Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Открытое письмо епископа Василия членам Сурожской епархии от 16-го мая 2006 г.

Епископ Сергиевский  Василий  (Осборн), Dioceseinfo.org

19.05.2006

События последних трех недель были весьма печальны для огромного количества людей, и я выражаю вам признательность за вашу стойкость. Ясно, что нужно ответить на ряд вопросов, которые люди задают по поводу текущей ситуации в Сурожской епархии и по поводу моих недавних действий.

Почему я написал Патриарху Алексию с просьбой освободить меня от подчинения Московскому Патриархату?
Почему я сделал это именно в данный конкретный момент?
Почему я сделал это без предварительных консультаций с клиром и Епархиальным собранием?
Также налицо серьезное беспокойство по поводу того, как вести себя в текущей ситуации, и требуются руководящие указания на этот счет. Они появятся в следующем письме.

Почему я написал Патриарху Алексию с просьбой освободить меня от подчинения Московскому Патриархату?

Я предпринял эти действия, потому что стало очевидно, что в планах Московского Патриархата сделать так, чтобы Сурожская епархия соответствовала их идее "нормальной" епархии за пределами России. То есть епархии, напрямую подчиненной Отделу внешних церковных связей (ОВЦС), первоочередной заботой которой будут недавно прибывшие из бывшего Советского Союза.

Однако митрополит Антоний никогда не намеревался создавать "нормальную" в этом смысле епархию. Его мечтой была епархия, которая была бы обращена к внешнему миру, которая была бы интегрирована в местную культуру и была бы способна нести истину Православия, "Благую Весть" Православия, народу той страны, в которой она находится. На самом деле, если бы он не работал над тем, чтобы создать такую епархию, ни один из нас не был бы сегодня частью Московского Патриархата.

Как я сказал в своем письме к Патриарху Алексию, епархия, организованная вокруг недавно прибывших иммигрантов, главная забота которых состоит в том, чтобы жизнь Русской Церкви в Великобритании была точной копией ее жизни на родине, не может эффективно сочетаться с жизнью устоявшейся епархии в Великобритании. Приходы в Дублине и в Манчестере уже были выведены из епархии и переданы под прямое руководство Москвы, для того чтобы они могли посвятить себя в первую очередь недавно прибывшим. Поэтому я предложил, что членам Сурожской епархии, которые преданы идее митрополита Антония, следует позволить идти тем же путем, что и та группа на континенте, которая наиболее близко соответствует Сурожской епархии: Экзархат русских православных приходов в Западной Европе, который существует с 1931 года и который также является - если не административно, то в плане традиции - частью Русской Православной Церкви.

Почему я сделал это именно в данный конкретный момент?

Чтобы понять причины моих поступков в данное время, важно принять во внимание ряд событий, о которых некоторые из вас, возможно, не полностью осведомлены. Как вы знаете, после смерти Митрополита Антония мне поручили быть Управляющим епархией, но не было сделано никаких шагов для того, чтобы назначить меня ее главой. Для меня лично это не имело никакого значения, но это весьма затруднило работу бок о бок с архиепископом Анатолием, который старше меня по возрасту и по сану, хотя обязанность управления епархией лежала на мне.

Тем временем напряженность в епархии, которая создалась задолго до смерти митрополита Антония, резко обострилась после конференции Русского Христианского Движения в лондонском соборе 3 декабря 2005 года. На этой конференции отец Андрей Тетерин, член клира собора, приехавший в Великобританию два года назад, предпринял публичные нападки на меня и на саму епархию (имеется стенограмма этого выступления). В это время близкие соратники в русской общине, которые слышали эти нападки, сказали мне: "Он бы не высказал всего этого, если бы не считал, что у него есть поддержка на высшем уровне. Русский священник не нападает на своего епископа, не будучи уверенным, что он может рассчитывать на покровительство в какой-то форме".

Я уже знал, что прихожане, которых собрал вокруг себя отец Андрей, также находятся в тесном контакте и с архиепископом Анатолием. Согласие архиепископа Анатолия с позицией, занятой отцом Андреем, стало ясно из тех замечаний, которые он сделал на следующий день на своем выступлении после воскресной Литургии (стенограмма [этого выступления] также имеется).

10 декабря 2005 года отец Андрей послал письмо, в котором резко осудил меня и мое управление епархией, митрополиту Кириллу, Патриарху Алексию, архиепископу Иннокентию и, что довольно любопытно, российскому послу. Это ясно показало, что он ожидал встретить поддержку на высшем уровне. (К тому времени отдельные члены лондонского прихода уже сообщили мне, что некоторые люди обращались к российскому послу с критикой моего руководства епархии).

У меня не оставалось другого выбора, кроме как отстранить отца Андрея от обязанностей священнослужителя, и он отправился в Москву по просьбе митрополита Кирилла и встретился с ним 26 декабря 2005 года. Он возвратился в приподнятом настроении и послал мне письмо по электронной почте, в котором выразил готовность принести извинения в обмен на восстановление в служении. Я ответил на это письмо не сразу, так как был во Франции, проводя там недельный отпуск.

13 января 2006 года епископ Марк, помощник митрополита Кирилла в ОВЦС, позвонил мне, чтобы сказать, что митрополит Кирилл попросил его заняться ситуацией в Великобритании. Он сказал, что митрополит Кирилл недоволен тем, что отец Андрей все еще не восстановлен в служении. Во второй половине дня я поговорил с отцом Андреем, взяв с него обещание публично выразить свое раскаяние, и восстановил его в служебных обязанностях. В ближайшее воскресенье после Литургии я объявил о прекращении временной отставки отца Андрея, сказав ему, что я не буду настаивать на публичном выражении раскаяния. Он взял микрофон и открыто поблагодарил прихожан за их поддержку. На кухне были слышны крики: "Мы победили!"

Затем дела в соборе пошли все хуже и хуже, против меня членами Приходского совета стали распространяться петиции, а собрания Приходского совета почти перестали поддаваться контролю. В течение всего этого времени архиепископ Анатолий не сделал ничего, чтобы помочь мне. Более того, в своем ответе на письмо, которое я написал ему, прося о помощи, он только еще больше раскритиковал мое руководство. Он сказал, что все проблемы создал я, а пока был жив митрополит Антоний, все шло хорошо.

В тот момент моими оппонентами в приходе собора, возглавляемыми Михаилом Сарни, была развязана кампания в Интернете - на русском языке. Она включала в себя утверждение одного лондонского прихожанина, что Москва поддерживает "страждущих членов" Сурожской епархии. 30-го марта я написал митрополиту Кириллу, обращая на это внимание и говоря о том, что до тех пор, пока Патриархат не даст на это опровержение, эта кампания не прекратится. Я также попросил его публично выразить поддержку моему авторитету. На это я не получил ответа, но получил только от епископа Илариона, через митрополита Кирилла, опровержение того, что он каким-то образом принимал в этом участие.

Так как отец Андрей, очевидно, был центральной фигурой для этой группы прихожан, я в конце концов запретил ему приходить в собор. Я также попросил митрополита Кирилла помочь нам во время Великого поста, прислав кого-нибудь из России на время. Он отказался прислать священника, о котором я просил, и предложил вместо этого прислать отца Михаила Дудко, высокопоставленного члена ОВЦС.

Отец Михаил Дудко не скрывал того факта, что он приезжает в качестве "инспектора", поэтому я рекомендовал прихожанам встречаться с ним и делиться своими мыслями по поводу ситуации. Отец Михаил был очень общителен и любезен, но был весьма сдержан по части собственной оценки ситуации. Он вообще не беседовал ни с настоятелем собора, отцом Иоанном Ли, ни с отцом Александром Фостиропулосом, ни с Ириной фон Шлиппе, с которыми я ему особо рекомендовал пообщаться.

Однако он открыл одному члену оксфордского прихода, что, с точки зрения Патриархата, митрополит Антоний был выдающимся архиереем, и было понятно, что он будет строить вокруг себя уникальную форму епархиальной жизни. Однако теперь, после его смерти, Сурожской епархии пришло время стать нормальной епархией Русской Церкви.

Эта точка зрения затем подтвердилась во время нашей последней беседы с отцом Михаилом Дудко в Светлый понедельник (24 апреля 2006 года). Он сказал, что вернется в Москву в конце недели, напишет отчет о том, что он видел, и обсудит это с митрополитом Кириллом. После этого митрополит Кирилл свяжется со мной по телефону или напишет мне, чтобы дать свои рекомендации.

Именно в этот момент я наконец решил, что пришло время действовать, и написал Патриарху, прося его освободить меня, вместе с теми членами епархии, которые хотят за мной последовать, от подчинения [Московскому Патриархату], чтобы мы могли присоединиться к Вселенскому Патриархату.

Причиной же, по которой я решил действовать, было то, что я видел, как я постепенно выдыхаюсь под давлением оппозиции, которую поддерживает архиепископ Анатолий внутри епархии и Отдел внешних церковных связей извне (это я объясню в следующей части этого письма). В то же самое время моральное состояние у тех, кого митрополит Антоний привел к Православию и в Русскую Церковь, день ото дня стремительно падает. Чем дольше бы я ждал, тем меньше были бы шансы успешно освободить сторонников идей митрополита Антония от хватки Патриархата, который, казалось, нацелен на то, чтобы "взять их под контроль" и таким образом неизбежно задушить их жизнь и деятельность.

Почему я сделал это без предварительных консультаций с клиром и Епархиальным собранием?

Необходимость соблюдения полной конфиденциальности доказывается ходом последующих событий (см. мое письмо от 9 мая). Менее чем через сутки после того, как я сказал отцу Михаилу Дудко, что я не отзову мое письмо к Вселенскому Патриарху, я был отправлен на покой. Если бы я серьезно и открыто обсуждал такой шаг с клиром или мирянами, несомненно, были бы приняты подобные немедленные меры.

Это бы значило, что я бы не мог сделать так, чтобы клир был бы освобожден от подчинения Патриархату, в случае, если, как это и произошло, Патриарх отклонит мою просьбу и снимет меня с моей должности Управляющего епархией.

В целом, действия, которые я предпринял, служили тому, чтобы сохранить наследие митрополита Антония, как его понимают те, кто жил и работал с ним долгие годы.

В сложившихся обстоятельствах я все так же думаю, что то, что я предпринял, является единственным способом сделать несомненный шаг вперед в интересах епархии в целом, и прошу вас набраться терпения, пока вырабатывается решение.

Пожалуйста, сверяйтесь с курсом событий на сайте www.dioceseinfo.org, который обновляется, по крайней мере, раз в день. Перед выходными мы дадим некоторые руководящие указания о том, как реагировать на текущую ситуацию. Если у вас есть комментарии по поводу этого письма, пожалуйста, присылайте их на адрес: bishopbasiloffice@ntlworld.com, указав в качестве темы "open letter".

Всегда ваш во Христе

Епископ Сергиевский

http://www.dioceseinfo.org/Russian_version/BBletters_ru/BB_open_160506ru.htm



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме