Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Контрразведывательные органы белогвардейских правительств и армий в Гражданской войне: опыт строительства

Николай  Кирмель, ИА "Белые воины"

04.08.2006

В отечественной и зарубежной историографии трудно найти проблему, которая была бы столь конъюнктурна, как история гражданской войны. На протяжении многих десятилетий ее по-разному трактовали советские истории и белоэмигранты, зарубежные ученые и исследователи демократической России. И даже несмотря на накопленные знания, именно по этой причине д1о сих пор остались не изучены целые исторические пласты. К таким, образно выражаясь, "черным дырам" историографии гражданской войны относятся разведывательные и контрразведывательные органы белого движения. В советское время по идеологическим соображениям на данную тему было наложено табу. Но даже после изменения политической системы в стране на белогвардейские спецслужбы не стали набрасываться со всех сторон. Первые попытки их изучения начались на рубеже ХХ-ХХI веков. В.Г. Бортневский посвятил свои работы секретным службам Деникина, Н.В. Греков - Колчака, В.Н. Ильин - русского Севера. В.Ж. Цветков рассмотрел организацию разведки и контрразведки белогвардейцев в различных регионах страны. Что же касается деятельности этих структур, собственно разведки и контрразведки, борьбы с большевицким подпольем, повстанческим движением, ведения политического сыска, то данный спектр сложных проблем еще ждет своих исследователей.

Комплексное изучение белогвардейских спецслужб позволит дать более глубокий анализ истории гражданской войны в контексте изучения эволюции российской государственности.

В сфере внимания данной статьи - контрразведывательные органы белогвардейских правительств и армий на севере, востоке и юге России, их роль и место в системе обеспечения безопасности правящих режимов и войск в годы гражданской войны.

Юг России

Белое движение на Дону зародилось сразу после Октябрьской революции и тесно связано с именами генералов М.В. Алексеева и Л.Г. Корнилова. В этот период оно переживало подпольно-партизанский период становления, когда закладывались идейно-политические, организационные, материальные и кадровые основы будущих правительств и армий. И лишь 26 декабря 1917 г. вооруженные формирования Юга России были официально переименованы в Добровольческую армию1. Первоначально в ее структуре отсутствовали органы, в компетенции которых находилась контрразведка. Вопросами безопасности штабов и войск, наряду со своими прямыми обязанностями, занималось разведывательное отделение штаба Добрармии. Главной задачей сотрудников этого подразделения было поддержание связи с подпольными антисоветскими организациями и вербовочными политическими центрами, действовавшие в Москве, Киеве, Одессе, Екатеринославле, Полтаве, Харькове, Херсоне, Чернигове и других городах. Вышеназванные организации занимались сбором военно-политической информации, подготовкой антибольшевицких восстаний, вербовкой офицеров в Добровольческую армию. "Многие авторитетные и способные к секретной деятельности офицеры и генералы командировались в различные города и местности страны, посылались, как правило, на свой страх и риск. Поэтому результаты их работы в большей степени определялись волей случая, чем личными качествами", - писал в своей работе исследователь гражданской войны В.Г. Бортневский2. Надо полагать, что способность "к секретной деятельности" добровольцев определяли их руководители - генералы и офицеры Генерального штаба, знакомые с разведывательной и контрразведывательной деятельностью в большей степени теоретически.

После 1-го Кубанского похода возникла необходимость в укреплении власти с целью более эффективного противодействия большевикам и стабилизации политической ситуации в своем тылу. Казалось бы, вожди Белого движения должны сделать все возможное для улучшения деятельности военно-административного аппарата. В реальной жизни ничего подобного не произошло. А.И. Деникин В управлении преобладали хаос и неразбериха, росла бюрократия и коррупция, шло соперничество между различными ведомствами. В связи с подписанным соглашением, находившемуся на фронте генерал-лейтенанту А.И. Деникину было отдано военное командование, а ведении генерала от инфантерии М.В. Алексеева оставались политические, финансовые и гражданские дела.

В начале 2-го Кубанского похода при Верховном правителе Добровольческой армии генерале от инфантерии М.В. Алексееве создается Военно-политический отдел (ВПО), возглавляемый Генерального штаба полковником Я.М. Лисовым. Главной задачей не подчинявшегося штабу ВПО являлась координация деятельности политических центров на юге России и установление контактов с офицерскими союзами. Однако он вмешивался в сферу деятельности штаба армии, а также запрашивал секретную информацию у других учреждений, выполнявших контрразведывательные задачи. После образования Особого совещания и смерти генерала М.В. Алексеева Военно-политический отдел был расформирован. Его функции распределились между штабом и соответствующими структурами Особого совещания3.

К середине 1918 г. части Донской армии, заняв почти всю Донскую область, наступали на Царицын, Добровольческая армия вела успешные бои по занятию Кубани и всего Северного Кавказа. Таким образом, под властью белых оказалась довольно таки обширная территория, где активно работала агентура советских спецслужб, и действовали подпольные большевицкие организации. Перед руководителями Белого движения возникла необходимость в обеспечении безопасности тыла и воинских частей действующей армии. Тогда и было создано контрразведывательное отделение, как отдельная структура в управлении генерал-квартирмейстера штаба командующего Добровольческой армии. После образования Вооруженных сил Юга России (26 декабря 1918 г.) руководство контрразведкой сосредоточилось в управлении генерал-квартирмейстера штаба Главнокомандующего и в аппаратах квартирмейстерской части штабов армии и отдельных корпусов. Контрразведывательная часть Ставки состояла из розыскного, судного и общего отделений, а также конвойной команды (штатная численность - 74 человека)4. В условиях гражданской войны контрразведка должна была раскрывать заговоры, получать необходимую информацию о большевицком подполье, знать отношение политических партий, войск и населения к власти, одним словом ~ способствовать укреплению военной диктатуры А.И. Деникина. Выполнение этих задач выходило за рамки борьбы со шпионажем. Теперь на нее излагалось выполнение жандармско-полицейских обязанностей.

Общее руководство контрразведкой вне зоны боевых действий осуществляла часть (затем - отдел) Генерального штаба Военного и морского управления при Главнокомандующем. В марте 1919 г. данное управление разделено на Военное и Морское. В отделе Военного управления действительный статский советник В.Г. Орлов заведовал "особо секретной разведывательной политической сетью на западной границе Совдепии". Засылая агентуру в Прибалтику, Польшу, Финляндию, Украину и Румынию, бывший начальник КРО Добровольческой армии одесского района вынашивал идею совместно со спецслужбами Англии и Франции, создать "Центральное Международное бюро по регистрации и сбору материалов о лицах, прикосновенных к деятельности большевицкого правительства". Однако она так и осталась на бумаге5.

В конце декабря 1918 г. создается Осведомительно-агитационное агенство (ОСВАГ) при председателе Особого совещания при Главнокомандующем. Это было идеологическое учреждение со стройной структурой. Оно состояло из организационной, финансово-контрольной, информационной, агитационной, курсовой и общей частей. В августе 1919 г. на территории, подконтрольной белым, действовало 232 пункта и подпункта ОСВАГ. По намерению А.И. Деникина, оно должно было проводить в жизнь политическую линию Главкома в массах методами пропаганды и агитации. Однако кроме своих непосредственных задач, агентство дополнительно возложило на себя функции контрразведки6.

В связи расширением территории, занимаемой белыми, и увеличением армии летом - осенью 1919 г. контрразведывательные органы формировались при штабах новых объединений, соединений, воинских частей и пр. Притом, создание спецслужб приняло не контролируемый верховной властью процесс. Например, в занятой французами Одессе "наряду с контрразведкой, подчинявшейся ВСЮР, там располагались Международное Информационное бюро подполковника Тишевского, Информационное бюро генерала Глобачева, Информационное бюро газетных работников, контрразведка Русско-германского Союза монархистов-христиан во главе с капитаном Вачнадзе, контрразведывательная часть Штаба генерала Шварца, а также чины контрразведки Украинской Директории"7. Параллельно действовали спецслужбы казачьих атаманов, гетмана П. П. Скоропадского и пр. Каждый "автономный властитель" антибольшевицкого окраса создавал свои специальные органы с разнообразными функциями, которые зачастую мешали друг другу работать, конкурируя между собой. В таком хаосе говорить о едином фронте борьбы с агентурой советских разведывательных структур и большевицким подпольем не приходится. Неразбериха и соперничество усугублялись низкой квалификацией сотрудников контрразведок. По данным исследователя гражданской войны В. Ж. Цветкова, на Белом юге "...уже не было профессиональных контрразведчиков, и нередко этой работой занимались совершенно случайные люди, беспринципные дилетанты"8. Кадровый костяк белогвардейских спецслужб составляли строевые офицеры, бывшие студенты юрфаков, инженеры, учителя, надевшие пагоны в Первую мировую войну. И причиной тому являлись не боевые потери, а субъективное мнение генерал-лейтенанта А. И. Деникина и его ближайшего окружения, сторонившихся жандармских офицеров - профессионалов оперативно-розыскной деятельности. По всей видимости, на их взгляды повлиял синдром политического недоверия к "голубым мундирам", порожденный демократическими лидерами после февраля 1917 г. Бывший начальник Петроградского охранного отделения генерал-майор К. И. Глобачев по этому поводу в своих воспоминаниях с горечью писал: "...мне было сказано, что главком не может согласиться на прием меня в Добрармию, так как этому мешает "совокупность прежней моей службы по политическому розыску", то есть при царском режиме и за последнее время в Киеве и Одессе"9. Правда, ему предложили возглавить контрразведку в конце 1919 г, в условиях развала армии, но генерал отказался, не пожелав принимать разложенную другими службу. Позже, в январе 1920 г., он все же руководил КРО штаба командующего войсками Новороссийской области сроком... 10 дней, поскольку белогвардейцам пришлось эвакуироваться из Одессы.

Даже профессиональному военному разведчику и контрразведчику генерал-майору Генерального штаба Н. С. Батюшину не сразу нашлась у Деникина соответствующая должность. "Проживая в 1919 г. в Екатеринодаре, он неоднократно пытался с помощью личных контактов и через монархический "Союз русских национальных общин" (в нем он возглавлял военную секцию) воздействовать на перемену политического курса деникинского правительства, считая необходимым возврат к "национально-государственным ценностям", отказ от неоправданного "либерализма". Однако причиной подобной политической активности стали не столько личные убеждения Батюшина, сколько его невостребованность военным руководством Добрармии"10. Позже он возглавил контрразведку Крымско-Азовской армии, которая показала себя эффективно в борьбе с большевиками. Однако в конце войны ему все же пришлось числиться в распоряжении штаба ВСЮР.

Таким образом, профессионалы оказались не у дел, а "беспринципные дилетанты", получившие власть, и, оказавшись вне пристального контроля со стороны вышестоящего командования, не только не способствовали победе армии над врагом, а в большей степени наносили вред белому движению. Об этом в эмиграции писали участники гражданской войны. Сошлемся на воспоминания авторитетного специалиста в области сыска генерал-майора К. И. Глобачева: "В среде офицерства, выброшенного на улицу, в это время начинает вырабатываться весьма недостойный тип агента политического и уголовного розыска, который, в большинстве случаев не имея под собой никакой идейной подкладки, является просто профессией. Впоследствии этот тип перерабатывается в контрразведчика для белого движения и чекиста - для красного. Многим из такого рода агентов полная беспринципность позволяет в равной степени служить обеим сторонам и продавать ту, которая в данный момент менее опасна и выгодна. Это так называемые дублеры. Таким образом, создались целые контингенты офицеров-контрразведчиков, которые своим поведением только позорили контрразведывательные органы белого движения во время гражданской войны"11. Факты коррупции и морального разложения сотрудников белогвардейских спецслужб изложил в своих "Записках" С. М. Устинов: "В порту была образована особая контрразведка. Выезд из Одессы был запрещен без особых разрешений. Тысячи несчастных, случайно застрявших в Одессе при последней эвакуации, спешили вернуться к себе домой и осаждали пароход, но контрразведка с оружием в руках преграждала им путь. Более догадливые, чтобы не проживаться в Одессе, платили сразу контрразведке на пароходе и таким образом избегали напрасных долгих мытарств. Портовая контрразведка набирала таким образом сотни тысяч. Это был какой-то легализованный грабеж уезжающих"12.

Творимые низовыми контрразведывательными структурами беззакония стали предметом специального доклада А. И. Деникину председателя Особого совещания генерал-лейтенанта А. С. Лукомского 15 сентября 1919 г. В документе приводились факты коррупции, взяточничества, жестокости, злоупотребления служебным положением и пр. Он считал нужным поставить контрразведку под жесткий контроль Ставки, существенно сократить количество контрразведывательных отделений, а их функции передать уголовно-розыскным управлениям МВД. В то же время генерал-квартирмейстер Ставки генерал-майор Ю. Н. Плющик-Плющевский предлагал расширить компетенцию контрразведки, привлечь на службу бывших чиновников, офицеров жандармерии и судебного ведомства. Сам же Деникин склонялся к мысли о необходимости наблюдения за контрразведывательным аппаратом со стороны судебно-следственных органов, прокуратуры. Однако А. И. Деникин никаких конкретных мер не принял.

Тем не менее, несмотря на недостатки организации многих операций, органы контрразведки провели четырехкратную ликвидацию всех большевицких подпольных комитетов в Харькове в августе - октябре 1919 г., уничтожение штаба повстанческой армии в Крыму в марте 1920 г., подпольных комитетов в Одессе, Николаеве, Киеве летом - осенью 1919 г.

Агенты контрразведки штаба войск Терско-Дагестанского края предоставляли сведения о готовящихся восстаниях на Кавказе, о сотрудничестве горских повстанцев со спецслужбами Турции и Англии. Контрразведкой были выявлены каналы, по которым большевицкое подполье получало информацию, деньги и оружие. Ими являлись в первую очередь многочисленные кооперативные организации, южные отделения "Центросоюза", имевшего свое управление в Москве и оттуда получавшего указания по организации сопротивления.

В октябре - ноябре 1919 г. произошел коренной перелом на Южном фронте Красной Армии. ВСЮР в декабре отступили на Дон и Кубань. В декабре-марте 1920 г. войска Юго-Западного фронта заняли часть Украины и Новороссию с Одессой, а войска Кавказского фронта - Дон, Кубань и Черноморье. Остатки Добровольческой, Донской и Кавказской армий ВСЮР Деникин эвакуировал в Крым. В апреле 1920 г. А. И. Деникин передал власть П. Н. Врангелю. Переформировав остатки ВСЮР, 11 мая 1920 г. он переименовал их в Русскую армию. Контрразведка подверглась серьезному реформированию. После ревизии, проведенной сенатором П. Г. Кальницким, 26 мая Главнокомандующим Русской армией генералом П. Н. Врангелем был издан приказ, в соответствии с которым органы контрразведки преобразовывались в "наблюдательные пункты" при штабах корпусов и дивизий, а более мелкие структуры (на уровне штабов полка, батальона, отдельного отряда) полностью упразднялись. Наконец, приказом от 8 июля 1920 г. вводился "прокурорский надзор за производством дознаний по делам о государственных преступлениях". Тем самым структуры ведомства юстиции должны были осуществлять тот самый контроль, который так и не смогло ввести деникинское правительство. Общее руководство разведкой и контрразведкой в Белом Крыму осуществлялось особым отделом штаба Главкома. Его возглавлял генерал-лейтенант Е. К. Климович, бывший директор Департамента полиции в Министерстве внутренних дел царского правительства13.

Под руководством генерал-лейтенанта Е. К. Климовича контрразведка практически полностью ликвидировала советское подполье в городах, и до октября 1920 г. местным большевикам так и не удалось установить связь с руководством ВЧК. Повстанцы отступили в горы, и к началу ноября большая часть их отрядов была нейтрализована14. Однако все усилия оказались тщетными. Исход боевых действий в Крыму был предрешен.

После эвакуации белых войск из Крыма для контрразведчиков начался новый этап жизни - скитания на чужбине. За границей их профессиональный опыт понадобился руководителям белоэмиграции для создания антисоветского подполья и организации террористических актов в СССР, ведения разведывательной работы на территории бывшей родины. Прибегали к их услугам и зарубежные разведки - польская, немецкая, французская, финская, эстонская и пр. Однако это уже тема отдельного исследования.

Дать квалифицированную оценку деятельности спецслужб белых армий по борьбе с красной разведкой, большевицким подпольем и прочими антиправительственными элементами на данный момент времени затруднительно. Советская историография, однобоко оценивая гражданскую войну, трубила о повсеместном превосходстве Особых отделов ВЧК над противником. Опубликованные в России на рубеже XX-XXI вв. немногочисленные исследования и документы эту проблему затрагивают лишь фрагментарно. Повседневная работа контрразведки, проведенные ей успешные операции и провалы, нуждаются в комплексном специальном исследовании.



Восток России

В Сибири прообразом будущих армий и спецслужб явились подпольные офицерские организации, представлявших собой кадры бывших Омского, Иркутского, Приамурского военных округов.

25 мая 1918 г. против большевиков выступил чехословацкий корпус. Его части заняли города вдоль железнодорожной магистрали от Пензы до Владивостока, что дало возможность выйти из подполья и приступить к активной борьбе многочисленным офицерским организациям. На Средней Волге была сформирована Народная армия, формально подчинявшаяся Комитету членов Учредительного собрания (командующий - В.О. Каппель). В районе Новониколаевска (ныне - Новосибирск) сформирована Сибирская армия под командованием руководителя антибольшевицкого подполковника А.Н. Гришина-Алмаэова15. Возглавив по совместительству Военное министерство Временного Сибирского правительства 10 июля 1918 г. он издает приказ о создании отдела военного контроля и штабе армии, который возглавил чешский капитан И. Зайчек. Заместителями к нему назначены бывшие начальники Томского и Омского жандармских управлений. Однако их деятельность проходила под контролем чешских офицеров. Летом 1918 г. были организованы пункты военного контроля в Томске, Иркутске, Красноярске, Бийске, Новониколаевске и Семипалатинске16. Задачи ВК Военное министерство сводило к "обнаружению неприятельских шпионов и их организаций, а также лиц и организаций, поддерживающих Советскую власть или работающих против возрождения и освобождения России"17. Военный контроль действовал на основании "Временного положения о правах и обязанностях чинов сухопутной и морской контрразведки" от 17 июня 1917 г.

В августе 1918 г. начался процесс объединения всех антибольшевицких сил и подчиненных им воинских формирований, завершившийся созданием 24 сентября Уфимской директории (Всероссийского Временного правительства). С целью дальнейшей централизации управления войсками была утверждена должность Верховного Главнокомандующего, на которую был назначен генерал-лейтенант В. Г. Болдырев. Создана Ставка ВГК и ее рабочий орган - штаб ВГК - для осуществления управления всеми соединениями и частями Сибирской и Народной армий. На повестке дня стал вопрос о преобразовании контрразведывательных органов. 12 ноября 1918 г. при управлении 1-го генерал-квартирмейстера создано контрразведывательное отделение штаба ВГК18.

Александр Васильевич Колчак В результате совершенного офицерами-монархистами военного переворота в ночь с 17 на 18 ноября, в Омске была ликвидирована демократическая Уфимская директория. Вся полнота военной и гражданской власти сосредоточилась в руках адмирала А. В. Колчака, который провозгласил себя Верховным правителем и Верховным Главнокомандующим всеми сухопутными и морскими силами России.

Уже 29 ноября КРО, как орган, объединявший деятельность всех контрразведывательных и военно-контрольных отделений и пунктов, переименовано в центральное отделение военного контроля (ЦОВК) при штабе ВГК. Оно подчинялось начальнику разведывательного отделения19.

Обстановка в Омске оставалась напряженной. Эсеры были недовольны переворотом и намеревались свергнуть новый режим. ЦОВК получило сведения о готовящемся террористическом акте против Верховного правителя. Во избежание неприятностей, в здании Ставки был учрежден строгий контроль за лицами, прибывающими в штаб, ужесточен пропускной режим, установлено наружное наблюдение, подвижной пост и т. д.20 Таким образом, благодаря вовремя полученной спецслужбой информации жизнь адмирала оказалась спасена. Видимо, А. И. Колчак и его окружение оценили значение контрразведки для обеспечения безопасности правящего режима и принялись за реформирование спецслужб в армии. Военный контроль, руководимый чешским капитаном Зайчеком, даже несмотря на предотвращение террористического акта, явно не устраивал Верховного правителя.

1 февраля 1919 г. упраздняется центральное отделение военного контроля и вместо него создается отдел контрразведки при штабе, подчинен генерал-квартирмейстеру. Этим же приказом объявлен штат отдела и создана сеть КРО при штабах армий (отделения контрразведки при штабах Сибирской, Западной и Оренбургской армий) и штабе 2-го армейского Сибирского степного отдельного корпуса, контрразведывательные пункты при штабах корпусов, входивших в состав армий, и в крупных населенных пунктах на театре военных действий (ТВД)21. Существовавшие отделения и пункты военного контроля были переименованы в отделения и пункты контрразведки. Между ними устанавливалась строгая вертикаль подчиненности: начальники контрразведывательных органов Ставки и штабов армий (отдельного корпуса) отчитывались перед соответствующими генерал-квартирмейстерами, начальники корпусных и местных контрразведывательных пунктов - начальниками КРО22.

Политика правительства Колчака, сопровождавшаяся насильственной мобилизацией людей в армию, реквизицией хлеба, скота, имущества, грабежом торговцев и террором, вызвали недовольство и озлобленность среди крестьянства. Попытки сопротивления со стороны земледельцев воспринимались белыми как "большевизм" и подавлялись расстрелами, висельницами и порками. Нежелание большинства крестьян воевать на стороне белых вело к срыву мобилизаций, что вынуждало командование ставить в строй пленных красноармейцев - мобилизованных советской властью крестьян. По мере поворота сельского населения против белых началось массовое дезертирство из армии, уход солдат к красным или зеленым, что подрывало боеспособность белых войск. Социальное недовольство населения колчаковский режим разрешал не политико-экономическими мерами, а репрессивными, в которых роль карательного органа отводилась контрразведке. Верховный правитель приспосабливал спецслужбы к реалиям времени, возлагая на них жандармско-полицейские функции.

18 апреля 1919 г. приказом начальника штаба ВГК N 340 было утверждено "Временное положение о контрразведывательной и военно-контрольной службе на театре военных действий", регламентирующее деятельность спецслужб действующей армии. Согласно этому документу, органами контрразведывательной службы на ТВД являлись: отдел военной контрразведки и военного контроля штаба ВГК, КРО штаба ВГК, контрразведывательные отделения и пункты штабов армий, корпусов и дивизий. Органами военно-контрольной службы были определены: военно-контрольные отделения военных округов на ТВД, армий и местные военно-контрольные отделения и пункты. Органам военной контрразведки вменялось в обязанность следить за военнослужащими, а военного контроля - за гражданскими лицами. Такое разделение функций объяснялось гражданской войной и намерением в будущем работу контрразведки ограничить борьбой со шпионажем, а военный контроль, обеспечивающий порядок и общественное спокойствие передать органам внутренних дел. Согласно Временному положению, задача контрразведывательной и военно-контрразведывательной службы заключалась в "обнаружении и обследовании неприятельских шпионов, а также лиц, которые своей деятельностью могут благоприятствовать или фактически благоприятствуют неприятелю... или посягают на неисполнение существующего государственного строя и нарушения общественного порядка"23. Этот документ расширял сферу деятельности контрразведки, наделял ее полномочиями органа политического сыска.

В начале марта 1919 г. распоряжением военного министра были восстановлены контрразведывательные органы тыловых военных округов, подчинявшиеся осведомительному отделу Главного штаба Военного министерства. Осведомительный отдел вел борьбу с большевицким подпольем, занимался политической слежкой, собирал информацию о положении в белом тылу, составлял сводки публикаций периодической печати, осуществлял военную цензуру и обобщал разведданные. Этим задачам соответствовала и структура отдела, состоявшего из четырех управлений: информационного, разведывательного, военно-цензурного, контрразведывательного. Последнее возглавил генерал-майор В. А. Бабушкин. Контрразведывательное управление контролировало Центральное отделение военной контрразведки и Центральное регистрационное бюро, занимавшееся сбором материалов о положении в РККА, большевицком и эсеровском подполье. До мая 1919 г. Военное министерство через контрразведывательную часть осведомительного отдела Главного штаба руководило и осуществляло координацию деятельности контрразведывательных органов действующей армии, тыловых военных округов и Морского министерства24.

Между Ставкой ВГК и Военным министерством шло постоянное соперничество, что мешало эффективному управлению войсками в сложной обстановке гражданской войны, поэтому с мая 1919 г. начинаются новые реорганизации в системе военного управления. Всю полноту военной власти Верховный правитель передал Ставке. Осведомительный отдел Главного штаба расформирован. На базе информационного, разведывательного и военно-цензурного отделений был создан агитационно-пропагандистский орган армии - Осведверх, которым командовал полковник Г. И. Клерже. Управление генерал-майора В. А. Бабушкина включалось в контрразведку Ставки, которой руководил полковник Н. П. Злобин. Благодаря подобному слиянию штаты отдела быстро росли. В Омске, например, насчитывалось 112 сотрудников контрразведки, из них 43 офицера. Однако, несмотря на реорганизацию в контрразведывательной службе не существовало твердого порядка, строгой подчиненности и единого руководства. Если контрразведывательные органы действующей армии и КРО Ставки находились в ведении 2-го генерал-квартирмейстера при штабе ВГК генерал-майора П.Ф. Рябикова, то отделения контрразведки тыловых военных округов находились в подчинении 3-го генерал-квартирмейстера генерал-майора А. Т. Антоновича. Зачастую в одном городе одновременно действовало несколько независимых друг от друга контрразведывательных структур25. "Полупочтенное всегда учреждение контрразведки распухло до чрезвычайности и создало себе прочное и жирное положение, использовав для сего атмосферу гражданской войны, политических заговоров, переворотов и боязни многих представителей предержащей власти за свою драгоценную жизнь и за удержание власти, - пишет в своем "Дневнике" барон А. П. Будберг. - Все это сделало главарей контрразведки большими и нужными людьми, телохранителями многих сильных мира сего и открыло самые широкие и бесконтрольные горизонты для их темной, грязной и вредной деятельности"26. Но если в армии или корпусе организация контрразведывательного аппарата еще соответствовала утвержденным штатам, то на низком уровне какой-либо системы таких органов не существовало вовсе. Основная причина этого - недостаток должного контроля за формированием новых воинских частей, каждая из которых стремилась к организации при собственном штабе своей контрразведки.

Рост контрразведывательных подразделений потребовал большого числа специалистов. Эта проблема решалась за счет созданных при штабе ВГК краткосрочных курсов. На учебу направлялись офицеры, окончившие военные училища и прослужившие в войсках не менее 3 лет. В трехнедельный срок они проходили обучение по "государственному праву, положению о шпионаже и родственных ему явлениях, большевизм и способы борьбы с ним, организация и делопроизводство контрразведывательных и военно-контрольных органов, сведения по разведке, регистрация преступлений, способы шифровки и дешифровки подпольных организаций и шпионов, формальное производство переписки и расследование о шпионах, сведения по вопросам секретной переписки, тайнописи и пр.". По окончании курсов и успешной сдачи выпускного экзамена особой комиссии, офицеры переводились в контрразведывательные и военно-контрольные органы и назначались на должности офицеров для поручений. Офицеры, не выдержавшие экзамена или оказавшиеся по своим нравственным и деловым качествам не соответствующими для службы в контрразведке, откомандировывались в свои части без права вторичного командирования на курсы27. Наспех подготовленные контрразведчики высоким профессионализмом не отличались. Но им противостояли такие же дилетанты - красные разведчики, функционеры оппозиционных партий, подпольные большевицкие организации и партизаны, что делало равными шансы на победу в тайной войне. Учиться обеим сторонам приходилось на войне, перенимая опыт у начальников и старших коллег.

Борьба колчаковских спецслужб с советской разведкой, большевицким подпольем и крестьянскими волнениями также нуждается в комплексном исследовании. Из советской историографии мы можем судить только о победах красных. Но ведь и белогвардейская контрразведка наносила удары по своим противникам. Приведу лишь несколько примеров. Так, с ноября 1918 г. по август 1919 г. ей возбуждено 4 дела по обвинению в принадлежности к эсерам, 19 - в антиправительственной агитации, 5 -шпионаже (2 прекращено), 49 - в службе в Красной армии и советских учреждениях28. "15 августа 1919 года при производстве расследования по делу о Сибирском областном комитете РКП (б) были получены сведения об установлении в Омске особой интернациональной большевицкой организации под названием "Легион иностранных пролетариев", куда входили отдельные национальные группы, причем наиболее сильная из них - мадьярская. К установлению лиц, входящих в состав этой организации, была направлена агентура, которой удалось установить соблюдающуюся в организации строжайшую конспирацию. Только путем длительного наблюдения удалось установить, что во главе ее стоят военнопленные Палачек и капитан Клемме. В первых числах июля 1919 года Палачек был задержан, но при обыске компрометирующих данных найдено не было. Приняты меры к выявлению других членов организации"29.

Надо сказать, что в ходе войны чины КРО неоднократно подвергались риску для жизни при выполнении служебных обязанностей. Например, во время ликвидации большевицкого восстания 22 декабря 1918 г. в Омске агенты были обстреляны большевиками. Начальник кузнецкого КРП подполковник Маматказин погиб на ст. Кольчугино в апреле 1919 г. Прикомандированный к КРП Томского артиллерийского дивизиона агент Н. Власов получил ранение ночью 17 августа 1919 г. В ночь на 15 июля был убит выслеженный агентами большевицкой контрразведки осведомитель А. Орлов, который ездил по селам и собирал сведения о большевиках. Постановлением Совмина "в октябре 1919 года были утверждены временные правила о пенсиях для членов контрразведки и служащих в ней по вольному найму, пострадавших в борьбе с большевиками, прочими противогосударственными элементами и тайными агентами других государств"30.

Сотрудники контрразведки и военного контроля не только боролись с красными спецслужбами и подпольем, но и внимательно следили за политическим настроением населения в собственном тылу, притом, делали работу квалифицированно. Комплексное изучение агентурных сводок и других материалов позволяет увидеть общественно-политическую жизнь в тылу армий Колчака, узнать причины крестьянских восстаний и рабочих забастовок, дезертирства солдат из армии. По этим документам можно судить, как реагировала власть на запросы и нужды населения. Спецслужбы неоднократно докладывали руководству о брожениях в рабочей среде, вызванных низкой заработной платой, тяжелыми условиями труда. К примеру, КРО штаба Приамурского военного округа сообщало о жалобах служащих на дороговизну и трудности существования на полученное содержание, о падении курса рубля, принявшей большие размеры спекуляции и т. д.31 Однако колчаковские власти на донесения спецслужб не реагировали, мер для улучшения положения населения не принимали, продолжая разрешать проблемы социально-экономического характера лишь репрессивными мерами, что было на руку их противникам - большевикам.

В ходе отступления армии Колчака в осенью 1919 г. органы военного управления подверглись своей последней реорганизации. К середине октября 1919 г. Ставка ВГК перестала существовать, ее структуры были переданы в штаб Восточного фронта и в Военное министерство. Все дело контрразведки перешло в ведение Главного начальника военно-административных управлений Восточного фронта генерал-майора С. А. Домонтовича. Однако к этому времени поражение армии Колчака и ее отступление из Сибири становилось очевидным. Последняя перемена руководства контрразведки уже ничего не дала. В условиях начавшегося отступления колчаковской армии и разброда в тылу спецслужба не смогла предотвратить возникновение Иркутске так называемого Политцентра, хотя и была осведомлена о его намерениях поднять восстание в Прибайкалье и арестовать Колчака. Собственными боевыми подразделениями для проведения массовых арестов сибирская контрразведка не обладала, а отряды МВД и армия не всегда были надежны. Информация о готовящемся выступлении "Политцентра" не поучила должной оценки у правительства и штаба Главковерха, что привело к гибели самого Верховного Правителя России А. В. Колчака32.

В Приморье, куда отступили из Забайкалья остатки армии адмирала Колчака, осенью 1922 г. аппарат разведки и контрразведки был объединен с аппаратом министерства внутренних дел. Общее руководство осуществлял генерал-майор В. А. Бабушкин. Он, как и в 1919 г., вернулся к своей профессиональной работе. По его инициативе и с санкции Правителя Приамурской области генерал-лейтенанта М. К. Дитерикса стали создаваться местные осведомительные органы, опиравшиеся на церковноприходские советы. К сотрудничеству активно привлекалось местное население. Считалось, что позднее эти структуры заменят собой милицию и органы местного самоуправления (земства и городские думы). Подобная опора на общественность являлась новой в практике работы белогвардейской контрразведки. В границах небольшой территории Приморья (белые контролировали в 1922 г. только города Владивосток и Никольск-Уссурийский с прилегающими к ним районами) была вполне оправданна33.



Север России

Несколько иначе обстояли дела на Севере России. Здесь гражданская война проходила по своему сценарию, что в определенной степени отразилось на становлении, развитии и деятельности спецслужб в регионе.

К 1917 г. контрразведывательное обеспечение территории осуществляли Особый морской Мурманский контрразведывательный пункт штаба Кольского района обороны, Особый Кемский морской контрразведывательный пункт, Беломорское контрразведывательное отделение, контрразведывательное отделение штаба флотилии Северного Ледовитого океана и их низовые структуры.

Февральские и октябрьские события, безусловно, сказались на судьбе этих спецслужб, однако не носили столь радикального характера, как в других регионах страны. По крайней мере, контрразведка сохранилась организационно, а ее офицеров не расстреляли. После своего победного шествия советская власть первое время о ней даже не вспомнила. По-разному на это отреагировали сотрудники контрразведки. К примеру, чины Особого морского Мурманского КРП продолжали решать поставленные перед ними задачи, а Военно-морской контроль, возглавляемый бывшим коллежским асессором М. К. Рындиным, - бездействовал. Советское военное командование вспомнило о разведке и контрразведке только весной 1918 г., поручив регистрацию всех вооруженных сил потенциальных противников, вести изучение политической обстановки в сопредельных странах. Но было уже поздно.

Подписание мирного договора между Советской республикой и державами австро-германского блока изменил обстановку на Севере. После Брестского мира Мурманский совдеп напрямую заключил соглашение с союзниками об их помощи. 6 марта 1918 г. в Мурманске высадились 170 морских пехотинцев. Однако несмотря на "доверительные" отношения с местными властями англичане сразу поставили русскую контрразведку под свой контроль. Еще на кануне отправки экспедиционного корпуса Париж и Лондон договорились о засылке кадровых разведчиков и агентов своих спецслужб для оказания помощи и руководства местным антисоветским подпольем. Роль координатора подрывных операций, направленных на сплочение здесь российской контрреволюции, взяли на себя спецслужбы Великобритании. По настоянию англичан штаб Военного совета Мурманского района 10 марта издал приказ N 6, в котором указывалось, что "Военный совет, рассмотрев доклады начальника Военно-сухопутного отдела и начальника Мурманского К. - Р. пункта приказал: организовать при штабе союзного Военного совета Мурманского района Военно-регистрационное бюро с подчинением его начальнику оперативной части штаба. В состав Военно-регистрационного бюро назначаются: английской службы - лейтенант Кольдер, французской службы - лейтенант Шарпантье и русской службы, согласно выборов Совдепа, б. штабс-капитан Петров"34.

Приказом N 30 от 8 апреля 1918 г. пункт был реорганизовано и Мурманское Военно-регистрационное бюро. Таким образом, контрразведка Мурмана была окончательно выведена из подчинения советского Архангельска.

27 июня 1918 г. в Мурманске высадился английский десант в количестве 2 тысяч человек. Тотчас представители Антанты склонили к измене президиум Мурманского Совета, который за финансовую поддержку и доставку продовольствия обещал не препятствовать формированию белогвардейских частей и содействовать занятию края войсками союзников. Интервенты вновь подняли вопрос о создании официального союзного контрразведывательного органа. Решение вопроса не заставило себя долго ждать: приказом командующего русских сил Мурманского края генерал-майора Н. И. Звегинцева за N 7 от 4 июля был учрежден "союзный Военно-контрольный отдел в Мурманске". Формально отдел существовал как контрразведывательное отделение штаба командующего русскими вооруженными силами Мурманского края, возглавить который с 11 июля краевой Совдеп поручил военному руководителю генерал-майору Н. И. Звегинцеву. Но реально руководил отделом офицер британской разведки майор С. Линдвей35.

В это время по согласованию с союзниками белогвардейские подпольные организации, куда входили и сотрудники контрразведки, готовились к анти-большевицкому перевороту. В этом нет ничего удивительного, поскольку многие служившие у красных офицеры были настроены против новой власти. Главенствующая роль в организации белых сил принадлежала капитану 2 ранга Г. Е. Чаплину, действовавшему под видом английского офицера Томсона. В конце мая 1918 г. он во главе 20 офицеров выехал из Петрограда в Вологду, а затем в Архангельск, где по согласованию с союзниками приступил к подготовке переворота. В заговор были вовлечены командующий красными войсками бывший полковник, красные морские начальники. Ударной силой заговорщиков стал Беломорский конный отряд, в состав которых входило го петроградских офицеров. В ночь с 1 на 2 августа возглавляемая Чаплиным организация (до 500 человек) свергла большевицкую власть в Архангельске36. Вскоре туда высадился английский десант.

2 августа в Архангельске было образовано Верховное управление Северной области из депутатов Учредительного собрания и нескольких членов городской думы. Эсеровское правительство возглавил народный социалист Н. В. Чайковский. Оно восстановило судебную власть и ликвидированные большевиками органы самоуправления. К 27 августа начальник Военно-морского контроля Целедфлота (Беломорского КРО) М. К. Рындин сформировал контрразведку для новой власти - Военно-регистрационное отделение. ВУСО юридически утвердило это решение 2 сентября 1918 г. На службу в новую структуру было принято 90 человек: чины военно-морского, речного и железнодорожного контроля и пр.37

Однако ВУСО просуществовало недолго. 6-9 сентября 1918 г. офицеры во главе с тем же Чаплиным, недовольные "демократической" демагогией и падением дисциплины, совершили переворот и арестовали членов Верховного управления. Уладить конфликт помогли союзники. Чайковскому поручили сформировать новый кабинет. 9 октября из народных социалистов и эсеров было образовано Временное правительство Северной области во главе Н. В. Чайковским.

Временный штат контрразведки армии Северной области был утвержден врид командующего войсками контр-адмирала Н. Э. Викорста только 6 ноября 1918 г. Его личный состав состоял из 81 человека. При отделении имелись: военно-контрольная команда и команда наблюдателей. Максимальное количество ее чинов было установлено в 30 человек, военно-контрольной команды - 75. Личный состав в эти подразделения набирался по мере надобности, определяемой руководством контрразведки38.

16 декабря 1918 г. был создан Чекуевский особый контрольный контрразведывательный пункт (1 июня 1919 г. переименован в Онежское отделение военно-полевого контроля), несколько позже - Селецкий и Обозерский военно-контрольные пункты.

До марта 1919 г. контрразведывательные функции на фронте и в тылу выполняли английские спецслужбы. Военно-регистрационное отделение выполняло в основном военно-контрольные функции в архангельском порту и вдоль дорог.

Е.К. Миллер Весной 1919 г. генерал-губернатор Е.К. Миллер приказал Рындину организовать соответствующие отделы контрразведывательной службы для постепенной передачи ей всех функций союзной контрразведки. Переформирование отделения в Военно-регистрационную службу осуществлялось на основании секретного приказа генерал-губернатора N 65.

13 мая была объявлена ее структура. Центральный аппарат имел в своем е общую канцелярию, отдел дознания и регистрационную часть, его штатная численность составляла 115 человек. На него замыкались служба сельского военно-контрольного района, Военно-регистрационное бюро в Онеге, Обозерский, Чекуевский, Селецкий и Емецкий военно-контрольные пункты, Архангельское, Холмогорское, Пинежское, Двинское. Онежское, Тарасовское, Железнодорожное, Мезенское, Тыловое, Мурманское отделения.

Контрразведчики в своей работе в пределах границ Северной области должны руководствоваться статьями Положения о контрразведывательной службе в Русской армии, утвержденного Временным правительством летом 1917 г., а позднее и статьями Временного положения о Военно-регистрационной службе Северной области, утвержденного ее правительством 17 сентября 1919 г.39

28 июня 1919 г. была утверждена инструкция начальникам отделений полевого военного контроля в войсковых районах Северной области. В ее основе лежали положения, регламентирующие деятельность подразделении контрразведывательной службы русской армии до революции. Полевые и тыловые отделения организовывали сбор информации о состоянии расположенных в зоне их ответственности воинских частей, об отношениях между офицерами и солдатами, их настроениях, политических взглядах и т.д. Подобные сведения собирались и в отношении жителей населенных пунктов. Офицеры отделений готовили письменные справки о настроениях солдатских масс и обывателей, динамике изменений в этих настроениях "в смысле отношения к власти областной и советской с указанием конкретных фактов, свидетельствующих об изменениях". Начальники фронтовых отделений подчинялись службе и в оперативном отношении командующим соответствующих фронтов.

Получаемые от полевых и тыловых отделений материалы сотрудники центрального аппарата службы обрабатывали, группировали но темам и направляли начальнику штаба. Справки готовились по довольно широкому кругу вопросов. По обстановке в Советской России - военный, экономический и политический ее аспекты. О состоянии умов и настроениях в солдатских массах и населения в соответствующих уездах и волостях Северной области. О динамике движения перебежчиков от красных к белым и от белых к красным, о событиях и фактах, волновавших население. Готовили контрразведчики и прогнозную информацию о "будущем течении событий". 31 июля 1919 г. Великобритания заявила о выводе своих войск с русского Севера, а 26-27 сентября интервенты покинули Архангельск40. Все функции союзной контрразведки перешли Военно-регистрационной службе. На заключительном этапе Гражданской войны на Севере России структура Военно-регистрационной службы, возглавляемая коллежским асессором М. К. Рындиным, выглядела следующим образом: общая канцелярия, отдел дознаний, полевой контроль, регистрационная часть. Ее низовыми подразделениями являлись служба Архангельского военно-контрольного района и отделение Военно-регистрационной службы Мурманского района. Последнее включало в себя: Кемский военно-контрольный пункт (тыловой); военно-контрольный пункт Попов-Остров; тыловой пункт военного контроля в селе Сорока; полевой военно-контрольный пункт Медвежья Гора; тыловой военно-контрольный и пункт в Мурманске; Повенецкий военно-контрольный пункт; Военно-контрольный пункт Кандалакша; контрольный офицер на острове Соловецком. Кроме того, в войсковых районах имелись: Военный контроль Онежского войскового района, Отделение железнодорожного военного контроля, Отделение полевого военного контроля Пинежского войскового района, Отделение полевого военного контроля Селецкого войскового района, отделение полевого военного контроля войскового района "Двина-Форс"41.

3 феврале 1920 г., по мере освобождения войск с других фронтов, красные решили разгромить армию Миллера и начали наступление. В этот непростой момент на губернском Земском Собрании был поднят трое о целесообразности дальнейшей борьбы. 6 февраля контрразведка скрыла заговор в одной из морских рот. Организация, в состав которой ходили солдаты охраны штаба, службы связи, унтер офицеры, намеревалась открыть фронт. Почуяв опасность, заговорщики 8 февраля подняли восстание, несколько рот перешло к красным42. В это время красные начали наступление. Силы противоборствующих сторон были не равны. На одном из важных участков фронт оказался прорванным, что тало началом катастрофы для белых. 19-21 февраля части 6-й советской армии заняли Архангельск. Началась эвакуация белогвардейских формирований из города43. К концу месяца армия Миллера перестала существовать. Ее остатки нашли себе прибежище в скандинавских странах.



***

На становление и развитие спецслужб антибольшевицкого лагеря большое влияние оказали политические, социально-экономические, географические и демографические факторы. Суровые природно-климатические условия Севера отвели этому региону второстепенную роль в революции и гражданской войне. Поэтому контрразведывательные структуры, сравнительно благополучно пережив бури Февральской и Октябрьской революций, первых месяцев советской власти, смогли сохранить свою структуру и кадры. Спецслужбы самодержавия и Временного правительства, территориально располагавшиеся в Сибири и Юге, были разрушены бурными революционными событиями. Поэтому в этих регионах, где решался исход большого противостояния, белогвардейцам пришлось формировать органы безопасности заново. Однако несмотря на то, что контрразведки антибольшевицкого имели разных отцов-основателей, в них, образно выражаясь, просматриваются черты одной матери - контрразведки (сухопутной и морской) Российской империи. "Генетическое сходство" им передали бывшие царские генералы и офицеры, которые в силу своего менталитета, создали военно-управленческий аппарат, в том числе и спецслужбы, по образцу русской армии. И даже несмотря на то, что специфика гражданской войны возложила на контрразведку жандармско-полицейские функции, она являлась не государственным органом власти, а второстепенной армейской структурой. Несмотря на многочисленные реорганизации штабов, создать единого, со строгой вертикалью подчиненности и руководимого одним центром контрразведывательного органа, так и не удалось. В условиях хаоса, нестабильности правящих режимов, социально напряженной обстановки, кадровой чехарды разрозненные спецслужбы оказались малоэффективными организациями обеспечения безопасности правящих режимов. Большевицкие лидеры, не обремененные старорежимными догмами, отказались от отделений военного контроля и сформировали особые отделы, наделенные широкими полномочиями и подчиненные единому центру структуры.

Примечания 1 Ипполитов Г. М., Казаков В. Г., Рыбников В. В.Белые волонтеры. Добровольческая армия: зарождение, расцвет и первые шаги к закату (1917 г. - февраль 1919 г.). М. "Щит-М", 2003. С. 204.
2 Бортневский В. Г.Разведка и контрразведка Белого Юга (1917-1920 г.) // Новый часовой. 1995. N 3. С. 50.
3 Там же. С. 52.
4 Цветков В. Ж.Спецслужбы (разведка и контрразведка) Белого движения (1917-1922 гг.) // Вопросы истории. 2001. N 10. C. 130.
5 Орлов В. Г.Двойной агент: Записки русского контрразведчика / Автор послесл., имен. указ, прилож. А. Зданович. М.: Современник, 1998. С. 307-308.
6 Ипполитов Г. М., Казаков В. Г., Рыбников В. В.Указ. соч. - С. 366-368, 435.
7 Бортневский В. Г.Указ. соч. С. 53.
8 Цветков В. Ж.Указ. соч. С. 131.
9 Глобачев. К. И.Правда о русской революции. Воспоминания бывшего начальника Петроградского охранного отделения// Вопросы истории. 2002. N 10. С. 73
10. Цветков В. Ж.Указ. соч. С. 131-132.
11 Глобачев. К. И.Указ. соч. С. 60.
12 Устинов С. М.Записки начальника контрразведки (1915-1920 гг.). Ростов-на-Дону, 1990. С. 85.
13 Цветков В. Ж.Указ. соч. С. 133.
14 Там же.
15 Варламова Л. Н.Военное управление правительства Колчака: (попытки сохранения имперских традиций. М., 1999. Диссертация канд. ист. наук. C. 65.
16 Цветков В. Ж.Указ. соч. С. 123.
17 РГВА. Ф. 40218. Оп. 1. Д. 7. Лл. 73, 82-82 об.
18 Там же. Д. 1 а. Л. 1.
19 Там же. Л. 32 об.
20 Там же. Д. 8. Лл. 5-5 об.
21 Там же. Д. 1 а. Л. 32 об.; Д.19. Л. 46.
22 Там же. Д. 19. Л. 46.
23 Там же. Ф. 39499 с. Оп. 1 с. Д. 17 с. Л. 84.
24 Там же. Ф. 40218. Оп.1. Д. 206. Лл. 5-9.
25 Греков Н. В.Формирование контрразведывательной службы адмирала Колчака //История "белой" Сибири: Тез. научной конференции. Кемерово, 1997. С. 60-61.
26 Гуль Р. Б.Ледяной поход. Деникин А. И. Поход и смерть генерала Корнилова. Будберг А. Дневник. 1918-1919 годы. М.: Мол. гвардия, 1990. С. 282.
27 РГВА. Ф. 40218. Оп.1. Д. 8. Лл. 183-183 об.
28 Там же. Д. 206. Лл. 19-28.
29 Там же. Д. 8. Л. 265.
30 Там же. Л. 341, 373.
31 Там же. Д. 421. Л. 51
32 Цветков В. Ж. Указ. соч. С. 125.
33 Там же.
34 Цит. по: Ильин В. Н.Специальные службы в Гражданской войне на Севере России. 1918-1920 гг. // Исторические чтения на Лубянке. М., 2002. С. 8.
35 Там же. С. 11
36 С. В. Волков. Трагедия русского офицерства. М.: ЗАО Центрполиграф, 2002. С. 207.
37 Ильин В. Н.Указ. соч. С. 19.
38 Там же. С. 20.
39 Там же. С. 21.
40 Зуев М. Н.Хроника истории России. IX-XX вв. М.: Дрофа, 1995. С. 207-208.
41 Ильин В. Н.Указ. соч.С. 22-23.
42 Шамбаров В. Е.Белогвардейщина. М.: Изд-во Эксмо, Изд-во Алгоритм, 2004. С. 403.
43 Зуев М. Н.Хроника истории России. IX-XX вв. М.: Дрофа, 1995. С. 212. Опубликовано: Бело дело. 2 съезд представителей печатных и электронных изданий. Резолюция и материалы научной конференции. "Белое дело в Гражданской войне в России. 1917-1922 гг.". М.: Посев, 2005. С. 15-33



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме