Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Вызов ПРО: что предпринять в ответ?

Сергей  Рогов, Независимое военное обозрение

24.03.2007


Россия может продемонстрировать американским партнерам ракеты, от которых никакой "щит" не спасет …

Почти пять лет тому назад США в одностороннем порядке вышли из Договора по противоракетной обороне. Этот шаг носил беспрецедентный характер и имел далеко идущие последствия. Дело не в том, что практически все соглашения такого рода включают ссылку на "высшие национальные интересы", которая позволяет в одностороннем порядке отказаться от выполнения принятых обязательств. Подобным правом государства пользуются крайне редко, но исключения случаются. Есть такие прецеденты и в нашей истории. Подобным образом поступил и Советский Союз, когда в апреле 1945 года денонсировал пакт о нейтралитете и через три месяца начал войну с Японией. Имелись сходные примеры и в истории советско-американских отношений. Напомним, что администрация Рональда Рейгана отказалась ратифицировать Договор ОСВ-2, подписанный президентом Джимми Картером. Но тогда речь шла об отказе от ввода в действие не вступившего в силу соглашения.

Совсем другая ситуация с подписанным и ратифицированным еще в 1972 году Договором по ПРО, который, как в свое время утверждали в Вашингтоне, являлся "краеугольным камнем" стратегической стабильности. И действительно, без Договора по ПРО были бы невозможными и все другие советско-американские соглашения о контроле над вооружениями, подписанные в течение двух десятилетий после исторического визита Ричарда Никсона в Москву.

ЛОГИКА "ВЗАИМНОГО ЯДЕРНОГО УСТРАШЕНИЯ"


Договор по ПРО, заключенный одновременно с Соглашением об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-1), зафиксировал неразрывную связь между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями в ракетно-ядерную эпоху, когда стратегическая стабильность основывается на "взаимном ядерном устрашении" (ВЯУ). Особенности этой модели были проанализированы в подготовленном Виктором Есиным, Павлом Золотаревым и мной докладе, выводы из которого публиковались в 2004 году на страницах "Независимого военного обозрения" (N 24).

Подчеркнем лишь, что логика этой модели привела США и СССР к выводу, противоречащему всему прежнему историческому опыту: надо запретить, точнее - существенно ограничить, средства стратегической обороны. В условиях, когда обе стороны обладали ракетными средствами, позволяющими быстро поразить защищенные цели, то есть нанести обезоруживающий и обезглавливающий удар, стимул к упреждению противника в кризисной ситуации был слишком велик. Наличие стратегической обороны усиливало его, поскольку возникала возможность парировать ответный удар ослабленных сил противника с помощью средств ПРО.

Поэтому стороны и пришли к столь необычному выводу: стратегическая оборона носит дестабилизирующий характер. Правда, стратегическая оборона не была запрещена. Речь не шла о запрете средств борьбы со стратегическими бомбардировщиками (ПВО) и подводными лодками ( раньше это называлось ПЛО). Даже противоракетная оборона не запрещалась - в 1972 году речь шла лишь об установлении лимита в 200 ракет-перехватчиков с размещением их в двух позиционных районах развертывания (вокруг столицы страны и на одной из баз МБР), а также об установлении ограничений на географическое расположение РЛС, которые могли бы использоваться для боевого управления средствами ПРО. То есть запрещалось только создание национальной системы противоракетной обороны. В 1974 году эти ограничения были усилены - стороны договорились иметь не более 100 ракет-перехватчиков и по одному району их базирования.

СССР развернул систему стратегической ПРО вокруг Москвы, США в 1975 году заморозили систему "Сейфгард" и до 2004 года не располагали стратегической ПРО, хотя Рональд Рейган еще в 1983 году провозгласил программу "Звездных войн" (Стратегическая оборонная инициатива).

Договор по ПРО позволил сторонам сначала установить потолки для наращивания стратегических наступательных средств (ОСВ-1), а в 1991 году - договориться об их сокращении примерно в два раза (СНВ-1). Сохранение в силе Договора по ПРО позволяло рассчитывать на дальнейшие сокращения стратегических вооружений - СНВ-2 и т.д., а также подписать другие соглашения о контроле над вооружениями, в частности договор РСМД и ДОВСЕ.

В конце прошлого десятилетия в американской политической элите начали преобладать призывы к пересмотру Договора по ПРО. Очевидно, что после распада СССР в Вашингтоне перестали рассматривать Россию как равного по силам соперника, который был бы в состоянии выдержать гонку вооружения, создавая для США значительную угрозу. Контроль над вооружениями в этих условиях выглядел как односторонняя уступка со стороны американцев.

В 2000 году, борясь за президентское кресло, Джордж Буш-младший объявил, что необходимо преодолеть "взаимное ядерное устрашение". Но как это можно сделать?

Теоретически существуют два варианта преодоления ВЯУ.

Первый - фундаментальная трансформация военно-политических отношений России и США, переход к модели взаимной гарантированной безопасности, когда стороны тесно сотрудничают на постоянной основе. При этом их стратегические ядерные силы продолжают выполнять функции сдерживания, но имеют такой количественный и качественный состав, который исключает нанесение упреждающего удара. То есть это ядерные силы, предназначенные в основном для ответного удара (возможные варианты были рассмотрены в упомянутом докладе 2004 года).

Второй - односторонние действия одной из стран, наращивающей одновременно свои наступательные силы (в том числе за счет не только ядерных, но и высокоточных ударных систем в неядерном оснащении), и средства активной обороны, включая стратегические ПРО. Таким образом, пресловутый "баланс террора" заменяется полным военным превосходством другой стороны.

"ВЫБОРОЧНЫЙ" КОНТРОЛЬ НАД ВООРУЖЕНИЯМИ


Что же произошло за более чем 6 лет пребывания у власти администрации Буша?

В 2001 году Вашингтон заявил Москве: мы больше не враги, поэтому нет необходимости в юридически обязательных договорах о контроле над вооружениями. Однако на практике это выразилось только в заявлении Вашингтона об одностороннем выходе из Договора по ПРО. И через 6 месяцев (как и предусмотрено процедурой), в июне 2002 года этот договор прекратил свое действие.

А как быть с остальными соглашениями о контроле над вооружениями между США и Россией? Ведь согласно логике администрации Буша они тоже должны отправиться "на свалку истории" - мы же больше не враги! Но этого не произошло. Все другие соглашения - РСМД, ДОВСЕ, Договор об "открытом небе" и т.д. продолжают действовать. Правда, Договор СНВ-2 из-за позиции Вашингтона так и не вступил в действия. Но США подписали с Россией в мае 2002 новый Договор о сокращении наступательных потенциалов (СНП), который формально устанавливает через 10 лет еще более низкие потолки стратегических ядерных вооружений, чем СНВ-2, - 1700-2200 боезарядов.

Таким образом, американцы создали ситуацию выборочного контроля над вооружениями. Если соглашение мешает военному строительству США, как, например, Договор по ПРО, то оно аннулируется. Если же соглашения ограничивают Москву в большей степени, чем Вашингтон, они продолжают действовать. То есть постепенно, шаг за шагом, расшатывается стратегическая стабильность, основанная на "взаимном ядерном устрашении". Но делается это не в рамках новой модели взаимной гарантированной безопасности, а в интересах наращивания военного превосходства США и ослабления российского потенциала ядерного сдерживания.

Следует отметить, что после окончания холодной войны американская ядерная политика не претерпела принципиальных изменений. Несмотря на количественные сокращения, предусмотренные Договором СНВ-1, группировка стратегических ядерных сил США по своему составу и боевой готовности по-прежнему предназначена для поражения всей номенклатуры военных, политических и экономических целей на территории нашей страны. Инновация заключается в том, что помимо России американское ядерное планирование включает набор сценариев применения ядерного оружия и против других стран, к числу которых относятся государства, обладающие или разрабатывающие ОМУ и способные противостоять США в региональных конфликтах.

РАСЧЕТЫ И ПРОСЧЕТЫ


Прежде чем рассмотреть возможные варианты ответных действий России на развертывание американской ПРО, отмечу три важных момента.

Первое. С нашей стороны были допущены серьезные просчеты в 2001-2002 годах. Почему Россия не увязала разрыв Договора по ПРО с прекращением действия договоров РСМД и ДОВСЕ, утративших смысл после прекращения холодной войны и развала организации Варшавского договора? Раз мы больше не враги, то нет нужды и в этих соглашениях, также построенных на принципе паритета между противоборствующими сторонами. Администрация Буша утверждала, что американцы нуждаются в ПРО не против России, а против Ирана и КНДР. Ну и мы могли сказать: "Нам нужны ракеты средней дальности не против США и НАТО, а против других угроз". Такими ракетами располагают Иран и КНДР, а также Израиль, Пакистан, Индия, Китай и другие страны вблизи наших границ.

Подобные предложения выдвигал целый ряд экспертов, включая автора этих строк. Ведь в этом случае разрыв Вашингтоном Договора по ПРО вызвал бы не только протесты Москвы, но и куда более жесткую реакцию Берлина, Парижа, Лондона, Рима, а также Пекина, Дели и других. Если бы США проигнорировали мнение широкого международного сообщества, то мы действительно могли отказаться от мешающих нам ограничений. Тогда бы у нас сейчас уже были ракеты средней дальности, но ответственность за денонсацию соглашения легла бы на США, а не на Россию.

Второе. Нереально было ожидать, что администрация Буша-младшего согласится детализировать условия Договора СНП так, как это было сделано с СНВ-1 (примерно тысяча страниц). Но полагаем, что Россия могла бы потребовать включить в текст нового соглашения несколько важных положений, в частности о снятии ограничений на модернизацию МБР и о сохранении правил зачета зарядов, предусмотренных по СНВ-1, за исключением дополнений, касающихся МБР и РГЧ.

Конечно, "легко после драки кулаками махать", но, если бы мы подняли пять лет назад вопрос о РСМД, то и условия выполнения Договора СНП были бы более ясными. Сегодня же истекает уже почти половина срока действия этого соглашения, но никто не может сказать, каковы этапы его выполнения и каким будет состав ядерных сил сторон, когда оно закончит свое действие.

Третье. Проявив излишнюю мягкость пять лет назад, нам не стоит скоропалительно действовать сейчас. Надо здраво проанализировать сложившуюся ситуацию и тщательно просчитать возможные политические и военные меры, которые должна принять Россия, чтобы защитить свои интересы.

ДЕЛО НЕ БЛИЖАЙШЕГО БУДУЩЕГО


Думается, не стоит впадать в истерику под влиянием пропаганды Пентагона, как четверть века назад, когда некоторые политические и военные руководители СССР всерьез восприняли мультипликационные ролики о лазерах, сбивающих советские ракеты. Сегодня, как и при Рейгане, у США нет национальной ПРО. Более того, пройдет еще лет 20-25, прежде чем американская ПРО будет способна осуществить перехват нескольких сотен боеголовок. И то - если Пентагон сможет решить все технические и финансовые проблемы, связанные с созданием эшелонированной противоракетной обороны.

Следует отметить, создание эффективной ПРО без применения ядерного оружия - чрезвычайно сложная задача. Большинство испытаний различных компонентов противоракетной обороны, включая перехватчики наземного базирования, пока не принесли успеха, хотя они проводятся по "облегченному" сценарию. Развертывание системы GBI началось в 2004 году до завершения все еще продолжающихся испытаний. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что администрация Буша еще несколько лет назад отказалась от использования термина "национальная ПРО", предпочитая говорить о поэтапном создании "многоярусной" или "эшелонированной" ПРО.

Пока у США есть лишь некоторые разрозненные элементы ПРО, не интегрированные в единую систему. Это несколько десятков пусковых установок тактической ПРО "Пэтриот-3"; корабельная ПРО "Иджис" (16 крейсеров и эсминцев), способная осуществлять как защиту объектов, так и ограниченный заатмосферный перехват; 14 ракет-перехватчиков GBI в двух позиционных районах (Аляска и Калифорния) и два новых радара, один из которых - морского базирования. Кроме того, модернизуются в интересах ПРО старые РЛС с фазированной решеткой в Гренландии и Шотландии.

Через пять лет, согласно планам Пентагона, произойдет количественное наращивание этой группировки. В частности, количество перехватчиков GBI увеличится до 54, они будут размещены на трех базах (включая Польшу). США приступят к развертыванию ПРО на ТВД THAAD. Возможно, закончатся испытания химического лазера воздушного базирования (на базе самолета "Боинг-747"). Видимо, начнется создание космической группировки спутников СБИРС, которые войдут в систему боевого управления ПРО.

Развертывание космических средств поражения начнется не ранее второй половины следующего десятилетия. В целом эшелонированная, многоярусная система стратегической ПРО, включающая относительно эффективные средства перехвата наземного, морского, воздушного и космического базирования, приобретет реальные черты в 2020-е годы, но процесс ее формирования скорее всего затянется вплоть до середины нынешнего века. Все это, повторяем, потребует решения целого ряда сложнейших технических вопросов, а также многократного увеличения финансирования.

Не стоит забывать, что у Москвы уже три с лишним десятилетия существует своя система ПРО со 100 ракетами-перехватчиками. Кроме того, российские средства ПВО С-300 и С-400 также обладают определенными возможностями по перехвату ракет. В отличие от США отечественные системы прошли испытания и приняты на вооружение, хотя это, конечно, не позволяет утверждать, что у России есть "национальная" ПРО и что такая система может быть создана в будущем.

ПЕЧАЛЬНЫЕ УРОКИ ИСТОРИИ


Необходимо учитывать и исторические уроки, связанные с той негативной ролью, которую ракетно-ядерные средства средней дальности сыграли в период холодной войны.

Напомним: еще в 1956 году, во время Суэцкого кризиса, Хрущев выступил с угрозой применения ядерных ракет против Англии, Франции и Израиля, не получивших поддержки США во время агрессии против Египта. Результатом стала резкая активизация ядерных программ этих государств (хотя Великобритания получила доступ к ядерному оружию еще до описываемых событий). СССР опередил США, проведя в 1957 году испытания межконтинентальных баллистических ракет. Администрация Эйзенхауэра ответила размещением ядерных ракет средней дальности "Юпитер" на территории Италии и Турции. Одновременно и СССР начал развертывание своих ракет средней дальности. Однако к началу 1960-х годов США приступили к массированному развертыванию МБР и БРПЛ, значительно опередив Советский Союз. В 1962 году СССР сделал ответный ход, попытавшись разместить на Кубе свои ракеты средней дальности. Результатом стал самый острый военно-политический кризис за весь период советско-американского противоборства. СССР был вынужден вывести свои ракеты с Кубы, но и США чуть позднее убрали свои ракеты из Европы. Однако этот компромисс не получил международно-правового оформления.

Позднее США и их союзники обсуждали вопрос о создании под эгидой НАТО "многонациональных ядерных сил". Но вместо этого было осуществлено массированное наращивание тактических ядерных сил США в Западной Европе (примерно 7 тыс. боезарядов). Часть этих средств, например, авиационного базирования, могли достигать территории СССР. В результате существенно усложнилась подготовка первого в истории соглашения об ограничении стратегических вооружений. Советский Союз требовал учета тактических ядерных вооружений США в Европе, а также английских и французских ядерных сил в рамках соглашения ОСВ-1. Но в 1972 году Москва согласилась ограничить калькуляцию паритета только средствами доставки ядерного оружия большой дальности - свыше 5500 км.

Новый кризис из-за "евроракет" разразился в конце 1970-х - начале 1980-х годов. Его детонатором стало размещение нового поколения советских ракет средней дальности. Дорожно-мобильные ракеты СС-20 ("Пионер"), оснащенные РГЧ ИН, поставили под вопрос американские ядерные гарантии Западной Европе. Администрация Рейгана ответила размещением в странах НАТО баллистических ракет "Першинг-2" и крылатых ракет наземного базирования. Подлетное время американских ракет, угрожавших стратегическим целям на европейской территории СССР, резко сократилось. Советский Союз, не имея возможности развернуть свои ракеты средней дальности в Западном полушарии, выдвинул к берегам США свои подводные лодки-ракетоносцы.

Географическая асимметрия угроз вынудила СССР согласиться на Договор РСМД. Советскому Союзу пришлось отказаться от своего требования оставить 100 ракет средней дальности на азиатской территории. Более того, СССР в силу ряда причин был вынужден ликвидировать ракетный комплекс "Ока", дальность которого не превышала 400 км. Всего же, согласно Договору РСМД, нам пришлось ликвидировать около 2 тыс. ракет, а американцам - примерно 1 тысячу.

В целом можно констатировать, что наличие у США глобальной системы военно-политических союзов и многочисленных военных баз вблизи территории нашей страны сделало невыгодным для Москвы соперничество с Вашингтоном в таком сегменте ядерных вооружений, как ракеты средней дальности. Более того, непродуманные действия ("ультиматум Хрущева", размещение ракет на Кубе, массированное развертывание ракетных комплексов "Пионер") приводили к возникновению кризисных ситуаций, в которых Москве приходилось отступать. В то же время в сфере стратегических ядерных вооружений СССР смог успешно добиться паритета, который стал основой "взаимного ядерного устрашения".

ЧТО ДЕЛАТЬ?


Несмотря на односторонние действия администрации Буша, связанные с выходом из Договора по ПРО и началом развертывания компонентов морского и наземного базирования эшелонированной системы ПРО, ситуация "взаимного гарантированного уничтожения" в российско-американских отношениях сохраняется. Можно полагать, что при сохранении Россией надежного потенциала стратегического ядерного сдерживания эта ситуация радикально не изменится по крайней мере в течение ближайших 10-15 лет, однако угроза нарушения стратегической стабильности будет возрастать.

В идеале, на наш взгляд, предотвращение гонки вооружения возможно лишь в случае формирования новой модели военно-политического взаимодействия России и США - взаимной гарантированной безопасности. Вероятность такого развития событий сегодня крайне невелика. Но ситуация может измениться, если новая американская администрация, которая придет к власти в 2009 году, пересмотрит стратегию Буша и пойдет на компромиссные соглашения с Россией, включая новые международно-правовые договоренности. Такой вариант исключать нельзя, но и гарантий его осуществления нет.

В этих условиях приходится констатировать, что задача заключается в том, чтобы не допустить нарушения стратегического баланса и получения Соединенными Штатами подавляющего военного превосходства. То есть с учетом уроков гонки вооружений в период холодной войны необходимо принять эффективные меры для сохранения модели "взаимного ядерного устрашения", адекватно поддерживая и - в случае возрастания американской угрозы - наращивая угрозу для США. При этом необходимо не допустить втягивания в губительную гонку вооружений и выстраивать наши ответные действия таким образом, чтобы не вызывать опасений у окружающих Россию государств за их безопасность.

Представляется, что предпринимаемые нами меры должны включать в себя взаимосвязанный и взаимообусловленный комплекс усилий в политико-дипломатической и военно-технической сферах.

В политико-дипломатической сфере следует прежде всего определиться с подходом к контролю над вооружениями, провести "ревизию" заключенных Россией договоров и соглашений в этой области, чтобы можно было понять, какие договоры и соглашения работают на безопасность страны и поэтому нуждаются в сохранении, укреплении или корректировке; какие договоры и соглашения перестали отвечать национальным интересам и больше не нужны России; наконец, какие новые договоры и соглашения необходимо заключить, чтобы повысить уровень безопасности страны и способствовать сохранению стратегической стабильности в мире.

Среди действующих между Россией и США договоров в области контроля над вооружениями наиболее актуальными на нынешнем этапе российско-американских отношений являются договоры СНВ-1, СНП и РСМД.

Срок действия Договора СНВ-1 истекает 5 декабря 2009 года, а Договора СНП - 31 декабря 2012 года Оба договора отвечают высшим интересам России, хотя и содержат определенные недостатки. Например, явно избыточной и излишне затратной для России является система контроля по СНВ-1, которая включает в себя 13 различных видов инспекций.

Оба договора регламентируют правила поведения сторон в области стратегических ядерных вооружений России и США, причем в тексте Договора СНП имеется прямая ссылка на учет обязательств сторон по Договору СНВ-1. Поэтому судьбу этих договоров необходимо решать одновременно, во взаимной увязке. В 2006 году в соответствии с совместным поручением российского и американского президентов представители России и США приступили к консультациям по выработке решения о судьбе Договора СНВ-1, хотя результатов это не принесло. Интересам России отвечало бы продолжение и расширение формата российско-американских консультаций.

НАДО ЛИ СЕГОДНЯ ЛОМАТЬ ДОГОВОР О РСМД?


Необходим глубокий и всесторонний анализ целесообразности как соблюдения, так и одностороннего выхода России из Договора РСМД.

Можно полагать, что в военном плане у России есть потребность в ракетах средней дальности, в частности, в неядерном оснащении. Тогда следует выступить с инициативой адаптировать Договор РСМД под эти потребности, то есть разрешить его участникам иметь неядерные баллистические ракеты средней дальности. В такой комплектации эти ракеты не будут представлять чрезмерной угрозы ни для Европы, ни для других наших соседей. Следовательно, с их стороны реакция на такой шаг России будет спокойной.

Но если США откажутся модернизировать Договор РСМД, то у России останется право одностороннего выхода из него, но при этом целесообразно объявить о намерении развернуть ракеты средней дальности только в обычном оснащении. Но и подобный шаг необходимо хорошо просчитать, поскольку США могут в короткий срок развернуть на территории "новых" членов НАТО, включая Польшу и страны Балтии, значительное количество крылатых ракет в обычном оснащении.

Не стоит забывать, что производство КРМБ в США достигает 400-500 единиц в год. У Пентагона не будет никаких серьезных технических и финансовых проблем для быстрого перехода к серийному производству крылатых ракет наземного базирования, запрещенных Договором о РСМД. Принимая во внимание состояние нашей ПВО, размещение американских КРНБ у нас под носом создаст смертельную угрозу всему набору военных, политических и экономических целей на европейской территории России - куда большую, чем ПРО в Чехии и Польше.

Можно полагать, что США не станут возобновлять производство ракет "Першинг-2". Но нельзя исключать, что возможно довольно быстрое проведение испытаний для стрельбы по наземным целям одного из типов ракет-перехватчиков, которые входят в структуру эшелонированной ПРО.

Что касается наших баллистических ракет средней дальности, то вряд ли целесообразно возобновлять производство системы "Пионер", разработанной три с лишним десятилетия тому назад и производившейся в кооперации с украинскими предприятиями. Очевидно, есть смысл делать такую ракету на базе двух ступеней МБР "Тополь-М". Но, учитывая проблемы, которые возникли при создании БРПЛ "Булава", трудно ожидать, что новую ракету средней дальности удастся развернуть не раньше, чем через 5 лет.

В целом представляется, что непродуманным выходом из Договора РСМД мы не укрепим, а ослабим свою безопасность. Вполне просчитываемый ответ США и НАТО во много раз перевесит выгоды в военном плане, которые может получить Россия, объявляя о развертывании ядерных ракет средней дальности.

ЭФФЕКТИВНЫЕ ОТВЕТНЫЕ МЕРЫ


России нужны совсем другие меры в военно-технической сфере, которые позволили бы нейтрализовать нарастание военной угрозы со стороны США и действительно сохранить, а не нарушить сложившийся стратегический баланс.

Необходимо ускорить реализацию программы оснащения российских СЯС системами вооружения, способными надежно преодолевать ПРО. Прежде всего, это касается дорожно-мобильной МБР "Тополь-М", которую мы уже через два года, когда истечет срок Договора СНВ-1, можем начать оснащать РГЧ ИН. Этот шаг, так же как и рассредоточение наших мобильных МБР, никоим образом не будет нарушать условия Договора о СНП, который позволяет каждой стороне самостоятельно определять состав, структуру и группировку своих сил.

По свидетельству мартовского номера известного "Бюллетеня атомных ученых", который ссылается на обмен официальными данными, у России имеется 45 ПУ "Тополь-М", которые могут быть оснащены маневрирующими головными частями. Если вместо 6 единиц в год мы будет развертывать, например, 20 ракет "Тополь-М", оснащенных маневрирующими РГЧ ИН, то к 31 декабря 2012 года у нас будет сотня новейших малоуязвимых комплексов с 300 боезарядами, которым не страшна любая американская ПРО. И те 10 перехватчиков, которые Пентагон хочет развернуть в Польше в 2012 году, не будут иметь никаких шансов не только перехватить наши ракеты, но и просуществовать больше нескольких минут при осуществлении бредового сценария американо-российской войны.

Еще одним эффективным средством поражения объектов ПРО являются высокоточные крылатые ракеты воздушного базирования. Опыт современных вооруженных конфликтов и локальных войн свидетельствует, что наиболее эффективно с задачей поражения радаров неядерными средствами способна справиться авиация, оснащенная самонаводящимися КРВБ.

На сегодня Россия, по данным "Бюллетеня атомных ученых", располагает 78 стратегическими бомбардировщиками Ту-95МС и Ту-160, а также имеет несколько десятков средних бомбардировщиков Ту-22М3. В общей сложности они потенциально способны нести примерно 1,5 тыс. КРВБ.

По сообщениям печати, у России имеется или проходит испытания целый ряд таких систем. Еще в 2005 году в ходе проводимого со стратегической авиацией учения при непосредственном участии президента РФ Владимира Путина было проведено успешное полигонное испытание вновь разрабатываемой КРВБ большой дальности. Если мы наладим в ближайшее время серийное производство новейших КРВБ в неядерном оснащении (как американцы - свои), то Россия получит еще несколько сотен эффективных средств поражения любых целей в пределах 3-5 тыс. км от наших границ, включая Аляску, где в 2012 году будет развернута основная группировка американских ракет - перехватчиков ПРО. В интересах обладания Россией полноценным набором неядерных авиационных средств поражения большей дальности необходимо предпринять дополнительные усилия, которые позволили бы в короткие сроки не только принять на вооружение новые КРВБ, но и наладить их серийное производство.

Все эти меры мы можем принимать, не нарушая какие-либо международно-правовые обязательства. В случае успешной реализации изложенных мер России удастся сохранить стратегический баланс с США и не допустить их военного превосходства.

При этом мы заплатим гораздо меньшую цену, чем американцы. Подчеркну, что нет необходимости форсировать переоснащение своих СЯС на новые системы вооружения в ущерб решению других важных задач в области обороны. В финансово-экономическом плане корректировка планов строительства стратегических сил с выделением дополнительных средств на массовое производство уже практически "доведенных до ума" новых МБР и КРВБ будет стоить, если брать американские цены на соответствующую продукцию, менее 1 млрд. долларов в год. У нас, вероятно, это потребует не более 3-5 млрд. рублей или полпроцента расходов Российской Федерации на оборону в 2007 году. Вряд ли такие расходы на парирование угрозы американской ПРО являются непосильным бременем для государства, в Стабилизационном фонде которого лежит мертвым грузом около 100 млрд. долларов.

Сто лет назад американский президент Теодор Рузвельт дал совет: "Говори тихо, но держи большую дубинку". И нам надо не кричать, что мы завтра выйдем из Договора РСМД, а продемонстрировать американским партнерам, что мы производим новые дубинки, от которых никакой щит не защитит.

2012 ГОД - ПОВОРОТНАЯ ТОЧКА


2012 год имеет особое значение не только потому, что будут развернуты американские ракеты-перехватчики в Польше и радар в Чехии. Прекратит после четырех десятилетий свое существование режим ограничения и сокращения стратегических ядерных вооружений, если нынешняя или следующая администрация США не захотят прислушаться к дипломатическим инициативам России.

Если СНВ-1 и СНП окажутся "на свалке истории", как это произошло с Договором по ПРО, то должен ли действовать "бессрочный" Договор РСМД? Кому нужен такой "выборочный" контроль над вооружениями? Я убежден, что нам надо уже сейчас открыто сказать всему миру: если 1 января 2013 года не будет никакого контроля над стратегическими вооружениями, то не будет больше действовать и Договор РСМД. Будем поддерживать "взаимное ядерное устрашение", ведя, как и американцы, игру без правил, как в разгар холодной войны - до 1972 года.

К этому времени мы наладим серийное производство новых "Тополей", а также КРВБ, которые после 2012 года можно будет оснащать не только обычными, но и ядерными боеголовками. Можно будет хорошенько приготовиться и к производству ракет средней дальности в ядерном и неядерном оснащении. Это будет своего рода дамоклов меч, который повиснет над нашими партнерами по переговорам. Россия располагает вполне достаточным запасом времени - в ближайшие 5-10 лет, как уже было показано, боевые возможности создаваемой американцами системы ПРО будут весьма ограниченными.

Но сегодня все еще сохраняется возможность, чтобы попытаться реализовать те дипломатические меры по укреплению взаимного доверия и расширению транспарентности в области ПРО, которые предусмотрены в Совместной декларации о новых стратегических отношениях РФ и США, подписанной президентами Путиным и Бушем 24 мая 2002 года. Надо предложить американцам возобновить деятельность предусмотренной этой декларацией Консультативной группы по вопросам стратегической безопасности в составе министров иностранных дел и обороны. Быть может, с Кондолизой Райс и Робертом Гейтсом удастся добиться более серьезного разговора, чем с их предшественниками. Этому, наверное, будет способствовать и ситуация, когда США терпят сокрушительное поражение в Ираке, а в Конгрессе чуть ли ни каждый день выносятся на голосование резолюции с требованием скорейшего вывода американских войск. В этих условиях Вашингтону невыгодно провоцировать конфронтацию с Москвой.

Есть потенциал для решения вопросов ПРО на совместной основе под эгидой Совета Россия-НАТО. Но можно и заново посмотреть на старые идеи 15-летней давности сотрудничества России и США в создании ПРО.

В то же время достижение успеха на переговорах в 6-стороннем формате по ядерной программе Северной Кореи дает надежду и на успех 6-сторонних переговоров по ядерной программе Ирана. Россия и США смогли договориться о сбалансированной резолюции Совета безопасности ООН по Ирану. Если будет политическое решение, то будет подорвана и аргументация в пользу ПРО.

И последнее. Было бы опрометчиво для безопасности России и международной стабильности, если бы мы встали на путь свертывания диалога с США.

http://nvo.ng.ru/concepts/2007-03-23/1_pro.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

 

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме