Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Ставропольская духовная школа: учащиеся и выпускники

Татьянин день

12.11.2007

Почему ни один из участников первого православного фестиваля прессы Юга России "Свет веры", проходившего в Ставрополе, не терялся в незнакомой обстановке? Потому что всюду было множество молодых людей, готовых подсказать, что и где происходит, - это были воспитанники Ставропольской Духовной Семинарии. Мы уже общались с ее проректором, архим. Романом (Лукиным), и нам хотелось познакомиться с кем-нибудь из семинаристов, поговорить об их житье-бытье, о самом сложном в учебе и самом интересном в этой новой жизни.

Но недаром о строгости дисциплины, которой подчиняются семинаристы, ходят легенды. На все просьбы ответить на пару-другую вопросов юноши отвечали: только если благословят. Сложно даже предположить, какую кару повлекло бы несанкционированное интервью для любого из них. Хотя по выражению их лиц вовсе не скажешь, что они живут в тоталитарно управляемом мирке. То, что они называют "системой", для многих становится самым светлым временем в жизни. Здесь же можно получить и неоценимый жизненный опыт: и поработать в школе, и научиться общаться с журналистами. Об этом нам - по благословению отца проректора - поведал Николай, выпускник Ставропольской Духовной Семинарии, ныне - студент третьего курса Московской ДуховнойАкадемии.

- Есть ли существенная разница между Академией и Семинарией? Если есть, в чем именно?

- Я этой разницы не чувствую, потому что между окончанием Семинарии и поступлением в Академию не было промежутка во времени. Кто-то идет в Академию через год, через два, а мне преподаватели советовали поступать сразу, чтобы не потерять дух студенческой жизни. Из-за этого я не испытывал очень большой перемены в обстановке. Во-первых, в Ставропольской Семинарии весь строй очень похож на московскую жизнь духовных школ: среди преподавателей много выпускников Московской Духовной Академии, и они принесли с собой в Ставрополь московский уклад. Так что привыкать долго не пришлось, большой разницы нет. Там такие же студенты, где-то в душе дети, со своими шутками, со своими историями, со своими переживаниями, радостями и победами. Так что я счастлив, что в моей жизни была и есть Ставропольская духовная школа, и я благодарю Бога за то, что сейчас есть возможность проходить обучение в Московской Духовной Академии. Единственная разница - жизнь на территории Троице-Сергиевой Лавры: монастырский уклад оставляет незабываемое впечатление, неизгладимый отпечаток на твоей душе. Я имел счастье два года петь в хоре отца Матфея. Великий пост, который я переживал в Успенском соборе в Лавре, несравним ни с какими другими богослужениями в моей жизни.

- Вы употребили выражение "студенческая жизнь" относительно семинарии. Любого светского студента спроси: что такое студенческая жизнь? Он ответит: это пьянки ночью, тусовки; "от сессии до сессии живут студенты весело, а сессия всего два раза в год". А что же значит это выражение, когда мы говорим о семинарии?

- Выражение это достаточно глубокое, потому что в нем есть все. Я не могу отрицать, что есть то, чего нет в светских вузах. Есть свои личные праздники - дни рождения, дни ангела, на которые в келью приходят твои одноклассники, чтобы посидеть за чаем, пообщаться, может быть, вместе выйти в город. Зимой приходят девушки с регентского отделения. Эти два учебных заведения находятся в разных районах города Ставрополя. По окончании службы в большом дворе кафедрального собора кто-нибудь из студентов лепит снежок и бросает первым, на что регентское отделение немедленно отвечает такими же снежками. Зрелище это великолепное, потому что нужно видеть лица людей, останавливающихся у забора. Они с удивлением смотрят на ребят в подрясниках и девушек с регентского отделения, которые веселятся искренне и по-доброму. Это тоже студенческая жизнь.

Есть традиция, когда девушки с регентского отделения приглашают нас в праздник святых жен-мироносиц к себе в гости. Они пекут пироги, торты, устраивают конкурсы, делают собственноручно какие-то призы, украшают трапезную шарами. У нас многие ребята за эти годы смогли найти там своих будущих матушек, потому что они участвовали в этих творческих вечерах. Мы вместе пели песни - русские народные и церковные, они выступали перед нами, а наш семинарский хор выступал у них в трапезной. Традиция эта сохраняется уже на протяжении нескольких лет, и это тоже студенческая жизнь.

За пять лет мы посетили очень много разных мест: наша семинария выезжала и в горы, и к мощам Серафима Саровского в год столетия его прославления, в Дивеево, в Троице-Сергиеву Лавру, в Толгский монастырь к мощам нашего небесного покровителя святителя Игнатия (Брянчанинова). Говоря в данном случае "семинария", я имею в виду и регентскую школу, и иконописное отделение. Мы были в наших кавказских монастырях, ездили в Архыз с ночевкой, пели песни у костра. Это тоже студенческая жизнь, жизнь очень красивая. Можно еще очень долго перечислять и рассказывать о прошедших пяти годах до вечера, обязательно будет что вспомнить.

- Вы не только закончили Семинарию и учитесь в Академии, но и стали выпускником теологического факультета Института дружбы народов Кавказа. Как Вам это удалось, особенно притом, что на этом факультете еще не было выпусков?

- Я получал это образование во время обучения в семинарии. Сейчас в Ставропольской Духовной Семинарии у нас есть такая возможность: поступая на первый курс Семинарии, можно поступать в светское учебное заведение, Институт дружбы народов Кавказа. Кстати, там есть храм в честь мученицы Татианы, созданный по аналогии с домовым храмом Московского государственного университета. Специально ездили туда, встречались с отцом Максимом Козловым, отправляли туда письмо с рассказом о здешнем храме. Два года назад храм был освящен. Ректор института обращалась в Псково-Печерский монастырь, просила частицу мощей небесной покровительницы храма, чтобы она находились здесь, как и у вас в храме при МГУ. Это первый студенческий храм на Кавказе. В институте есть возможность для каждого студента семинарии получать и светское образование по специальности теология.

- И Вы получали его во время учебы в семинарии?

- Да. Выпусков еще не было, но, оканчивая Семинарию, я сдал сессии за два года, меня сразу приняли на третий курс. Пока я обучаюсь в Академии, я, приезжая на каникулы, мог сдавать пропущенные зимние сессии, которые не сдавал до этого.

- Что добавляет образование, получаемое на теологическом факультете Института дружбы народов Кавказа, к образованию в Духовной Семинарии и Духовной Академии? Это что-то другое по жанру и по направленности?

- По жанру и направленности - совершенно другое. Это образование дает нам, в первую очередь, новые знакомства и новые встречи. Братские отношения, которые складываются между Ставропольской Духовной Семинарией и Институтом дружбы народов Кавказа, неповторимы и крайне интересны. Многие проекты, осуществленные в нашей епархии, были созданы совместно двумя этими учебными заведениями. Были поездки на Соловки, не одна конференция, проведенная вместе, светский вуз принимает участие и в нынешнем съезде СМИ в России.

- По опыту работы Вы уже сталкивались со СМИ?

- Я имел возможность благодаря нашей администрации, еще будучи студентом семинарии, выступать на радио в Ставрополе. Еженедельно выходила передача, где нужно было отвечать на приходящие в студию вопросы слушателей.

- Каковы были Ваши ощущения в процессе этой работы?

- Сначала очень волновался. Это живое общение с человеком, задающим вопрос, и ты понимаешь, что сейчас нужно дать такой ответ, который будет услышан не только ведущим этой передачи, но и многими людьми, сидящими по ту сторону радиоприемника у себя дома. Потом мне это понравилось, и я получал духовное удовлетворение, принимая участие в этой программе.

- С профессиональной точки зрение участие в этих передачах помогло чему-нибудь научиться?

- Встречи с новыми людьми дают очень много, будь то юноша, девушка, пожилой человек или школьник. Это всегда некое богатство, в первую очередь обогащение тебя самого информацией, которой тебя человек одаряет. Когда я пытаюсь выйти с ними на контакт, то в процессе общения можно видеть неповторимое раскрытие души. С кем-то это получается, и бывает хорошо и спокойно, с кем-то удается не сразу найти общий язык. Бывают такие встречи, о которых потом вспоминаешь очень долго и переживаешь не один день.

- Когда Вы получали благословение на это послушание, было ли дано вдобавок к нему напутствие, может быть, совет или предостережение?

- В нашей Семинарии есть традиция. Нас не готовят специально к чему-то конкретному. Исторически Ставропольская Семинария была миссионерской, еще при святителе Игнатии (Брянчанинове) студенты изучали языки народов Кавказа для того, чтобы нести слово Божие своим соседям, собратьям, землякам. Семинария во многом остается миссионерской и теперь. Могут просто вызвать кого-то и сказать, что сегодня нужно пойти потрудиться на радио, на телевидении или пойти в светский вуз, а завтра в школу. Поначалу, безусловно, каждый переживает, чувствует стеснение и трепет в душе, но я вижу, как ребята загораются постепенно и вскоре сами приходят и просятся пойти в тот или иной вуз, встретиться с тем или иным человеком. Думаю, что, находясь у нас два дня, Вы видите, насколько активно принимают ребята участие во всех мероприятиях, связанных не только с жизнью Семинарии, но и с жизнью нашей епархии.

- В школы ходят, насколько мы поняли, уже второкурсники. У Вас был такой опыт?

- В Ставрополе есть лицей, в который ребята ходят уже более десяти лет. Многие священники, которых вы видели в зале, впервые побывали в этом лицее еще в начале 90-х годов. До сегодняшнего дня у нас поддерживаются очень тесные связи. Поступившие в нашу семинарию практически с середины первого курса и на втором курсе посещают школы и этот лицей. Еженедельно у них в каждом классе есть лекции, они задают вопросы, домашние задания, вместе с младшими классами рисуют на заданную религиозную тему.

Безусловно, этот опыт был и у меня, как у студента семинарии младшего курса, более пяти лет назад. Я был счастлив общаться с детьми, потому что сам возвращался за школьную парту. Второкурсник ведь, по сути, сам еще не так давно вышел из стен общеобразовательной школы. Возвращаясь в школу, уже будучи студентом семинарии, получаешь возможность вспомнить школьные годы, увидеть со стороны, каким был ты сам, понять ошибки, допущенные тобой в школьном возрасте. С детьми вообще очень приятно работать. Осознаешь в большей мере свою черствость, видя вот эти Божьи создания, так искренне задающие свои вопросы, так искренне отвечающие на поставленные. Это незабываемое чувство. Я хотел бы вновь вернуться и побывать в той же школе, в которой я преподавал, будучи еще студентом семинарии. Надеюсь, что у меня еще будет такая возможность.

- Дети - такие уж ангелы? Всегда слушают?

- Нет, они не всегда слушают, но когда видишь их, понимаешь, что сам был таким всего лишь два года назад. Сразу понимаешь, как было тяжело преподавателям, стоявшим у доски перед классом. Порой мы недооцениваем наших учителей, а проходят годы - и неизбежно вспоминаешь и школьных учителей, и преподаватели Семинарии вспоминаются сейчас, когда я нахожусь в Московской Духовной Академии. Это незабываемые люди, и я стараюсь по возможности поддерживать отношения со школьными преподавателями, теми, которые запали в душу и многое сделали для моего духовного становления. Безусловно, к таким людям я отношу и преподавателей Ставропольской Духовной Семинарии. Лучшие годы студенчества были прожиты в стенах Ставропольской Духовной школы - это я говорю везде, об этом я свидетельствую и в стенах Московской духовной академии.

- Что говорить, не все журналисты ангелы, вопросы они часто задают далеко не самые деликатные, да и цинизма им не занимать. Есть, конечно, люди православные, но при этом среда самая разношерстная и отношение у нее к православию варьируется от полного игнорирования и непредставления до самых нежелательных характеристик, оценок, материалов. Дети тоже задают каверзные вопросы. Исходя из накопленного опыта, хотелось бы вернуться поработать с детьми? А что хотелось бы сказать журналистам?

- Каждый из вопросов, о которых Вы говорите, часто задают журналисты и светские, и православные. Проблемы заставляют человека размышлять, иногда вопросы каверзные дают возможность личности раскрыться до конца. Легче всего ответить на прямой вопрос кратким словом или простой улыбкой, но когда вопрос каверзный, тебе приходится полностью перевернуть всю свою душу, все свои мысли для того, чтобы дать искренний, четкий, разумный ответ. Думаю, что вопросы такого рода полезны и иногда даже очень нужны.

Что касается Вашего следующего вопроса о возвращении на журналистскую стезю, где я смог в свое время себя попробовать, могу сказать: да, конечно, мне хотелось бы этого по возвращении из Академии. За пять лет у меня была возможность совершить много поездок: я участвовал в работе "Ставропольского благовеста". Я ездил с журналистами не только по всему Ставропольскому краю, но и по всей епархии. Наша епархия - самая большая в регионе, в нее входят шесть субъектов Российской Федерации: Ставропольский край, Карачаево-Черкессия, Кабардино-Балкария, Северная Осетия, Чечня, Ингушетия. И вот за пять лет обучения в Семинарии была возможность выезжать в разные места с тележурналистами, режиссерами. Опыт этот был уникальным. Не знаю, смог ли бы я повторить их профессионализм, но скажу честно, что для меня это была школа жизни.

- Если пофантазировать и представить посещение не школы, не лицея, а светского вуза, например журфака, то что бы хотелось сказать студентам? Что бы тебе хотелось донести до их понимания, как самое главное?

- Хотелось бы сказать о необходимости побольше общаться с молодежью, заинтересовывать их своими статьями, зажигать своей деятельностью, своим профессионализмом. Наше общество сейчас настолько разобщено, настолько сложно переживает все процессы, происходящие в нашей стране, что если молодежь останется за бортом этого житейского корабля, то мы ее просто потеряем. Я думаю, что журналисты должны обращать большее внимание на молодежь, заинтересовывать ее своими проектами.

- Над чем смеются семинаристы?

- В первую очередь над собой и своими сверстниками, иногда над преподавателями. Но это ерничество присуще молодежи, присуще любому студенту.

- Есть сборнички ляпов и баек вроде: "Семинаристы стоят справа и не мешают молиться верующим". Что-нибудь специфически ставропольское не вспоминается?

- У нас в кельях любили вспоминать за чашкой чая в дни ангела или в дни рождения фразу: "В 20 лет ума нет - и не будет, в 30 лет денег нет - и не будет, в 40 лет жены нет - и не будет". Сейчас сложно выделить специфику какой-то одной школы даже в сфере юмора, ведь есть мобильное общение, Интернет, и информация распространяется очень быстро. Те, кто выпускался из нашей семинарии и учится сейчас в столичных духовных школах, рассказывают о тех шутках, которые у них приняты. Получается, что студенты общаются между собой регулярно, и шутки тоже становятся общими.

- "В 40 лет жены нет - и не будет" - это проблема для семинаристов?

- Не думаю, что это проблема для ставропольских семинаристов, потому что, повторюсь, у нас есть регентское отделение, и большинство ребят находит спутниц жизни именно там. Но есть и те, кто знакомится с девочками из светских учебных заведений, так как через дорогу от нас находится Ставропольский государственный университет. У нас, как я уже говорил, достаточно тесные отношения и с Институтом дружбы народов Кавказа, с Педагогическим институтом, с медакадемией города Ставрополя. Наших ребят приглашают туда с лекциями, выступлениями. У нас сложилась уже трехлетняя традиция экскурсий в церковно-археологическом кабинете при Ставропольской Духовной Семинарии. Туда приходят группами, курсами, там мы проводили лекции для студентов медакадемии. Был у нас такой случай, когда сразу более десятка человек попали в больницу. Одна из медсестер, которая ухаживала за больными семинаристами, пришла после в храм, а теперь она уже матушка. Батюшка служит на приходе в районе границы с Калмыкией, и она разделяет с ним будни и праздники приходской жизни.

- При Лавре тоже есть регентская школа. Лаврские семинаристы рассказали нам анекдот про золотую рыбку. Поймал семинарист золотую рыбку, она ему и говорит: "Ну, валяй, загадывай три желания". Как настоящий студент, он сначала пожелал, чтобы пар было поменьше, не больше двух в день. Потом пожелал, чтобы кормили еще лучше. Потом решил, что неплохо бы еще и для человечества что-нибудь сделать, для ближних. И говорит: "Сделай так, чтобы войны больше никогда не было". Она ему: "Ну, понимаешь, я такая маленькая, а люди такие злые, нет ли у тебя какого-нибудь желания попроще?" Он подумал-подумал и говорит: "Сделай так, чтобы все регентши были хорошими женами". "Погоди, что ты там о войне говорил?"

- Хороший анекдот. Но Кавказ всегда отличался своим особым менталитетом, своим гостеприимством, так что девушки, которых можно видеть у нас на регентском отделении, заведомо хорошие матушки, в них просто с рождения многое в этом отношении уже заложено и образом жизни, и воспитанием. Это Кавказ. И добрые отношения в семье, порядок в доме, забота о детях и супруге здесь - естественные явления. Думаю, что к Ставропольской семинарии этот анекдот отнести нельзя. За три года обучения здесь девочки вполне могут проявить себя не только как регенты, но и как хозяйки на послушаниях в трапезной: я уже говорил, что они часто пекут нам пироги, торты, так что семинаристам, глядя на них, проще сделать выбор.

- Здесь, с кем бы мы ни общались, все говорят, что православие впитано с молоком матери. А когда спрашиваешь сверстников в Москве, даже семинаристов, большая часть из них говорит, что пришли к вере уже в сознательном возрасте. Мы просто случайно встречали здесь только таких людей, или это связано с регионом?

- С регионом, думаю, тоже связано. Ведь по преданию здесь был апостол Андрей.

- Апостол Андрей - хорошо, бывал он и в Киеве и в Новгороде, но в советское время жизнь здесь была такой же, как и везде. Неужели здесь не была прервана традиция Православия?

- Она была прервана, но Кавказ всегда был колыбелью христианства. Мы знаем древние храмы Архыза и Осетии, которые были здесь еще до крещения Руси, датированные VIII-IX веком. Так что неудивительно, что веру многие семьи хранили и передавали из поколения в поколения, что люди здесь не мыслят себя без веры в Бога. За 70 лет советской власти многое претерпели не только православные на Кавказе. Здесь люди в принципе воспитаны на уважении к старшим, на традиционных ценностях, и именно это помогло сохранить достойное отношение к Богу, к Всевышнему - не только христианам, но и живущим здесь мусульманам.

- Напряженности между семинаристами и мусульманами не бывает?

- Я никогда такого не встречал. Можно вернуться, опять же, к примеру нашего Института дружбы народов Кавказа, ведь там обучается не только русскоязычное население, но и ребята из республик. Они могли бы потребовать открыть там мечеть, но в институте есть уже православный храм, и они относятся к этому с пониманием и с уважением. В вузе проводится много творческих совместных вечеров, и в Семинарию ребята тоже приходят. Взаимодействие постоянное, поэтому и разногласий никаких не было до сих пор и, надеюсь, не будет.

- Спасибо зарассказ и успехов в дальнейшей учебе!

Александра Сопова

http://www.taday.ru/text/78028.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме