Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

На что способна российская армия?

Анатолий  Цыганок, МиК - маркетинг и консалтинг

07.07.2005

О завершении военной реформы министр обороны Сергей Иванов заявил еще два года назад. Из этого следует, что превышение небоевых потерь над боевыми (в Чечне) по итогам прошлого года есть один из итогов этой самой реформы. И сенсационные данные Главной военной прокуратуры о резком росте самоубийств и преступлений в армии за нынешний год - результат этой реформы тоже. Хотя многие военные эксперты считают, что она и не начиналась вовсе.

Сможет ли изменить мрачную картину обещание министра ввести гражданский контроль над Вооруженными силами, который будет осуществляться согласно меморандуму, подписанному 21 июня Сергеем Ивановым и уполномоченным по правам человека в РФ Владимиром Лукиным? Комментируя это событие, С.Иванов произнес высокопарную фразу: "Успешное решение задач, связанных с модернизацией Вооруженных сил и укреплением законности, правопорядка в войсках и на флоте, невозможно без создания эффективной системы гражданского контроля над положением дел в армии и на флоте".

Однако, сколько времени потребуется для трансформации подписанного на бумаге соглашения в реальный инструмент, сказать не может никто. И судя по характеру и интенсивности взаимодействия чиновников Минобороны с комитетами солдатских матерей, можно прогнозировать, что по инициативе военных этот процесс активизирован не будет. Да и заняты генералы сейчас другим - сокращением военных кафедр в гражданских вузах, которых к 2008-2009 году должно остаться 30-35, и только в тех вузах России, которые хорошо и стабильно готовят офицеров запаса.

Кто армии сегодня нужен? По словам Сергея Иванова, специалисты в области космоса и авиастроения. При этом любой желающий обучаться на военной кафедре должен будет подписать контракт, в соответствии с которым по окончании учебы он должен будет 3 года прослужить в армии. Улучшат ли эти меры качественные характеристики нашей армии? И какая она, наша армия, в техническом отношении? Что в ней есть, кроме дедовщины, самоубийств и прочих преступлений? Обоснован ли страх перед армией призывников, солдатских матерей и абитуриентов, которых Минобороны поставило перед выбором - срочно менять вуз или готовиться к службе? Об этом МиК беседует с Анатолием Цыганком, профессором Академии военных наук, кандидатом военных наук:

- Прошедшие в последние полтора десятилетия войны и конфликты позволяют cделать некоторые выводы с точки зрения перспектив развития военной политики и военной реформы России. Для России сегодня сложилась уникальная ситуация, когда нет реальных военных угроз для государства, во всяком случае, в ближайшей перспективе, что позволяет ей без авралов и в относительно спокойной обстановке готовить армию к отражению угроз второй половины ХХI века. Однако за все годы новой российской истории ни в политической, ни в военной элите, ни в обществе не выработалось понимание того, что Россия - это уже не СССР. У России другие границы, цели, партнеры и союзники, и другие реальные угрозы. Для отражения этих угроз и нужна армия, но с другим вооружением и другими людьми.

- А какие основные угрозы для России существуют сегодня?

В современных условиях можно отметить ряд военных и невоенных угроз, для отражения некоторых из них нужно использовать армию. Для невоенных и террористических угроз армию использовать нецелесообразно. Среди военных угроз основными могут быть следующие. Во-первых, очаги напряженности на Ближнем Востоке и нерешенность проблем, связанных с угрозой возможных несанкционированных пусков одиночных ракет, в том числе, и с ядерными боеголовками с территорий КНДР, Ирана, Пакистана.

Во-вторых, все увеличивающаяся угроза исламского терроризма, которая на сегодняшний день является основной, при финансовой поддержке его основных центров со стороны частных лиц Саудовской Аравии и Пакистана.

В-третьих, это наркоугроза со стороны Афганистана.

В-четвертых, существует гипотетическая угроза со стороны США и НАТО. При этом следует сразу оговорить, что эта угроза, в основном, не внешняя, а внутренняя. На мой взгляд, США и НАТО будут нести угрозу России только в том случае, если маятник власти совершит ход назад, и власть перейдет к маргиналам коммунистического толка.

В-пятых, имеет место угроза ввода иностранных войск, в нарушение устава ООН, на территорию сопредельных с Россией государств.

В-шестых, нельзя не учитывать непредсказуемость развития событий при предполагаемом развале коммунистического Китая, возможном создании зон нестабильности и возникновении конфликтов в приграничных областях, где имеет место несбалансированность вооруженных сил (в разы), существуют слабо прикрытые территориальные претензии к России, декларируемые во внутриполитических дискуссиях, заметно демографическое давление на Сибирь и Дальний Восток.

Среди невоенных угроз могу отметить угрозы в области пограничной сферы. Незаконная миграция, наркомания, все увеличивающийся алкоголизм, низкий уровень безопасности на дорогах, снижение уровня смертности, снижение уровня безопасности трубопроводных и энергетических систем. Нарастает угроза нарушения прав и свобод граждан Российской Федерации в сопредельных государствах. Постоянно существует угроза со стороны тоталитарных режимов, непредсказуемое поведение которых постоянно будет создавать напряженность. Если эти угрозы национальной безопасности и суверенитету России принять за основу, то следует сравнить нынешнее состояние российской армии и требованиями, которые могут быть выдвинуты обществом армии будущего.

- А как Вы оцениваете нынешнее состояние российских вооруженных сил?

В российской армии сегодня нет подготовленных, сколоченных уже в мирное время, командований или центров управления на театрах или предполагаемых локальных направлениях, какие существовали при маршале Огаркове или ныне существуют в американской армии. Существующая структура управления: министр обороны - гигантский генеральный штаб - штабы военных округов - армии - корпуса - дивизии - бригады - полки, - это архаичная структура управления 40-60 годов, оставшаяся неизменной до 21 века.

В армии отсутствуют подходы к новым теориям стратегии, оперативного искусства и тактики в новых исторических реалиях. Нынешние нормативные документы, где 80% объема отдано наступательным и оборонительным операциям, не годятся для современных войн, где в основном будут иметь место десантные и противодесантные операции и боевые действия, проводимые мобильными частями, подразделениями и отдельными группами. По старинке, как говорит опыт Великой Отечественной войны, все сводится к понятному и простому управлению тысячами танков, БТР, САУ, ЗСУ и другими бронированными и небронированными машинами (ну как в славные 60-90-е годы).

А между тем, нынешняя техника и вооружение принципиально не годятся для будущих войн. Тяжелые танки и бронетранспортеры, передвигающие только по земле, самолеты, летающие только в воздухе, годились для сражений и боев прошлого века, имевших сплошные линии соприкосновения с противником, но они не подходят для боев в разных средах (космической, воздушной, наземной, морской), без флангов и тыла.

Нынешняя армия не способна отразить угрозы, которые могут возникнуть через 20-30 лет. Не потому, что Россия встала на другой путь развития и армия сменила красную звездочку на орла, а потому, что современность требует иных теорий, иных структур, иных людей. Иракская война показала, что попытки реформирования армии в России идут не в том направлении. В новом веке на европейском театре, возможно, не будет стоять задача физического уничтожения армии и боевой техники, это может уйти на второй или даже третий план. В войне в Югославии стояла задача не разгрома военной мощи, а принуждение к условиям, поставленным НАТО и США, поэтому удары наносились по экономическим объектам и инфраструктуре. В Ираке сценарий войны также предусматривал не уничтожение армии, а создание условий для взятия территории под контроль.

Если в этом ключе рассматривать военные проблемы подготовки к войнам будущего, то для них нынешние армии, в том числе, и России, негодны по многим причинам. Следует признать, что в последние 20 лет идет, и еще 20 лет будет идти новый передел мира, в котором Россия из-за внутренних перестроек и революций 90-х годов не участвует. Можно предположить, что начато разделение государств на имеющих и не имеющих интеллектуальный потенциал для преобразования и формирования перспективных видов интеллектуального боевого оружия, интеллектуальных боевых систем, которое будет завершено к середине ХХI века. К одним относятся двадцатка основных экономически развитых государств. К другим - государства, которые по-прежнему будут делать ставку на традиционную военную технику прошлого века.

Не годятся для будущих десятилетий армейские кадры, которые не умеют отслеживать ситуацию на дисплеях контроля космической, воздушной и наземной обстановки и не способны лично перепрограммировать разведывательно-ударные-боевые комплексы или роботизированные боевые комплексы и лично управлять ими.

В российской армии сегодня отсутствует полностью институт сержантов. Подготовленных за 5-6 месяцев мальчишек только в насмешку можно называть сержантами, руководителями основного низшего звена армии - отделения, расчета, танка.

- А какая армия нужна российскому обществу?

России на перспективу нужна высокотехнологичная армия, чтобы в войнах участвовало все меньше военнослужащих. Несмотря на развитие авиации, нужно все меньшее количество самолетов-бомбардировщиков, но с резко увеличенным количеством крылатых ракет морского и воздушного базирования. При этом необходимо максимальное использование ракет и бомб высокоточного наведения, а также видов оружия, основанного на новых физических принципах.

Перспективной новой армии России не нужна архаичная структура нынешней армии. Вместо Генерального штаба необходимо создать Главное командование с подчиненными ему командованием сил общего назначения, командованием специальных сил, командованием стратегических сил. В состав командования общего назначения должны войти территориальные командования. Территориальные командования не должны быть аналогами нынешних военных округов, а привязаны к потенциальным театрам военных действий.

На уровне тактического звена наравне с картами у офицера и сержанта будут электронные карты, в результате они будет владеть ситуацией на всем театре военных действий и, соответственно, принимать самостоятельно решение в интересах выполнения главной задачи на применение своего тактического или оперативного или стратегического разведывательно-ударного комплекса, действующего в нескольких средах (воздушно-наземной, наземно-морской, морской-наземной или транспортно-ударной-боевой системы.

Для боев будущего нужны вооружения, имеющие собственный интеллект. А то вооружение и боевая техника, которые выпускает российский ВПК последние сорок лет, принципиально не подходят к перспективным войнам, хотя и останутся на вооружении стран Африки, Азии и в течение ХХI века.

Боевая техника, предусматривающая поражение насмерть взрывной волной, проникающей радиацией, кумулятивной струей и осколками, не годится для "боя или столкновения", в котором ставится задача поразить сознание, нейтрализовать, приклеить, обездвижить, ослепить, усыпить, или до ужаса испугать противника.

В этих операциях будет требоваться оружие несмертельного действия (ОНСД) или оружие нелетального действия (ОНЛД), или просто гуманное оружие, действующее в атмосфере. К ним относятся: информационно-психологическое, конциентальное оружие (поражающее сознание), психотропное оружие (вызывающее панический страх, галлюцинации), геомагнитное и акустическое, СВЧ-оружие, графитовое и электромагнитное, биологическое (поедающие предметы на основе нефтепродуктов) оружие, управляемые программные вирусы, термическое оружие (останавливающие аэрозоли, клеящие гели и акриловые пенные составы, ингибиторы подавления сгорания топлива, сверхскользкие составы), ослепляющие лазеры, инфразвуковое оружие, зловонные боеприпасы, антистатики и снотворные вещества, снаряды и мины, снаряженные резиновыми шариками и т.д.

В космическом пространстве будет действовать кинетическое оружие (КО), пучковое оружие (оружие направленной передачи энергии с более глубоким проникновением в материал (ОНПЭ внутр.), лазерное оружие (энергия выделяется в тонком внешнем слое (ОНПЭ внеш.)3. Как бы оно ни называлось, это оружие 21-ого века уже входит в набор инструментов современной и будущей войны.

России необходимо, приступить к планированию перспективной армии, организации военного дела с новыми подходами, новыми принципами, новыми людьми, которая была бы привлекательной для молодежи.

- А в какой армии мог бы служить российский парень?

Суммируя сказанное, я могу сделать вывод, что Россия сейчас имеет уникальный шанс, который позволит ей сделать рывок и трансформировать свои архаичные вооруженные силы в современные силы. Я уверен в том, что при отсутствии явных военных угроз, имея в запасе мирные годы, Россия может начать трансформацию устаревшей по большинству параметров армии в современную, всесторонне подготовленную армию 21 века.

На наш взгляд, решение основных задач национальной безопасности можно обеспечить только в том случае, если будет полностью изменена вся система подбора кадров - от рядового для генерала.

К сожалению, в своих программных документах большинство российских партий, говоря о своих планах по реформированию армии, все внимание отдают одному вопросу: комплектованию армии рядовым составом. Споры между партиями идут только в одном ключе: какой характер комплектования лучше: призывной или контрактный. Большинство партий настаивает на контрактной армии и спор идет об окладах и метрах жилой площади.

В сущности, разницы между программами партий нет. Ни одна из партий не затрагивает сути реформирования - структуры армии, для решения ею новых возникающих задач. За стеной остаются и не менее важные вопросы: суть военной доктрины, военной теории, требования к боевой технике. И главное - ни в одной партийной программе не рассматривается вопрос об основах армии, в том числе, о подборе и расстановке офицерских кадров и сержантской прослойки.

Нормальный российский молодой человек согласен идти в армию, но с несколькими условиями. Это призыв в армию по достижению возраста 21 года. Призыв должен быть прерогативой администрации местной власти, а не министерства обороны. Срок службы должен быть не более одного года, а альтернативной службой больше всего на 1-2 месяца. Необходимо отсутствие в армии "дедовщины" и лиц, ранее отбывавших наказание с пребыванием с специальных учреждениях. Необходим гражданский контроль со стороны общества (парламента, представителей общества, на постоянной основе, причем в каждом гарнизоне).

Нужны гарантии занятия только боевой подготовкой (специальной, стрельбой и вождением, физической) и непривлечения на строительные, спасательные и сельскохозяйственные работы. При денежном содержании, сравнимом хотя бы со стипендией. При полном отказе от отсрочек, за исключением по медицинским показаниям, и одновременном запрете для лиц, не служивших в армии, права на занятие должностей учителей, преподавателей и государственных служащих, и права на управление всеми транспортными средствами.

Миф о полном отказе молодых людей от службы основывается на опросах студентов первых курсов ВУЗов и противоречит опросам студентов выпускных курсов. Первокурсники боятся новых коллективов, они физически и биологически еще растут. Выпускники в возрасте 21-22 года - более взрослые, физически более подготовленные люди, поэтому они думают иначе. Также дело в том, что основной "отсев" из ВУЗов по объективным причинам происходит после 1-2 курса. К четвертому-пятому курсу молодые люди, как правило, уже определились с работой и с жизненной позицией, иногда берут академические отпуска. Большей частью у них уже отсутствует испуг нового коллектива, есть стремление испытать себя в более сложной обстановке.

Проблема дедовщины, без решения проблемы сержанта, практически не может быть решена. Наша армия - одна из всех армий мира, не имеющая этой профессиональной прослойки. Изменение положения с сержантами возможно только при организации профессиональной подготовки с 2-3 годичным обучением. По нашему мнению, только сержанты должны быть контрактниками (командирами расчетов, танков, отделений). Появление института сержанта способно резко снизить уровень неуставных отношений, при полной поддержке со стороны офицеров.

Да и сами офицеры нуждаются в изменении принципов выдвижения. Помочь этому возможно введением принципа баллотировки - коллективной ответственности за рекомендацию при выдвижении на вышестоящую должность. Этот принцип устранит кумовство и фаворитизм и резко повысит ответственность и уровень дисциплины в армии. С такими принципиальными изменениями в призыве, комплектовании, вооружении, при новой военной теории, можно ожидать, что армия начнет приобретать моральный вес и авторитет среди общества и станет интересна для молодого россиянина.

http://www.iamik.ru/?op=full&what=content&ident=304&issue=1&topic=Main.News.Cool



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме