Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Отсюда - тактика без стратегии

Павел  Золотарев, Независимое военное обозрение

16.03.2007


Решение вопросов Совета безопасности России перекладывают на Минобороны и Академию военных наук …

Упреки в том, что у России нет стратегии (внешнеполитической, экономической и всяких других), можно услышать и прочитать достаточно часто. В связи с этим хотелось напомнить несколько моментов, связанных с формированием системы государственного управления новой России.

НЕРЕАЛИЗОВАННЫЙ ПОРЯДОК


Непосредственно после августовских событий 1991 года по инициативе президента России Бориса Ельцина были созданы рабочие группы по разработке концепции безопасности Российской Федерации и закона "О безопасности Российской Федерации". В Верховном Совете эту работу возглавил нынешний председатель Счетной палаты Сергей Степашин, а от президента соответствующее поручение получил Юрий Скоков.

Закон был принят в начале 1992 года. В соответствии с его положениями создали Совет безопасности РФ. Позже он приобрел конституционный статус. С самого начала этот орган управления в руках президента России замышлялся в качестве инструмента выработки стратегических решений в интересах обеспечения безопасности в соответствии с теми принципиально новыми подходами к понятию "безопасность", которые получили свое закрепление в упомянутом выше законе.

Не будет лишним подчеркнуть, что в этом документе безопасность определена как состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства. Их классифицировали в качестве объектов обеспечения безопасности. В законе однозначно определена необходимость обеспечения баланса этих интересов.

Естественно, Положением о Совете безопасности на его аппарат возлагались функции осуществления анализа интересов объектов обеспечения безопасности, определения жизненно важных интересов (тех, которые государством должны обеспечиваться), выявления интересов, противоречащих жизненно важным (подлежащих подавлению). Одновременно предполагался анализ факторов внутреннего и внешнего характера, препятствующих обеспечению интересов личности, общества и государства. На этой основе должна была формироваться концепция безопасности Российской Федерации с последующим воплощением в соответствующих целевых программах федерального бюджета.

Но на практике такой порядок формирования внутренней и внешней политики государства до настоящего времени остается нереализованным. И вот к чему это на практике приводит.

РАССТАНОВКА ПРИОРИТЕТОВ


Наблюдающийся в последние годы в России крен в сторону приоритета государственных интересов обусловлен целым рядом факторов внутреннего и внешнего характера. Кроме того, как в РФ, так и в других странах на постсоветском пространстве, наступил этап укрепления национального самосознания. Но в ряде бывших республик он проявляется в антироссийских настроениях (заодно - в перекладывании вины за внутренние проблемы на происки российского неоимпериализма), а в России - в антизападных и антиамериканских. Да и обиды сказываются за кризис и нищету 1990-х.

Мы только приподнялись, но уже претендуем на мировую державность, а там соперник для нас один - США, других не видим. Одновременно сами себя часто ведем по-американски, но на своем региональном уровне стимулируя не только антироссийские настроения, но и подталкивая соседей к Западу.

Западные страны, в свою очередь, достаточно откровенно начали себя вести на постсоветском пространстве с позиций разделения сфер влияния, торопясь вытеснить с него Россию, противодействуя всяким попыткам интеграции в рамках СНГ и ОДКБ, и вместе с тем не только открывают двери в НАТО, но и тянут туда за рукав некоторые государства СНГ. Поэтому не случайно, что не только старшее поколение, недоверчиво относящееся к бывшим противникам, но и молодежь становится пронизанной антизападными и антиамериканскими настроениями.

В итоге получается замкнутый круг субъективных факторов, раскручивающих естественные противоречия до уровня, позволяющего высказывать предположения о возможной перспективе начала новой холодной войны.

Для определенных сил в России такое развитие обстановки оказывается выгодным. В этих условиях можно и дальше поддерживать структуру федерального бюджета, предусматривающую заниженную долю расходов на развитие человеческого потенциала страны. Отсюда соотношение в российском бюджете между традиционными функциями государства (административное управление, оборона и безопасность) и современными (образование, здравоохранение и другие социальные задачи), свойственное лишь развивающимся, а не развитым странам. Как известно, в развитых странах соотношение между традиционными и современными функциями государства находится на уровне 1:6, а в развивающихся - 1:3.

Более десяти лет российские Вооруженные силы недофинансировались, оборонно-промышленный комплекс достиг закритического уровня деградации. Поэтому вполне естественны попытки быстро выйти из этого состояния, восстановить должный уровень военной мощи страны. Возобновились попытки добиться увеличения доли средств, выделяемых на национальную оборону до 3,6% ВВП.

Это тот уровень, обозначенный еще при Борисе Ельцине, который, к сожалению, ни разу не был обеспечен правительством. Однако вряд ли оправданно добиваться данной цели сегодня. Валовой внутренний продукт страны заметно вырос за последние годы, вот почему пропорционально выросла и доля средств, выделяемых на оборону. Конечно же, их явно недостаточно, чтобы преодолеть последствия многолетнего недофинансирования обороны. Но недостаточно финансировались все сферы, не только оборонная. В то же время в 2006 году расходы на оборону были выше расходов на образование примерно в 3 раза и примерно во столько же раз выше расходов на здравоохранение. Для сравнения, в Германии расходы образование в 3 раза выше расходов на оборону, а расходы на здравоохранение в 7 раз выше расходов на оборону.

Подобная структура свойственна всем развитым странам. Даже воюющие Соединенные Штаты при огромных расходах на оборону (превышает затраты всех остальных стран мира вместе взятых) тратят и на образование, и на здравоохранение больше, чем на оборону. Ассигнования на оборону в России можно увеличить, но лишь за счет снижения административных расходов, что на практике нереально.

Не лишним будет напомнить, что в СССР в послевоенный период соотношение между традиционными и современными функциями государства было ближе к структуре бюджетов развитых стран, чем в нынешней демократической России. Тем не менее перспективный бюджет России закрепляет прежние подходы к расстановке приоритетов.

ПРЕДПОСЫЛКИ НЕВЕРНЫХ РЕШЕНИЙ


Есть мнение, что если вкладывать средства в оборону, прежде всего в опытно-конструкторские и научно-исследовательские работы, то мы сможем вновь запустить механизм получения передовых технологий мирового уровня, так, как это было прежде. Но на этот счет есть серьезные сомнения.

Межгосударственные войны сократились до минимума. Фактически инициатива в их развязывании осталась лишь за Соединенными Штатами. Но весьма вероятно, что после войны в Ираке больше такой инициативы они не проявят. Развитие событий продемонстрировало, что США не способны вести длительной войны даже ограниченного масштаба. Причем эти ограничения связаны не с возможностями собственно вооруженных сил и экономики Соединенных Штатов. Они огромны и позволяют вести длительные войны любого масштаба. В глобализирующемся мире срабатывают иные ограничители. Они действуют и внутри американского общества, и на уровне мирового сообщества в целом, принимая транснациональный характер. Не исключено, что эпоха достижения политических целей с помощью прямого применения вооруженных сил уходит в прошлое и "воевать" будут в перспективе лишь спецслужбы, проводя тайные операции с использованием новых технологий, позволяющих наносить значительный ущерб, замаскированный под явления с неопределенными причинами (природного, техногенного, биологического и т.д.).

В этой связи возникает и другой вопрос - а могут ли не воюющие армии быть заказчиками передовых технологий? Уже сегодня, как показывает опыт развитых стран, передовые технологии появляются в ходе разработок, финансируемых частным сектором экономики. Особенно характерна в этом плане ситуация с развитием космических программ в США. В целом доля инвестирования в развитие экономики со стороны государства имеет тенденцию к снижению. Но для того, чтобы частный сектор вкладывал средства в экономику, государство должно взять за приоритет социальную сферу, развитие человеческого потенциала. В противном случае средства частных компаний будут вкладываться в экономику других стран, а жители Европы приходить в шок от россиян, активно скупающих их недвижимость.

Нет сомнения, что государство, тем более российское, должно обладать значительной военной мощью, но допустимо ли и дальше ущемлять развитие человеческого потенциала страны, тратить государственным институтам на себя львиную долю средств?

Приоритетное влияние на принимаемые решения текущих ситуаций, политической конъюнктуры в условиях одновременной раскрутки мифов о возрастании внешних военных угроз создает предпосылки принятия неверных стратегических решений и направлений развития.

ОСТОРОЖНО: ПРОВОКАЦИЯ!


Не лишним будет задуматься - какова истинная цель таких шагов как, например, продвижение инфраструктуры НАТО к границам России, размещение радиолокационных станций и противоракетных комплексов на территории Польши и Чехии?

Очевидно, что не только Соединенные Штаты, но и Североатлантический альянс в целом имеют потенциал, но не способны к ведению широкомасштабной войны. Не способны они и к ведению длительной локальной войны, не говоря уже о ведении любой войны с ядерной державой. В то же время очевидно, что страны Запада явно обеспокоены перспективой возрождения российской экономической мощи и политического влияния в мире. С самого начала образования Российской Федерации было ясно, что они опасаются распада России, но и не хотят видеть сильной России. От распада мы ушли бесповоротно, сила и влияние нашей страны в мире начинает возрастать.

Складывается впечатление, что по отношению к России используется тот же проверенный метод сдерживания темпов развития, который был успешно применен против СССР, - провоцирование высоких расходов на оборону. Достаточно последнего примера с радиолокационными станциями и комплексами ПРО в Чехии и Польше. Их реальная угроза военному потенциалу РФ явно преувеличена. Но даже сам факт принятия Западом решений без учета мнения России уже запускает у нас механизм саморазрушительной ответной реакции.

История заставляет нас быть очень чувствительными в области обороны, и на это делается ставка. Более того, западные страны нас еще и пытаются разубедить, что все это не направлено против России. Когда они достигнут своей цели - затормозят развитие России и увеличат ее отставание от развитых стран, их и упрекнуть будет не в чем. Они же нас предупреждали!

ТЕЛЕГА ВПЕРЕДИ ЛОШАДИ


Похоже, что нам явно не хватает стратегического анализа ни внутренних процессов развития страны, ни внешних. В этой связи характерная ситуация складывается с разработкой новой военной доктрины России. По этому вопросу в Министерстве обороны недавно прошла научная конференция.

Примечательна сама ситуация. Ранее было поручение о разработке новой редакции Концепции безопасности Российской Федерации. Судя по всему, оно осталось невыполненным. Реакция на поручение о разработке новой редакции военной доктрины оказалась более активной. И это вполне объяснимо. У Министерства обороны достаточно своего научного потенциала, не говоря уже о потенциале Академии военных наук. А об аппарате Совета безопасности этого не скажешь. В его непосредственном распоряжении лишь одна научная структура - научный совет СБ. Но по своей сущности это, скорее, напоминает общественную организацию экспертов. В силу причин организационного характера аппарат Совбеза не обладает своими финансовыми средствами, а получает их от финансовых органов администрации президента. Поэтому возможности для организации научных исследований у аппарата Совета безопасности ограничены, а научный совет СБ не может заменить исследований, каких бы выдающихся ученых и специалистов ни включали в его состав. Нет у Совета безопасности и ресурсов для использования мощного потенциала Российской академии наук. Поэтому-то за весь период существования СБ так и не было разработано Концепции безопасности, которая бы соответствовала требованиям Закона "О безопасности РФ".

Те, кому сейчас предстоит разрабатывать военную доктрину, оказываются в сложной ситуации. Им самим будет необходимо анализировать интересы и факторы, мешающие достижению этих самых интересов, выявлятьугрозы военного характера и формулировать задачи Вооруженным силам, другим войскам и военным формированиям, хотя все это должно быть отражено в концепции безопасности.

Зададимся для примера несколькими элементарными вопросами. Ряд наших крупных компаний имеют значительные интересы за пределами страны, даже в Африке. Их интересы соответствуют государственным? А если да, то необходимо ли для их защиты предусматривать применение военной силы? И если необходимо, то в каких формах?

Способны ли на эти вопросы ответить военные ученные? Вряд ли. Между тем без ответа на вопросы подобного рода любая доктрина сведется к общим положениям, связанным лишь с защитой базовых государственных интересов - государственности, территориальной целостности и суверенитета.

Как справедливо подчеркивается в материалах конференции, значительная часть угроз начинает носить невоенный характер. Но тогда закономерен вопрос - должны ли эти угрозы быть предметом рассмотрения в военной доктрине и кто проведет разграничительную черту в распределении ответственности за парирование угроз военного и невоенного характера?

Нет сомнений, что большинство позиций, высказанных в данной статье, вызовет резкую критику. На волне антизападных настроений и раскручивания мифов о военных угрозах России иного ожидать не приходится. Тем не менее хотелось бы надеяться, что мы все же не наступим в очередной раз на старые грабли, не влезем в старую колею, которая привела к развалу Советского Союза. Но для этого государственная политика должна формироваться не на основе тактических шагов, порожденных политической борьбой, эмоциями и сторонними провокациями, а на основе научного подхода, предусмотренного действующими законами Российской Федерации и с использованием мощного, но не востребованного политиками научного потенциала страны.

http://nvo.ng.ru/concepts/2007-03-16/1_tactics.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме