Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

А в глазах блестели слезы...

Сергей  Васильев, Красная звезда

06.05.2006

Три года назад во время официального визита в британский порт Ливерпуль большой противолодочный корабль "Адмирал Чабаненко" Северного флота посетили около пяти тысяч человек. Гости были разные: например, малыши из детского дома Кламберлодж, представители иностранных кораблей, также пришедших на празднование 60-летнего юбилея битвы за Атлантику, чины из городской полиции и просто ливерпульские обыватели. Однако в этой череде посетителей были и те, кого на борт российского корабля привела память. Скажу больше: чувство долга и неоплатной благодарности русским морякам.

Британцы Уильям Шорт и Остин Берн в марте 1942 года шли в Мурманск в составе конвоя "PQ-13", когда их пароход "Индуна" торпедировала германская подводная лодка.
- Я только собирался заступить на вахту, - вспоминал Уильям Шорт, служивший на "Индуне" механиком, - когда судно получило торпедный удар. Я тут же бросился к месту спуска шлюпок. Однако спасательную шлюпку, в которой мне полагалось быть, уже спустили на воду. Причем волнение моря было настолько сильным, что концы шлюпки пришлось отрезать, и она дрейфовала.
Тогда моряк побежал к месту спуска другой шлюпки, но и там обнаружил, что ее тоже спустили. Причем с полной, так сказать, загрузкой. Уильям понял: для того чтобы спастись с идущего под воду судна, ему придется прыгать в холодную пучину. К тому же он не умел плавать. Тем не менее он решился.
- Меня подобрала и без того перегруженная, черпавшая через борта воду шлюпка, - рассказывал ветеран. - Людей набилось в нее как сельди в бочку. Теснота была такой, что двигаться было совсем невозможно. Однако оставалась надежда, что нас подберут, поскольку мы успели дать сигнал SOS и верили, что нам на помощь отправят боевой корабль. В первый день надежда была высока, но к вечеру поняли, что нас ждет очень холодная ночь с дождем и снегом и что придется бороться с сорокафутовыми (высотой двенадцать метров.- С.В.) волнами. В тот момент я и не подозревал, какое ужасное испытание нас ожидало.
- Кстати, распространенным было мнение, что в таких случаях рюмка рома не даст замерзнуть, - продолжил рассказ товарища Остин Берн. - В шлюпке были и вино, и виски, поэтому некоторые из нас позволили себе слишком много этих напитков. И те, кто выпил больше, чем следовало, уснули, чтобы уже никогда не проснуться. В ту первую ночь погибли шесть человек, и единственное, что мы могли для них сделать, - это спустить тела за борт и предать их морю.
К концу четвертого дня в шлюпке из тридцати четырех человек в живых остались только семнадцать. Первым их заметил советский летчик с патрулировавшего над морем "Харрикейна" - одного из истребителей, что Великобритания передала по ленд-лизу Советскому Союзу. А вскоре к ним подошли тральщики Северного флота, которые и подобрали английских моряков в штормовом Баренцевом море в ста двадцати пяти милях севернее Мурманска.
- К тому моменту мы настолько ослабли, - вспоминал Уильям Шорт, - что нас поднимали на борт с помощью веревок, повязанных вокруг пояса. Я даже сделал попытку потоптаться, чтобы восстановить циркуляцию крови в ногах, но это оказалось невозможным. Ноги меня не держали.
Спасенных британцев доставили в Мурманск. В то время фашистские самолеты особенно сильно бомбили город. Он был просто испещрен воронками. И лишь чудом уцелело несколько школ, переоборудованных под военные госпитали. В одном из таких госпиталей Шорта с ног до головы намазали гусиным жиром и обмотали бинтами, чтобы моряк согрелся. А в его желудок ввели "кишку" и по ней пустили теплую воду. Когда же с британца сняли бинты, врачам стало ясно, что на обеих ногах началась гангрена.
- Меня положили на обычный стол, - вспоминал Уильям Шорт. - Белой простыней перегородили поле зрения, и чей-то голос произнес на ломаном английском языке: "Готовьтесь, сейчас отрежем вам ноги". Наркоза мне не дали: по-видимому, его просто не было. Когда же я наконец пришел в себя, врачи сказали, что я три дня провел в бреду. Через некоторое время мне сделали переливание крови. Прошло еще пять месяцев. Меня сначала направили в военно-морскую базу Полярное, затем - в Архангельск. И, наконец, домой я отправился на борту американского корабля "Тускалуса", следовавшего в Глазго.
В 1985 году Уильям Шорт стал одним из первых британских ветеранов полярных конвоев, получивших юбилейные советские медали в честь 40-летия Великой Победы. А позднее он возглавил группу ветеранов - "конвойщиков" в их поездке в Россию. И в Мурманске Уильям Шорт неожиданно встретил врача, присутствовавшего при ампутациях.
- Он был поражен, когда увидел меня, - рассказывал британский ветеран. - Сначала потерял дар речи, а потом стал рассказывать обо мне своим товарищам: "Мы не думали, что он выживет", - говорил врач. Я хочу выразить свою искреннюю признательность русским врачам, оперировавшим меня. Ведь благодаря им я не только дожил до солидного восьмидесятидвухлетнего возраста, но и работал в течение тридцати пяти лет в министерстве обороны чертежником-конструктором.
А Остин Берн в книге отзывов БПК "Адмирал Чабаненко" оставил такую запись: "Очень хорошо, что у меня появилась возможность сказать русским морякам спасибо за то, что спасли мне жизнь в 1942 году".
Уходя с борта "Адмирала Чабаненко", ветераны, в глазах которых блестели слезы, крепко жали руки всем находившимся рядом североморцам и говорили: "Мы всегда восхищались мужеством ваших людей, проявленным во время Второй мировой войны".

http://www.redstar.ru/2006/05/06_05/7_04.html



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме