Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Настоящее чудо почти всегда не чудесно

Благовест (Самара)

04.06.2004

Известный самарский священник, настоятель Казанского храма села Новый Буян Красноярского района Самарской области протоиерей Иоанн Гончаров по просьбе нашей редакции принимал участие в одной из апрельских радиопередач "Православный благовест" на радио "Голос Самары". Судьба этого священника необычна. Много лет он был настоятелем Покровского кафедрального собора областного центра. Возглавлял отдел катехизации епархии. Стоял у основания Самарского Духовного училища (позднее - семинарии). Участвовал в выпуске первых номеров газеты "Благовест". Сейчас отец Иоанн служит на "рядовом" сельском приходе и окормляет своих духовных чад.

В начале своего диалога с ведущей радиопередачи Ольгой Ларькиной в прямом эфире отец Иоанн поделился своими размышлениями о сущности многотрудного - и благодатного - пастырского служения:
- Священнический крест - он нелегок. Но он и радостен. Потому что связь с Богом - это определяющее в жизни человека. С Богом везде хорошо. Без Него - везде плохо.
- Батюшка, вы много лет служили в Самаре, а последние годы - в небольшом сельском храме. Скажите, отличаются ли как-то по своей духовности прихожане в селе и в городе?
- В городе люди, в деревне люди... - всЈ души человеческие! Наверное, разные люди по-разному воспринимают благодать Божию. Есть в деревне глубокие люди, молитвенные, и в городе таковые есть. Очень часто бывает, что один и тот же человек в зависимости от настроения в разное время являет себя по-разному. Все в душе человека, внутри его. И насколько он умеет явить себя пред Богом в благоговении и любви, настолько он красив - что в городе, что в деревне. Поэтому как-то принципиально делить прихожан городского храма и деревенского храма - я бы не стал.
- Многие ваши давние прихожане, как я знаю, приезжают к вам за духовным окормлением и в Новый Буян.
- Да, и мой новый приход в основном состоит из городских прихожан и содержится благодаря им. Все-таки тридцать лет служения в городе - старые друзья остались. Может быть, еще и поэтому я так не ощущаю, что служу на новом месте. У меня деревенских прихожан всего-то сорок-пятьдесят человек, и те в разное время ходят. А в основном храм наполняется за счет прежних прихожан, которые помнят меня по Самаре, с которыми дружба, слава Богу, продолжается.
- Батюшка, что вас более всего волнует в духовном состоянии вашей паствы - и, может быть, даже шире - всего церковного народа?
- Да ведь моя паства является частью всего церковного народа, и настроения всего церковного народа отображаются в моих прихожанах. И здесь чего-либо особенного или отличительного нет. А волнует общий упадок нравственности, духовности, отстраненность людей. Иссякла какая-то жизненная струя, как мне кажется. Быть может, это я так все за мои грехи ощущаю, - благодать отступила. А может быть, потому что мы грешнее стали, ведь время-то какое неинтересное - везде и всюду такие вещи жуткие происходят, столько порока. Естественно, что вся та нравственная непогода, которая разыгралась на улице, так или иначе влияет на погоду в храме. Люди - хотят они того или не хотят - подвергаются влиянию грешного мира. Поэтому чувствуется некое духовное опустошение, образовавшееся и в церкви. Конечно же, это очень волнует и печалит, потому что хочется настоящего, хочется по-настоящему помолиться, получить благодать - обрадоваться Богу! Ведь вот это состояние - обрадоваться - я его опытно знаю, когда служил еще при социализме, при гонениях, когда в храме была определенная строгость и своего рода опасность. Тогда Господь давал нам полноту радости, а жизнь общества по существу была значимее, нравственнее, и та уличная атмосфера была строже, но интереснее. А опустошающие ветра безнравственности, что сейчас веют с такой силой, тогда к нам редко залетали. Была одна опасность - от безбожников, а сейчас - сейчас другие опасности, и не знаешь, откуда их ждать. Или это ностальгия по ушедшей молодости? Но мне кажется, что людей стали гораздо меньше волновать духовные и нравственные вопросы, то есть принципиальные вопросы, созидательные для души. Как-то все так растворилось, рассеялось - и перестало радовать. Вот такое состояние душ человеческих заставляет мыслить тяжело о нынешнем времени.
- Но это же и от любого из нас тоже зависит. Если бы каждый вместо того, чтобы проклинать обступающую тьму, зажег маленькую свечечку - молитвенную свечечку в своей душе, - наверное, и другим стало бы светлее...
- Все настоящие жизнеобразующие истины выражаются в антиномиях, в противоречиях. С одной стороны - да, от нас многое зависит: от того, что мы утратили, не сохранили духовные, совестные основы, мы потеряли благоговение и не ощущаем благодать в той полноте, как следовало бы. А с другой стороны, мне кажется, что и общее веяние времени тоже влияет. И здесь уже мы не совсем повинны. Время само принесло нам новые искушения, и мы должны их терпеливо проходить. Каждое время отмечено своими искушениями. И та очень сложная внешняя обстановка, в которой мы сейчас живем, развеивает нравственные приоритеты, поэтому мы как бы зависли в духовном отношении. Мне думается, что Господь учитывает то, что мы находимся в такой нравственной непогоде, и потому можно надеяться на некоторое снисхождение в нашем духовном недомогании.
- Отец Иоанн, мы в редакции всегда с благодарностью помним, как много сделали вы в самом начале издания "Благовеста" для становления и духовного возрастания газеты. Миновали годы: изменилось ли ваше отношение к "Благовесту"?
- В те незабываемые дни все было великолепно, и все думали, что вот теперь начнется возрождение общества. А потом прошло время, и увидели, как многое вокруг стало меняться в худшую сторону. Эйфория погасла, отношения как-то изменились - надежда устала висеть в воздухе. И между близкими прежде людьми возникло какое-то отчуждение - или мы по-разному стали смотреть на некоторые вещи... Новое время диктует свои, иные подходы - и я считаю, что в принципе все нормально. Я и сейчас с интересом читаю вашу газету, мысленно комментирую прочитанное. Я рад, что, слава Богу, в газете все обходится без меня. Какая от меня сейчас может быть помощь - вы сами профессионалы. Вы внимательно держите руку на пульсе народной жизни и стараетесь так писать, чтобы люди все поняли, чтобы это обрадовало их и утешило, - то есть делаете все, что делать нужно и можно. И я очень рад тому, что влияние газеты очень сильно. Беседую с людьми и вижу, что многие из них очень внимательно относятся к вашей газете - очень любят ее, подписываются на нее не один год, - я вижу, что они очень хорошего мнения о "Благовесте". Я разделяю их мнение. Храни вас Бог и Божией помощи вам в ваших трудах!
- Есть одна тема, к которой нам приходится обращаться в публикациях, и которая для иных стала своего рода камнем преткновения. Далеко не все сразу поняли значимость происходящей в наши дни глобализации, всю боль этой непростой темы. Отец Иоанн, как вы относитесь к проблеме присвоения людям ИНН?
- Конечно, сегодняшнее время - это время серьезных испытаний, и они накатываются - волна за волной - на нас. Естественно, что мое отношение к этой проблеме сугубо отрицательное, потому что присвоение номеров людям противоречит всем законам - и Божеским, и человеческим - даже нашей Конституции. И совершенно непонятно, почему все так круто внедряется и зачем это все надо. Непонятно, конечно, с точки зрения обыкновенного человека - того, который не читает Апокалипсис, не знает грядущих событий, пророчества о которых даны в Откровении Иоанна Богослова. Очевидные параллели того, что происходит в наши дни, с этими пророчествами серьезно безпокоят верующих людей. Специалисты утверждают, что нет никакой технической необходимости вводить в код EAN/UPC-13 число 666, но его упорно не хотят убирать. Значит, что-то в нем есть, в этом символе. И нам не реагировать на это никак нельзя!
Я считаю, что проблема ИНН - одна из серьезнейших проблем современности, потому что она открывает дверь глобализации. Вообще глобализация в духовном плане - это опасный процесс постепенного разрушения человеческого в человеке. Если просматривать всю доктрину нового мирового порядка, то можно видеть, что в ней все духовное, все нравственные вещи, значимые для нас как Христиан, в лучшем случае игнорируются, а в худшем - зачеркиваются. А ведь мы живем нравственным, духовным элементом. Мы люди, потому что любим, потому что веруем, потому что надеемся на вечное свое спасение. И мы перестаем быть людьми, когда это зачеркивается. В новом мировом порядке основной упор делается на животной стороне, на сытости и безопасности. Но ведь живут и собаки, и свиньи, и тараканы живут - все это тоже жизнь. Но нам-то интересно жить человеческой жизнью! Нам нужны свобода, любовь, нравственность и возвышенные переживания, ведь сказано, что не хлебом единым жив будет человек, но всяким словом Божиим. А глобализм в его современном проявлении акцентирует внимание именно на хлебе и на безопасности существования. Как будто - в этом вся жизнь человека... Если смотреть на все происходящее глубже, с точки зрения апокалиптических изменений, то можно просто увидеть в этом приближение антихристова времени, которое разрушает человеческую природу, оскверняет личность и фиксирует это осквернение своей печатью. В результате в этом новом мировом порядке совершается утрата дарованной Богом свободы, и человек перестает ощущать себя человеком.
И эта безпринципность, этот напор не могут не тревожить. Чувствуется, что здесь суть совсем не в уплате налогов, потому что за всем этим сокрыта страшная подоплека. Естественно, что нам всего этого надо по возможности избегать.
Православие тем и интересно и значимо, что в нем всякий человек есть личность. И неоценимая личность! В Священном Писании сказано, что Ангелы даже самых незначительных с виду людей перед Богом предстоят всегда, и молятся за них. В каждом по-своему отображается любовь Божия, в красоте его сердца.
- Батюшка Иоанн, наша с вами беседа проходит в преддверии Недели жен-мироносиц - это Православный аналог женского дня. Скажите, какой вам видится роль женщин в Церкви в наши дни?
- В моем интеллекте слово "женщина" ассоциируется с понятием "жизнь". Жизнь - Богом данная. В этом вся красота и значимость. Как можно жить - без Жизни?.. Без любви, без верности?.. А в Церкви это основа всего. Как мы знаем, жены-мироносицы вернее большинства Апостолов служили Христу - любовью, своим имением и душами своими. Простые женщины, и даже грешные женщины, явили такую дивную верность Христу во всех Его нечеловеческих испытаниях, явили столь преданную любовь к Богу и к Церкви. На них и сегодня держится Церковь. В лихолетье социализма, когда все разрушалось дотла, они, женщины, своей верностью, постоянством своим, молитвенностью, покаянием своим сохранили Церковь и веру для сегодняшнего поколения. Потому недостанет слов, чтобы выразить благодарность всем верным женщинам, которые живут Церковью, живут Богом.
- Вы служили со многими замечательнейшими архипастырями. Вы лично знали Митрополита Мануила (Лемешевского) и от него получили путевку на пастырское служение. Близко знали Митрополита Иоанна (Снычева)... Расскажите хотя бы немного о них.
- Я еще юношей, в пятнадцать лет познакомился с Митрополитом Мануилом и жил под его молитвенным осенением, и он дал мне рекомендацию в Духовную семинарию. Собственно, с его благословения, по его молитвенной помощи меня и приняли в семинарию - тогда это было довольно сложно. Поэтому я наверное всем, что у меня есть хорошего, обязан этому значимому Российскому иерарху.
Да и знакомство с Владыкой произошло в непростой для меня момент. Я учился в девятом классе - и собирался бросить школу. Мальчишкой был, надоело учиться. Мама меня привела к Владыке Мануилу - он меня вразумил и наставил, внушил необходимость учиться - и после этого до сих пор я непрестанно учусь!..
То время, когда Владыка Мануил служил в Куйбышевской епархии, вспоминается как особенный духовный подъем. Ведь мы все жили Богослужением, и когда Богослужение совершал Митрополит Мануил, то мы расходились наполненные благодатью на всю предстоящую неделю, ощущали в себе его духовное присутствие. У Митрополита Мануила была такая отличительная черта - ощущение свободы. Мы тогда жили под давлением социального гнета и отчасти боялись гонений - их, самых разнообразных, было много, - а он ничего не боялся и этой своей смелостью, духовностью вселял в нас силу, веру, давал нам возможность сопротивляться - и терпеть. Он вскормил нас духовно. Через общение с ним я ощутил значимость молитвы, значимость Богослужения, и с тех пор оно для меня является хлебом духовным. И опытное ощущение этой радости ко мне пришло через Митрополита Мануила. Я конечно же считаю его своим духовным покровителем и сейчас, я посылаю к нему свои молитвы - и молюсь о нем, поскольку канонизация его еще не состоялась, о чем я очень жалею и считаю, что он вполне достоин церковного прославления по всей его подвижнической жизни. По великому мужеству, по тому, кем он был, - он святой, это для меня непререкаемо!
Хотя с ним-то рядом я был немного, я ушел в армию, а когда вернулся, успел только увидеться с ним. Вскоре он почил в Боге. А с Владыкой Иоанном я служил очень долго, он меня рукоположил в священники, и семнадцать лет я с ним служил настоятелем в Покровском кафедральном соборе. С ним прожита значительная часть моей сознательной духовной жизни.
Он особенно умел видеть сердца людей, чувствовать их боль. И это ему так помогало врачевать души. Вот, например, приходит мой отец - у него было сердце больное, перенес инфаркт. Владыка так с ним поговорил, что отец согласился на соборование и безтрепетно говорил о смерти. Владыка умел войти в ситуацию, успокоить мятущуюся душу. Вообще у Владыки был редкий дар утешения. И потому так много людей его глубоко и серьезно любили.
Сейчас нередко рассеянная внешняя деятельность как-то отвлекает нас от молитвы, от главного делания Православного человека, а тогда этой внешней деятельности было меньше. Владыка Иоанн умел настроить прихожан на молитву. В храме в унисон шла молитва духовенства, хора и мирян. Это все радовало и обогащало душу. Вот в этом благодатном настроении я прожил очень долгое время. И сейчас я часто вспоминаю Владыку Иоанна и словно опять служу вместе с ним, потому что за семнадцать лет мы очень сроднились. И в Православии считается, что та молитвенная связь, которая есть у нас здесь, не прекращается и там.
Передача закончилась, но беседа с отцом Иоанном продолжилась. Редактор газеты "Благовест" Антон Евгеньевич Жоголев спросил:
- Когда по воле Божией Митрополит Иоанн уехал из Самары на Санкт-Петербургскую кафедру и началось его общественное служение, он стал известен на всю Россию своими статьями, - это вызвало удивление у вас или исходило из логики вещей?
- Нет, ничего такого здесь заметить нельзя было. Видимо, это был спящий вулкан, который - пришло время - заговорил... И как заговорил! Я преклоняюсь пред его мужеством. Он поднял флаг, который другие в то время не решались в руки взять.
- Отец Иоанн, за тридцать лет у Престола были ли вы свидетелями какого-либо чуда?
- У Лескова есть интересные рассуждения о чуде. Божественное чудо - оно всегда (или почти всегда - есть ведь и такие великие чудеса, как схождение Благодатного Огня!) не чудесно, его даже и не поймешь, чудо ли это - или нет. Ведь уже то, что мы с вами живем, - это тоже чудо! И каждый день - это чудо! И каждый листок на дереве... Мы просто привыкли к этим чудесам... Вот в рассказе Лескова приводится подобное - простое - чудо. В гимназии был один ученик, настолько озорной, что не мог не озорничать. А его за все проделки пороли. Однажды он забегает в класс и кричит: "Каникулы!" А никаких каникул нет. Значит, опять будут пороть. И он убежал куда-то в баню, спрятался на полок и молится: "Господи, я знаю, что меня нельзя не выпороть. Но Ты все-таки сделай так, чтобы меня не выпороли!" И вдруг приезжает инспектор и распускает всех на каникулы, и мальчишку не выпороли. И для всех окружающих было естественное течение вещей, а для него и для его сердца было чудо...
Вот таких чудес у меня было очень много. Когда я понимал, что ничего нельзя сделать, а Господь творил чудо...
- Например?
- Нет, это личное... Вообще личное, когда о нем рассказываешь многим, оно перестает быть личным и перестает греть. Это Бог в сердце мне дал. Я уверен, что такое чудо испытал каждый человек. Верующий человек чувствует, что это ему Бог помог, а для всех - это просто обстоятельства так сложились. Чудо внутреннее, сердечное, порой больше влияет на душу человеческую, чем какие-то внешние шумные, "эффектные" чудеса. Чудо - оно простое, как Сам Бог: пришел на Землю как простой смертный, и во всем, кроме греха, уподобился человеку, - и принес Себя в искупительную жертву...
- Отец Иоанн, однажды мы с вами ехали вместе в машине из Нефтегорского храма, и вы мне сказали, что на свете много хороших и важных профессий - вот журналист хорошая профессия, - но только одна профессия помогает человеку умирать. Профессия священника. Вы под этими словами подписались бы сейчас?
- Конечно. Мне и сейчас иногда приходит мысль, каким бы делом я хотел заняться, - все не то. Все обслуживает плоть. А служение у алтаря одно только обслуживает дух. Настоящий человек - это человек ума, интеллекта, переживаний сердечных. И он-то без духовного не может жить, без Небесного хлеба. А этот Хлеб сеем, взращиваем, жнем, муку готовим и печем - мы. Православные священники. Страх смерти снимает чистота совести: насколько человек благородно живет, настолько у него исчезает страх смерти. Насколько он грешен и несостоятелен в земной жизни, настолько ему тяжело переходить к вечности. Суть-то не в самой смерти, этот переход простой и естественный: родился - не помнишь, и умер - не помнишь. Главное, о чем душа трепещет, - какой будет участь ТАМ. Знаешь, как Сократ говорил: "Афиняне боятся смерти, значит, приписывают себе мудрость, которой у них нет". Я, наверное, скорее буду бояться злых дел, чем бояться смерти и думать, что это зло. Может быть, это большое добро? Смерть сама по себе ничего не несет, это просто необратимый процесс перехода в вечность. Вот и все. А главное-то - содержание совести. Об этом и печется Церковь и, в частности, священник, который старается добросовестно выполнять свои обязанности.
О. Ларькина: Отец Иоанн, вы начинали свое служение в Покровском соборе, теперь - в Казанском храме. Ощущаете ли вы над собой Покров Божией Матери?
- Ну как я об этом скажу? Я просто живу, просто молюсь, и грешу, и каюсь - и просто надеюсь, что Пресвятая Богородица помнит и обо мне, и откликается на молитвы...

Беседу вели Ольга Ларькина и Антон Жоголев



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме