы по пересадке и восстановлению функционирующих органов Сталинской премии I степени, но и как мужественный человек. Ведь он сам был инвалидом: у него были ампутированы ноги. И оперировал он, сидя на высоком табурете.

До 1941 года Н.А. Богораз работал в хирургической клинике в Ростове-на-Дону. Еще в 1920 году с ним случилось несчастье: спеша из клиники на консультацию в госпиталь, он вскочил на подножку переполненного трамвая и, сорвавшись, попал под колеса прицепного вагона. Он выжил, но потерял обе ноги, что для другого хирурга стало бы концом медицинской практики. Однако Н.А. Богораз уже через две недели после ампутации ног совершает обход, точнее, объезд на коляске, больных клиники. А через полгода, стоя на протезах у операционного стола, делает операцию. Еще через месяц безногий хирург на заседании Научно-медицинского общества при Донском университете читает доклад «Мысли об ампутации бедра», где подробно излагает свою историю болезни с детальным врачебным анализом всех ощущений. Не­ожиданно для докладчика выступление превратилось в его чествование. Слушатели встали, аплодируя мужеству ученого, сумевшего не только преодолеть свое горе, но и, вернувшись к работе, помогать людям, попавшим в такую же беду.

После захвата Ростова-на-Дону немцами Н.А. Богораз рабо­тал хирургом в эвакогоспитале в Ташкенте, а с 1943 года - в Московском комгоспитале. Известность профессора была столь широка, что уже во время работы в столице он получил письмо с адресом: «Москва. Безногому хирургу».

- Совсем недавно Кавказ был ареной боевых действий. Врачи госпиталя были и в тех «горячих точках». Как вписываются в историю госпиталя события наших дней?

- Конечно, эти события нашли свое отражение в экспозициях Музея истории госпиталя, ведь везде врачи и медицинские сестры госпиталя с честью несли свой нелегкий крест.

В ГВКГ формировался первый медицинский отряд специального назначения (МОСН), отправленный в Моздок для оказания помощи российским военнослужащим. Хирурги ГВКГ несли боевую вахту во всех гарнизонных госпиталях, расположенных как в Чеченской республике, так и вблизи нее, оказывавших медицинскую помощь нашим войскам во время боевых действий.

Для экстренной эвакуации раненых и пораженных госпиталь был оснащен летающей операционно-реанимационной лабораторией «Скальпель» (на базе самолета ИЛ-76). За период второй контртеррористической операции в Чеченской республике (октябрь 1999 - март 2002) экипаж летающей лаборатории отлично справился с порученным заданием: доставить раненых и больных в специализированные отделения ведущих лечебных учреждений страны. Из окружных и гарнизонных госпиталей Ростова, Волгограда, Краснодара, Моздока было эва­куировано без единой потери 3123 пострадавших.

Также врачи и медицинские сестры ГВКГ выполняли свой интернациональный долг, оказывая медицинскую помощь войскам и населению других стран: в Народной Республике Ангола, в Эфиопии, Никарагуа, Алжире, Косово.

- Хранит ли музей особые иcтории о мужестве раненых солдат, чей подвиг терпения поражал бы самих врачей?

- Без воспоминаний пациентов рассказ о героической работе военных врачей был бы неполным. Расскажу об Ильясе Дильшатовиче Дауди. Он был пациентом одного из хирургов-травматологов нашего госпиталя - полковника медицинской службы Александра Владимировича Теплова. C 1982 года Александр Владимирович трудился в госпитале в травматологическом отделении. Из госпиталя он ушел на войну: с 1985 по 1987 год был старшим ординатором Центрального военного госпиталя в Кабуле (Афганистан). В этом госпитале и произошла встреча врача и раненого старшего сержанта Ильяса Дауди. Вот его рассказ:

«С 1985 по 1986 год я служил в 149-м гвардейском полку 201-й мотострелковой дивизии в провинции Кундуз, был замкомандира взвода разведроты. Со своими бойцами постоянно ходил на боевые операции по реализации разведданных с целью ликвидации засад противника в различных районах Афганистана. В бою самое главное - взаимовыручка. Как и другим бойцам, мне неоднократно приходилось выносить на себе раненых, в том числе и с минно-взрывными ранениями. Мы все умели и оказывали при необходимости первую медицинскую помощь тяжелораненым.

На одной из самых сложных за весь период войны операций в провинции Герат 23 августа 1986 года я получил тяжелое минно-взрывное ранение и контузию. Попал в госпиталь в Шинданде на западе Афганистана, где перенес ампутацию левого бедра и первую врачебную помощь при слепых осколочных ранениях правой ноги.

После семи дней пребывания в этом госпитале я был эвакуирован в Кабул в Центральный военный госпиталь 40-й армии. Здесь во 2-м хирургическом отделении началась борьба за спасение моей второй ноги. Александр Владимирович Теплов сделал пять операций и спас мне ногу: ампутации, к счастью, удалось избежать. Трудно найти слова, чтобы сполна выразить ему свою благодарность.

За участие в боевой операции я был награжден орденом Красной Звезды».

За этими скупыми строками - боль и страдание. Преодолеть все эти переживания первого периода после ранения помогли военные медики. «В Кабульском госпитале, - продолжает свои воспоминания Ильяс Дильшатович, - стояла особая атмосфера: сразу чувствовалось уважительное, участливое - на самом деле, а не по служебной обязанности - отношение. Все обращались друг к другу по воинскому званию, дисциплина в отделении соблюдалась естественно, а не по принуждению. Все это было очень важно для нас - солдат, перенесших тяжелые травмы. Особо угнетало, что ребята остались в строю, а мы оказались так неожиданно вырванными из боевой семьи.

Как тепло относились к нам медицинские сестры! Это придавало сил. Нам, ребятам, они казались самыми красивыми девушками на свете! Самый тяжелый, переломный момент: солдат выписывается и уходит в мир... Медсестры заранее предупреждали обо всех сложностях этого перехода для нас, ставших инвалидами.

Я очень благодарен Кабульскому госпиталю за то, что смог вернуться в мирную жизнь без потерь. Путь к ней оказался долгим. Было пройдено много лечебных учреждений. В 1987 году восстановился в Российском государственном университете нефти и газа имени И.М. Губкина, с отличием закончил его. И сейчас, конечно, не забываю своих друзей-однополчан и тех, с кем лежал в госпитале, и, конечно, своего доктора Александра Васильевича Теплова».

А военный хирург-травматолог А.В. Теплов по возвращении в ГВКГ имени Н.Н. Бурденко прошел путь от старшего ординатора травматологического отделения до начальника одного из отделений центра травматологии и ортопедии госпиталя. Его знания и опыт, конечно же, стали необходимы в родном госпитале: c первого года афганской войны в травматологическом отделении, переполненном тяжелоранеными, его коллеги-врачи и медицинские сестры вели сражение за жизни ребят, еще таких молодых, но уже сполна познавших цену жизни и смерти.

Остается добавить, что ветеран-афганец, а ныне - отец шестерых детей Ильяс Дильшатович Дауди 27 декабря 2009 года был удостоен звания Героя России.

Рассказывает экспозиция нашего музея и о тех, кто лечился в нашем госпитале после тяжелых ранений, полученных в ходе первой Чеченской кампании в 1995 году.

Анисимов Василий Викторович. Маленький вихрастый мальчишка из Ярославской области, круглый сирота. В июле 1995 года в результате тяжелого ранения лишился ноги. Перенес более 20 операций. И мужество не оставляло его и в минуты тяжких физических и моральных мучений. «У каждого человека своя судьба, - говорил Василий. - Моя судьба - быть солдатом, пострадать - и все вытерпеть».

Васильев Сергей из Ярославля находился в госпитале с множественными тяжелыми ранениями, лежал в отделении гнойной хирургии. Познакомился со студенткой медицинского колледжа при госпитале, которая в отделении походила практику. Девочка из благополучной обеспеченной семьи. Вскоре они поженились.

А вот другая история. Игорь Кирьяков поступил в наш госпиталь тоже в 1995 году. Усилиями хирургов жизнь бойца была спасена, но в результате тяжелого ранения он остался инвалидом. Пока лежал в госпитале, познакомился с медицинской сестрой, они поженились и уехали на родину Игоря в Ставрополь. Многие ребята после выписки долгие годы поддерживают контакты с лечащими врачами, а с другими связь через какое-то время теряется. Так получилось и с Игорем.

И вот недавно поступила информация: в 2009 году Игорь умер в ставропольском спецдоме для ветеранов Великой Отечественной войны и «горячих точек». С женой, видимо, расстался, стал пить. А был он круглый сирота. Три дня после смерти пролежал в своей комнате, пока соседи не забили тревогу, удивившись необычной тишине за дверями... Похоронили Игоря со всеми воинскими почестями; городские власти собирались через год поставить памятник.

Случай, увы, не единичный. В этом же спецдоме в начале 2002 года тоже в одиночестве скончался ветеран Великой Отечественной Петр Егорович Конов. Его призывов о помощи никто не услышал. Комнату также вскрыли через три дня после смерти ветерана.

И проблема эта - не только спецдома для ветеранов в Ставрополе. Ведь как получается: поступил раненый в госпиталь - за его жизнь борются врачи, медсестры; все силы брошены на то, чтобы вернуть человека к жизни. А потом он выписывается - и зачастую оказывается, что вчерашний боец, исполнивший свой воинский долг и ставший инвалидом, никому не нужен. Администрация наших домов ветеранов просто не в состоянии обеспечить те внимание, заботу и, прежде всего, духовную поддержку, в которых так остро нуждаются одинокие ветераны, не сумевшие «вписаться» в мирную жизнь.

Думается, на этом - тоже важнейшем боевом рубеже - на помощь воинам может прийти Православная Церковь.

- При Главном военном клиническом госпитале имени академика Н.Н. Бурденко существует храм. Когда он появился, и кто был его первым настоятелем?

- 21 ноября 1707 года,в день праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, «Божиим благоволением... гофшпиталь... в такое состояние приведен, что с оным в Божие имя начало учинено и впервые несколько больных в тот дом приведено». Кстати, деньги на первую постройку Московского госпиталя были отпущены Монастырским приказом, и далее почти полувека Московский госпиталь состоял на содержании именно духовного ведомства, управляющего делами Православной Церкви.

Конечно, в госпитале была своя домовая церковь. Она располагалась в центральной части госпитального здания и была освящена в честь Обновления храма Воскресения Христова. Штат госпиталя был невелик, но в него сразу же были включены и лица духовного звания: священник и диакон. Так же, как и другим сотрудникам, как гласит указ Петра I от 2 мая 1710 года, им было положено «денежное довольствие»: «Попу с дьячком 14 рублей в год»; в 1716 году - 20 рублей в год. Священнослужители, как свидетельствует документ от 19 февраля 1725 года, проживали на территории госпиталя: «позади гошпиталя каменные палаты к реке Яузе, светлица с комнатою, перед ними двои сени... а в тех светлицах живет гошпитального двора крестовой священник Федор Дмитриев, с ним дьячок Иван Архипов».

Найденная в архиве обстоятельная «Опись Московской гофшпитали» от 13 августа 1739 года позволяет воссоздать как внешний вид госпиталя, так и его «хозяйственное устроение». Из подробного многостраничного описания церковной утвари следует, что в то время в госпитальном храме не только проходили службы, исповедь, причащение, но и совершались венчание, крещение и отпевание.

В Центральном историческом архиве г. Москвы удалось обнаружить несколько метрических книг госпитального храма. В них подробно описывалась жизнь госпитального прихода: имена и фамилии венчавшихся, рожденных и крестившихся детей, умерших пациентов и работников госпиталя (отмечалось, в частности, с покаянием умер человек или нет), указывалось число проведенных за год церковных служб. В госпитальном храме, переосвященном в 1801 году во имя первоверховных апостолов Петра и Павла, пациенты и сотрудники госпиталя, проживавшие на его территории, отмечали религиозные и государственные праздники, служили благодарственные молебны за дарование победы, молились за спасение живых, поминали погибших на поле брани.

Присутствие священника и регулярное проведение церковных служб оставалось необходимым и естественным условием лечебного процесса. В 1790 году по новому положению о должности смотрителя госпиталя наряду с решением обширных хозяйственных задач и контроля за личным составом ему вменялось в обязанность следующее: «Которые больные будут весьма трудны, об оных наипуще вам иметь смотрение и призрение в содержании пищею и питием и хорошим присмотром в свое время, и того наблюдать, дабы каждый без покаяния и приобщения святых животворящих таин умереть не мог, а по кончине их по христианскому закону погребать, и для таковых трудно больных и исправления церковной службы обретающемуся в гошпитале священнику от того гошпиталя быть неотходну и без воли вашей никуда ни на малое время отлучаться запретить».

В тяжелые дни Отечественной войны 1812 года, годы Крымской войны и военных кампаний второй половины XIX - начала XX веков Московский госпиталь вел борьбу за жизнь десятков тысяч раненых и больных и в Москве, и в развернутых «военно-временных госпиталях». И всегда рядом с военными врачами были священники.

В 1880 году в госпитале были освящены еще два храма: в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в главном корпусе и во имя святителей Московских Петра, Алексия, Ионы и Филиппа - при летних деревянных бараках на Введенских горах. В штате госпиталя до 1917 года состояли православный священник, диакон, псаломщик и органист для иноверцев - для отпевания иноверческих больных в часовне (каплице). Часовен для отпевания было две: для православных и для иноверцев.

В течение нескольких десятков лет, до 1917 года, бессменным священником госпитальных храмов являлся протоиерей Арсений Копецкий. Старостой церквей госпиталя, также в течение многих лет, был московский 2-й гильдии купец Иван Тихомиров. В музее истории госпиталя есть их фотографии.

В январе 1919 года служение во всех госпитальных домовых церквях было прекращено, с куполов сняты кресты. Помещения старейшего госпитального храма во имя первоверховных апостолов Петра и Павла вошли в состав водолечебницы: алтарную часть превратили в комнату отдыха после тепловых процедур, трапезную - в кабинет механотерапии. После революции и до 1941 года помещение церкви в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» в главном корпусе использовалось как кинозал, а в 1941 году оно вошло в состав нового отделения физиотерапии в качестве зала отдыха и ожидания больных.

- Как сегодня осуществляется духовное окормление в госпитале?

- «Всякое страдание и болезнь вносят в духовный мир человека такие перемены... что есть основания заключить, что врачу в своей деятельности приходится считаться не с обыкновенным человеком, а со страдающим человеком...» - писал известный невропатолог Г.И. Россолимо. Какое терпение, доброта и сила духа требуются для того, чтобы помочь больным исцелиться от тяжелых недугов, душе раненого воина - возродиться и начать нелегкий путь из войны в мир. Всем пациентам в госпитале стараются не только оказать высококвалифицированную медицинскую помощь, но и обеспечить психологическую реабилитацию.

В этом нелегком деле на помощь госпитальным докторам пришли духовные пастыри. Наш госпиталь стал одним из первых военных лечебных учреждений в нашей стране, где возрождались многовековые духовные традиции: в 1996 году начались молебны в помещении старейшего храма во имя первоверховных апостолов Петра и Павла в неврологическом корпусе.

В 1999 году в госпиталь был назначен священник - иерей Сергий Волков, в прошлом - врач-хирург, любимый и уважаемый коллегами и пациентами. Непросто шло восстановление храма, но, благодаря стараниям отца Сергия и усердной молитве всех прихожан, в 2002 году в храме состоялась первая за 70 лет Божественная литургия.

Вновь после долгого молчания под старинными сводами зазвучало православное слово помощи и утешения. В храм со своей болью, со своим горем идут больные и раненые, их родные, сотрудники госпиталя.

Наряду с возрождением традиций духовного служения в госпитале продолжилось святое дело российского сестричества. В госпитале трудились выпускницы московского Свято-Димитриевского медицинского училища сестер милосердия; сестры милосердия из училища при Марфо-Мариинской обители. И сегодня сестры милосердия из Марфо-Мариинской обители и из общины при храме святых бессребреников Космы и Дамиана в Космодемьянском (Химки) рядом с наиболее тяжелыми пациентами. Они поддерживают раненых и больных своей молитвой и добрым словом, выступают с духовными концертами.

Недавно в нашем госпитале появились новые помощники - студенты Сретенской духовной семинарии. Они организуют духовные беседы для больных и сотрудников, показывают кинофильмы.

24 октября 2006 года в госпитале был совершен чин освящения закладного камня нового отдельно стоящего храма в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». Храм будет возведен в центре старинного госпитального парка, где в годы Первой мировой войны находились тысячи тяжелораненых, ожидавших оказания медицинской помощи. В 2007 году был сооружен фундамент храма. Мы уповаем на то, что найдутся добрые православные люди, которые помогут нам воздвигнуть в госпитале настоящий больничный храм, в который вместе с пациентами госпиталя смогут приходить раненые и больные-колясочники, где будет достаточно места для совершения всех необходимые церковных таинств.

Протоиерей Сергий Волков исповедует, соборует, причащает своих духовных пациентов, совершает таинства крещения, венчания.

За эти годы не один десяток воинов - от молодых солдат, находящихся в госпитале на излечении после ранений, до убеленных сединами офицеров запаса - пополнили ряды воинов Христовых, приняв в госпитальном храме святое крещение. Известно множество случаев быстрого улучшения состояния здоровья тяжелых госпитальных пациентов после принятия церковных таинств. Это значит, что жив храм, сильна молитва, во все времена помогавшая старейшему российскому госпиталю.

С Мариной Овчинниковой беседовал Иван Иорданов, студент 2-го курса СДС

http://www.pravoslavie.ru/guest/41915.htm




РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

 

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме