Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

СВЯТЫНИ СТАРОЙ МОСКВЫ

Елена  Лебедева, Православие.Ru

11.02.2003


МОСКОВСКИЕ ЦЕРКВИ ВО ИМЯ ТРЕХ СВЯТИТЕЛЕЙ …

В старой Москве было несколько церквей, освященных во имя Трех Святителей Вселенских - Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Сам праздник был установлен в память о прекращении в 1084 году внутрицерковных споров между последователями этих учений - василианами, григорианами и иоаннитами.
Дожившая до наших дней Трехсвятительская церковь притаилась в тихих и пустынных переулках между Покровским бульваром и Солянкой.
Точный ее адрес, впрочем, когда-то был знаменит - угол Хитровского переулка (после революции - Максима Горького) и Малого Трехсвятительского, названного по этой церкви, а в советское время переименованного в М.Вузовский - в соответствии с идеалами пролетарской революции.
Именно здесь, рядом с этой чудом уцелевшей церковью находилась страшная Хитровка - рынок и ночлежка для московских нищих, на месте которой после ее сноса в советское время были построены школа и четырехэтажное здание с магазином. Название этого места произошло от имени зятя фельдмаршала Кутузова, генерала Н.З.Хитрово, который в 1820-х годах имел здесь владение и решил построить добротный рынок для торговли мясом и зеленью.
Мало известно, что сама Хитровка была не простой ночлежкой, как Ржанов дом на Смоленской, а московской "биржей труда" для безработных, устроенной в 1860-х годах. Или, как тогда говорили, "стоянкой" рабочего народа, толпившегося здесь в ожидании работодателей.
Здесь ежедневно нанимали поденных, сезонных и даже постоянных рабочих, выходцев из деревни - каменщиков, землекопов, плотников, дворников, половых и прочих на чернорабочие должности. Многие "хитрованцы" все равно оставались безработными, только нищенством добывая на хлеб и пятак на ночлежку, и оседали здесь, в специально выстроенных ночлежных домах.
Отсюда Горький черпал материал для пьесы "На дне", и еще в 1901 году К.С. Станиславский вместе с художниками и декораторами Московского Художественного театра приезжали на Хитровку, готовя постановку этой пьесы. Станиславский вспоминал потом: "Явилась натура, с которой можно лепить живой материал для творчества образов". И поэтому после уничтожения Хитровки в память о знаменитом шедевре Горького местному переулку и площади присвоили имя писателя.
Однако в дореволюционной краеведческой литературе старинная Трехсвятительская церковь чаще упоминается как "Трех Святителей, на Кулишках". Теперь московскому слуху более привычно это название для Всехсвятской церкви на Славянской площади, но известно, что в древности местность "Кулишки" имела большие границы и простиралась выше - к Ивановской горке и далее.
Есть предание, что когда-то здесь было болото, где водились кулики - птицы, обитающие в болотистой местности. А по одной из многочисленных версий "кулишками" в старину вообще именовали заболоченные участки земли.
Или же эта территория получила свое имя во времена Дмитрия Донского, который прошел здесь со своим войском на Куликово поле, и тем же путем вернулся в Кремль с победой, повелев заложить тут Всехсвятскую церковь.
В действительности, говорят современные ученые, кулишками назывались в древности расчищенные поляны среди леса, который густо покрывал эту территорию, и теперь правильнее произносить "кулижки".
Достоверно известна эта местность с XIV века столетия. Тогда и появилась здесь, на Кулишках, первая деревянная церковь, будущая Трехсвятительская: предполагают, что она существовала с 1367 года, а известна в документах с 1406 года.
Однако изначально эта церковь была освящена во имя свв. Флора и Лавра, поскольку была выстроена близ находившихся здесь царских конюшен, а эти святые почитались покровителями лошадей и домашних животных.
Есть даже версия, что именно по этой Фроловской церкви на Кулишках, а не по одноименному храму на Мясницкой первоначально были названы Фроловскими главные ворота Кремля (см. публикацию от 31 августа прошлого года).
И еще рядом с этой церковью стоял один из загородных домов митрополита, упраздненный только в 1656 году. Потом церковь была переосвящена - ее главный престол освятили во имя Живоначальной Троицы, один из приделов - во имя свв. Флора и Лавра, а другой во имя Трех Святителей Вселенских. И с 1699 года по этому приделу вся церковь стала называться Трехсвятительской.
Ныне же существующее здание церкви было выстроено в 1674 году. Следует отметить, что эта церковь была выстроена тогда на "пограничной" территории рядом с соседней Хохловкой - местностью, которую заселяли выходцы из Украины, Малороссии, что запечатлелось в названии и самой Хохловки и улицы Маросейки.
Особенно активно это заселение происходило после 1654 года, когда Украина вошла в состав России. Здесь же, поблизости, в Колпачном переулке стояли палаты самого гетмана Мазепы. И своеобразным центром Хохловки была Троицкая церковь, выстроенная в стиле московского барокко. А в приходе Трехсвятительской церкви стояли дворы московских служивых людей и "разных чинов".
Так, сохранились до наших дней палаты XVII века, принадлежавшие думному дьяку и известному дипломату Украинцеву. Именно он в 1699 году был отправлен Петром I на русском корабле в Константинополь для заключения мира с турками, чтобы высвободить силы России для надвигавшейся Северной войны.
Только через год был подписан Андрусовский договор о мире, и царь Петр, получив известие о нем 18 августа 1700 года, на следующий же день объявил Швеции войну.
И богатый дом Украинцева не ушел из ведения казны. После него в этих палатах разместился Архив иностранных дел.
Другой, не совсем обычный прихожанин церкви в первой половине XIX века приложил немало усердия для обновления и благолепного украшения старинного Трехсвятительского храма. Это был московский обер-полицмейстер А.С. Шульгин, чья резиденция в то время находилась по соседству в Мясницкой части, пока ее не перевели в Столешников переулок. А потом для начальника московской полиции купили знаменитый дом Кологривова на Тверском бульваре, где на балу Пушкин впервые встретился с юной красавицей Гончаровой. Он стоял на том месте, где сейчас новое здание МХАТа.
И еще во флигеле дома N5 по Малому Трехсвятительскому переулку в детские годы жил поэт Тютчев. А в небольшом флигеле дома N1 в Большом Трехсвятительском в 1892-1900 годах размещалась мастерская художника Исаака Левитана, где у него в гостях бывали Шаляпин и Нестеров, и где Серов написал его известный портрет.
Однако сами хозяева дома, Морозовы, наверно, самые знаменитые здесь жильцы, чьи имена попали на страницы школьных учебников истории, не были прихожанами ни Трехсвятительской, ни Троицкой, ни какой-либо другой из местных церквей. В их домашней молельне служили приглашенные Рогожские священники, так как владельцы великолепного особняка на возвышенности со сквером были старообрядцами.
И, тем не менее, хозяйка этого дома, женщина с крутым и властным характером, финансировала строительство Марфо-Мариинской общины сестер милосердия, а ее младший сын Сергей создал в Москве Кустарный музей, и ныне работающий в Леонтьевском переулке. Считается, что так семья Морозовых заглаживала свои грехи и восстанавливала репутацию благотворителей после знаменитой Морозовской стачки в январе 1885 года, когда рабочие Никольской фабрики в Орехово-Зуево бастовали против морозовской системы жесточайших штрафов.
Хозяйка дома, Мария Федоровна, в девичестве Симонова, была женой владельца этой фабрики Тимофея Саввовича Морозова, сына основателя знаменитой династии промышленников и меценатов. Отличаясь непомерной скупостью и жестокостью, он сумел в 10 раз увеличить отцовский капитал, однако, испуганный невиданной стачкой, решил продать фабрику и положить деньги в банк.
Жена уговорила сделать по-другому: создать паевое товарищество из родственников, а его директором назначить старшего сына - Савву Тимофеевича Морозова. Того самого, о котором до сих пор пишут сенсационные исторические исследования. В ту пору ему было всего 27 лет, и он недавно закончил Московский университет. Прогрессивный, умный, широких взглядов, хорошо обеспеченный, он начинал такую карьеру, что родителям можно было не волноваться и за его будущее, и за судьбу фамильного дела.
Однако он не оправдал семейных ожиданий, взявшись за дело совсем "не с той стороны" - отменил систему штрафов, стал строить спальни для рабочих, учредил стипендии для учащихся. Старик отец косо смотрел на его дорогостоящие нововведения, а в ласковую минуту гладил по голове: "Эх, Саввушка, сломишь ты себе шею!", будто пророча ему судьбу.
А далее последовали вклады на создание в Москве Художественного театра Станиславского и Немировича-Данченко и тяжелый конфликт с ними, несчастная любовь к актрисе Андреевой, которая познакомила его с окружением Ленина. Тогда Савва Морозов стал финансировать издание "Искры", как считал Марк Алданов, из-за разочарования в людях своего круга.
В семье его прозвали "бизоном" за крутой нрав и недолюбливали. А когда в начале 1905 года рабочие Морозовской фабрики устроили новую стачку, требуя повышения зарплаты и 8-часового рабочего дня, Савва Морозов приехал именно сюда, в Трехсвятительский, просить мать передать ему право единоличного управления фабрикой. В ответ мать пригрозила учредить над ним опеку как над душевнобольным и перевела все дела фабрики на себя, став управлять ею из дома в Трехсвятительском.
И уже 15 апреля того же года мать собрала врачебный консилиум, который вынес приговор Савве Морозову - в виду "тяжелого нервного расстройства" отправить его на насильственное лечение в Канны в сопровождении нелюбимой им жены, Зинаиды Григорьевны и личного врача. Спустя 28 дней в номере Каннской гостиницы Савва Морозов застрелился и был похоронен в Москве на Рогожском кладбище.
А дом его матери в Трехсвятительском еще один раз вошел в историю. В июле 1918 года в бывшем особняке Морозовых разместился штаб восстания левых эсеров.
Трехсвятительская церковь была закрыта в 1927 году, но, к счастью, не сломана. Долгое время ее занимали учреждения, были сделаны незначительные перестройки, но в основном старинное здание сохранилось.
Еще одна Трехсвятительская церковь, разрушенная большевиками, находилась на Садово-Спасской улице у Красных ворот в Старых Огородниках, близ дворцовой Огородной слободы, где во множестве стояли дворы царских огородников и сами огороды. Там когда-то Алексей Михайлович поставил церковь св. Харитония - по дню своего венчания на царство. Слобода быстро разрасталась, и в первой половине XVII века в ней насчитывалось уже 212 дворов.
Деревянная Трехсвятительская церковь была известна там уже с 1635 года, ранее Харитоньевской. Каменную, с приделом во имя св. Иоанна Богослова построили в 1699 году на средства подьячего Большого казенного приказа Ивана Венюкова, а в середине XVIII столетия появилась и новая красивая колокольня. В те годы эта местность уже становилась парадной, так как при государе Петре I царская дорога переместилась с Покровки на Мясницкую, которая стала вести в Немецкую слободу.
И при Петре I в честь побед, одержанных в Северной войне, здесь, рядом с церковью, впервые в Москве были поставлены триумфальные ворота - так поначалу назывались красивые деревянные арки.
В 1724 году к коронации Екатерины I их парадно отстроили заново, но они сгорели в Троицкий пожар 1737 года - в том самом, в котором погиб кремлевский Царь-колокол. И тогда московские купцы решили преподнести подарок на коронацию новой императрице Елизавете Петровне и в 1742 году на свои средства выстроили новые красивые Триумфальные ворота - для почетного торжественного въезда государыни в Кремль.
Однако и они сгорели, но указом императрицы были вновь выстроены в 1757 году архитектором Д.Ухтомским. И с середины XVIII века эти ворота стали именоваться Красными - вопреки московской традиции, не только потому, что были красивыми, но и потому, что вели в подмосковное Красное село.
Так, после их построения Трехсвятительская церковь стала называться "у Красных ворот".
Интересно, что на ее главе был венец, наподобие такого же, как был на Воскресенской церкви в Барашах на Покровке (см. публикацию от 26 сентября прошлого года). Именно с этой Трехсвятительской церковью дореволюционные исследователи иногда связывали легенду о чудесно несостоявшемся браке брата и сестры, неведавших о своем родстве, когда венец невидимой силой сорвался и поднялся на церковный крест, - хотя традиционно эту легенду относят к Воскресенской церкви в Барашах.
Может быть, это произошло потому, что обе церкви оказались причастными к императрице Елизавете Петровне, которая, видимо, любила ставить такие венцы на церковных главах в память о каком-либо событии из своей жизни.
В Воскресенском храме она служила молебен (или просто проезжала мимо) после свадьбы с графом Разумовским в Перово. А мимо Трехсвятительской церкви, через подаренные Красные ворота направлялась на коронацию в Кремль и возможно, что в память о том повелела установить на церковной главке красивый венец - как потом и на Воскресенской.
11 октября 1814 года в церкви Трех Святителей был крещен новорожденный Михаил Лермонтов, родившийся за восемь дней до того в соседнем доме напротив, принадлежавшем генерал-майору Федору Толю, который снимала его семья. Из-за конфликта между отцом, капитаном Юрием Лермонтовым и бабушкой младенец почти сразу же был увезен ею в село Тарханы Пензенской губернии, откуда он вернулся уже в пятилетнем возрасте.
На том месте сейчас стоит "высотка" (Садово-Спасская, 21) построенная знаменитым архитектором А. Душкиным, автором лучших станций Московского метро "Кропоткинская", "Комсомольская" и "Маяковская". В этой высотке он и сам получил квартиру. Однако дом Лермонтова был снесен под это строительство, только в сквере в 1965 году памяти поэта установили его скульптуру, и еще местную станцию метро назвали его именем - "Лермонтовская".
Еще в Трехсвятительской церкви в конце июня 1882 года отпевали скончавшегося в Москве в номере гостиницы "Дюссо" в Театральном проезде, "белого генерала" М.Д. Скобелева. Герою Плевны и Шипки не было и 39 лет. Его скоропостижная и загадочная смерть вызвала много слухов и толков, и проститься с ним в церковь пришло множество народа. Оттуда по железной дороге гроб с его телом был отправлен в родовое имение Скобелева - Спасское в Рязанской губернии. И в память о генерале и его отпевании в Трехсвятительском храме прихожане поставили в нем большую икону Архистратига Михаила на паперти в киоте.
А в 1927 году в этот храм ненадолго перенесли чудотворную икону из Богоявленской часовни Китай-города. Сам он был в то время захвачен обновленцами. А уже 11 июля 1927 года вышло решение властей снести Трехсвятительскую церковь для "улучшения" автомобильного движения. В тех же целях месяцем раньше стали разбирать Красные ворота для создания единой магистрали Садового кольца, - как и Сухарева башня, они мешали сквозному потоку машин.
Известно, что церковь от слома защищал Барановский как "ценный памятник архитектуры", но все было бесполезно. Даже память о Лермонтове не спасла ни храм, ни дом. В представлении газетных писак, пропагандировавших их снос, эти памятники "стояли даром".
Церковь была снесена в мае 1928 года. Резной барочный иконостас 1705 года работы царских мастеров передали в храм св. Иоанна Воина на Якиманке. На ее месте разбили всего лишь маленький сквер, рядом с павильоном станции "Красные ворота", построенном в 1934-1935 г.г. архитектором И.А.Фоминым.



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме