Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Русские судьбы

А.  Грубе, Московский журнал

01.01.2001


В 2000 году уже в третий раз состоялся крестный ход из Борисо-Глебского на Устье мужского монастыря, где в XVI веке подвизался Иринарх затворник, к источнику преподобного у села Кондаково. Он проходил под сенью большой иконы преподобного Иринарха. Написал …

В 1998 году по благословению Высокопреосвященнейшего Михея, архиепископа Ярославского и Ростовского, была возобновлена традиция пеших крестных ходов из Борисо-Глебского на Устье мужского монастыря, где в XVI веке подвизался Иринарх затворник, к источнику преподобного у села Кондаково, в 20 верстах от обители. Эти крестные ходы стали событием всероссийского значения: если в первом - 1998 года - участвовало около 150 человек, то летом 2000 года по дорогам Ярославщины более суток текла настоящая людская река. 
Крестный ход 1999 года был ознаменован обретением честных вериг преподобного Иринарха - каждый идущий мог возложить их на себя. Крестный ход 2000 года впервые проходил под сенью большой иконы Иринарха затворника, которую свыше сорока километров с молитвой несли через овраги и косогоры, лесами и полями, при солнце и луне впереди далеко растянувшегося шествия. К ней прикладывались сотни людей - и многим из них подавалась помощь, о чем есть свидетельства.
Написала икону Елена Драшусова - как позже оказалось, правнучка генерала от инфантерии Дмитрия Григорьевича Щербачева (1857-1932), некоторые потомки которого, в том числе и Елена, проживают в Брюсселе.

...Генерал Щербачев - один из крупнейших военачальников дореволюционной России, дипломат, пользовавшийся особым расположением румынского короля Фердинанда II. Его внучка, Марина Владимировна Драшусова, стала в конце Великой Отечественной войны военным переводчиком и в составе первой французской миссии на Потсдамской конференции встречалась с маршалом Жуковым. Наконец, его правнучка Елена несколько лет назад приехала в Троице-Сергиеву лавру учиться иконописи...
Листаем Большой энциклопедический словарь, издание 2-е, переработанное и дополненное (М., 1998), - Д.Г.Щербачева там нет. Нет его и в многотомном Русском биографическом словаре (СПб., 1896-1913). Существует, правда, довольно обстоятельная книга: Э.Г. фон Валь. "К истории белого движения. Деятельность генерал-адъютанта Щербачева" (Таллинн, 1935), однако в России она практически неизвестна. Лишь недавно в Москве вышел "Биографический справочник высших чинов Добровольческой армии и Вооруженных Сил Юга России. Материалы к истории Белого движения" Н.Рутыча ("Российский архив". 1997), где имеется краткий очерк основных событий жизни и деятельности Д.Г.Щербачева. 
Мы далеки от того, чтобы определять величие человеческой судьбы по принадлежности к "красным" или "белым". И о генерале Щербачеве узнали не из случайно подвернувшейся книги или публикации, а пройдя 20 верст крестным ходом с иконой преподобного Иринарха затворника. Так что здесь случайности быть не могло. Скоро мы встретились с Еленой и ее матерью Мариной Владимировной в редакции. Публикуемый сегодня материал основывается на воспоминаниях матери и дочери, любезно предоставивших нам фотографии из семейного архива, а также на упомянутых выше изданиях. Сведения о генерале Щербачеве приводятся в основном по "Биографическому справочнику" Н.Рутыча, общей ссылкой на который мы здесь и ограничимся, чтобы не оговаривать каждую цитацию или близкий к тексту пересказ.
"Кто видел Щербачева как скромного, мягкого, уступчивого члена семьи, не мог узнать его в роли военачальника. Его прямолинейность и твердость не вязались с его исключительными дипломатическими способностями. Его лицо с резко очерченными чертами отличалось подвижностью. Взгляд был у него пронзительный и придавал его лицу орлиное выражение. Подчиненные его любили, даже обожали, знакомые его уважали. Он был в высшей степени набожен. Сын его Александр Дмитриевич пишет: "Не я один, но многие, случайно слышавшие, как он молится каждое утро и каждый вечер, были потрясены его молитвой... Его фразу, вернее, молитву: "Боже, спаси Россию!" - я слышу как сейчас. Надо было слышать, с какою любовью и просьбой он ее произносил" (Э.Г. фон Валь.). 
Генерал от инфантерии Дмитрий Григорьевич Щербачев окончил Орловскую военную гимназию, 3-е военное Александровское и Михайловское артиллерийское училища и Николаевскую академию Генерального штаба (1884). Служил по Генеральному штабу в Санкт-Петербургском военном округе - старшим адъютантом штаба 2-й Гвардейской пехотной дивизии. С 1890 по 1898 год - старший адъютант штаба войск гвардии и Санкт-Петербургского военного округа. Полковник (1894). С 1898 года - начальник штаба 2-й Гвардейской пехотной дивизии. С 1901 года - командир 145-го Новочеркасского полка. Генерал-майор (1903), командир Лейб-гвардии Павловского полка. Когда полк Щербачева подавил беспорядки в Кронштадте и бунт в Саперном батальоне (Марина Владимировна Драшусова рассказывает: "Начали бунтовать. Никто не знал, что делать, пока дедушка не пришел и не сказал: "Смирно!" И все было кончено"), получил назначение в свиту Его Величества. С июня 1906 года - командир 1-й Финляндской стрелковой бригады, с января 1907-го - начальник Императорской Николаевской академии Генерального штаба. Генерал-лейтенант (1908). В конце 1912 года назначен командиром 9-го армейского корпуса, во главе которого его застала первая мировая война: корпус вошел в состав 3-й армии Юго-Западного фронта. После побед на Золотой и Гнилой Липе генерал Щербачев, проявив инициативу, овладел Львовом, за что был награжден орденом Св. Георгия IV степени. Осенью 1914 года руководил блокадой Перемышля, а в апреле 1915 года был назначен командующим 11-й армией на Карпатах. Во время отступления русских войск (наш фронт прорвала армия фельдмаршала А.Макензена) генерал Д.Г.Щербачев смог отвести свою армию к Днестру и нанести контрудар Южной германской армии. За эту операцию он удостоился ордена Св. Георгия III степени, присвоения звания генерала от инфантерии (октябрь 1915), назначения генерал-адъютантом и командующим 7-й армией Юго-Западного фронта, одержавшей под его началом ряд побед на реке Стрыпе во время Брусиловского прорыва летом-осенью 1916 года.
В апреле 1917 года генерал Щербачев становится помощником Главнокомандующего Румынским фронтом, причем номинальный Главнокомандующий - румынский король Фердинанд II - предоставил ему не-ограниченные полномочия, что немедленно сказалось на ходе кампании: в июле русско-румынские войска нанесли противнику серьезное поражение под Марешештами, однако развить успех не удалось из-за телеграммы Керенского, потребовавшего остановить наступление в связи с прорывом немцев у Тарнополя. В июле-августе русско-румынские войска отбили под Марешештами наступление 11-й армии фельдмаршала Макензена, тем самым вынудив его отказаться от дальнейших активных действий.
Имя Дмитрия Григорьевича Щербачева, организовавшего достойный отпор А.Макензену, становится в Румынии чрезвычайно популярным: под его руководством румынские войска почувствовали наконец вкус победы. 
После Октября 17-го генерал Щербачев бескомпромис- сно боролся с революционным разложением в армии, благодаря чему войска на Румынском фронте дольше других сохраняли боеспособность. Марина Владимировна вспоминает: "Он был монархистом по убеждениям, адъютантом двух государей - сначала Александра III, потом Николая II. Он был единственным, носившим разные погоны: один - золотой с вензелем "А III", другой - серебряный с вензелем "Н II". И он был единственным военачальником царской армии, у которого ни один офицер и ни один солдат не сняли погон и остались верными своему Государю". 
В это время вполне проявились и его дипломатические таланты. Находясь в дружеских отношениях с командующим румынской армией генералом Презаном и с Главным французским советником при румынской армии генералом Бертело, Д.Г.Щербачев умело сглаживал противоречия между дипломатическими и военными представителями союзников в Румынии. 
После Брест-Литовского договора Румынский фронт оказался полностью блокирован австро-германскими войсками. Генералу Щербачеву пришлось заключить перемирие с фельдмаршалом Макензеном - на весьма почетных условиях для Румынии, сохранившей в результате свою армию. Подписание этого перемирия всегда рассматривалось в Румынии как большая заслуга Д.Г.Щербачева. 
18 апреля 1918 года Д.Г.Щербачев сообщил союзным миссиям, что отказывается от должности фактического командующего Румынским фронтом, и уехал в предоставленное ему Фердинандом II имение - замок Гдынцы. Оттуда он ведет переписку с командующими добровольческих армий, выезжает в Бухарест на встречу с генералом Бертело - теперь Главнокомандующим союзными войсками, вошедшими в румынскую столицу. Генерал Бертело вручил ему Большой крест Почетного легиона и обещал высадить в черноморских портах двенадцать союзных армий.
Однако уже в декабре 1918 года Франция этот план дезавуировала. Французы начали эвакуироваться из Севастополя и Одессы. Д.Г.Щербачев отправился в Париж, по пути посетив Екатеринодар, где был назначен военным представителем русских армий при союзных правительствах и союзном Верховном Главнокомандовании. В Париже он организовал Управление по снабжению белых армий.
Неудачи белых армий, раздоры между их руководителями больно ранили Д.Г.Щербачева. В конце концов он покинул свой пост и уже в качестве частного лица поселился в Ницце. "Благодарная Румыния обеспечила его от личной материальной нужды" (Э.Г. фон Валь). В Ницце он и умер 18 января 1932 года и был похоронен на тамошнем русском кладбище. До самой смерти он больше не пытался сколько-нибудь активно участвовать во всякого рода белоэмигрантских политических движениях и акциях. 
Осмелимся высказать предположение, отсутствующее у Э.Г. фон Валя и у Н.Рутыча (что и понятно, учитывая апологетичность их сочинений по отношению к "белым"): убежденный державник-монархист Дмитрий Григорьевич Щербачев под конец жизни выпал из белого движения именно в силу того, что в значительной своей части оно не было ни державным, ни монархическим. Недаром, по воспоминаниям внучки Марины Владимировны Драшусовой, он, в отличие от многих белоэмигрантов, предчувствуя все ужасы фашизма, "очень сильно переживал за Россию, говоря: лучше Советы, чем немецкое порабощение"...
У генерала Щербачева было четверо детей. Потомки старшей дочери Екатерины живут сейчас в Аргентине. Сын Александр Дмитриевич, выпускник Пажеского корпуса (последний выпуск), был арестован в Праге, где находилась и его младшая сестра Мария, в 1945 году и умер в Воркуте в 1958 году. Дочь София Дмитриевна еще на родине вышла замуж за прибалтийского барона Эрнеста Вольдемара фон Валя. Когда Д.Г.Щербачев уехал в Париж, тот еще некоторое время находился в России, будучи связным у белых. В 1919 году его схватили в Одессе и содержали в трюме крейсера вместе с другими арестованными. София Дмитриевна, бывшая сестрой милосердия и женщиной решительной, надела косынку с крестом, взяла санитарную сумку, в которой спрятала штатскую одежду, и пошла на крейсер. Охране она сказала, что направлена за тяжелораненым. Матросы "сестрицу" пропустили. В трюме она отыскала мужа, переодела его в гражданское платье, изобразила на ноге "перевязку". Он смог вымолвить только: "Ты с ума сошла!" Она ответила: "Умирай или иди!" - и вывела его на волю. 
Эрнест фон Валь хотел остаться в России, но София вновь проявила характер и настояла на отъезде за границу. В то время она была уже беременна. С трудом пробились на один из пароходов, направлявшихся в Константинополь. Но там их не приняли, опасаясь заразы из "тифозной России". В другом греческом порту заставили пройти карантин, где после дезинфекции все платье пришло в совершенную негодность, так что Софии оказалось нечем прикрыть наготу. Тогда муж отправился на базар, надеясь раздобыть что-нибудь из одежды. Единственное, что он смог приобрести, - два мешка из-под картошки. Их распороли, сшили из дерюги подобие савана - и уже в таком виде София Дмитриевна прибыла в Марсель, откуда дали знать в Париж Д.Г.Щербачеву. Через полтора месяца в Париже родилась Марина. 
Всю вторую мировую войну Марина Владимировна с бабушкой и мамой прожила в Ницце. Окончила университет, два года преподавала немецкий язык, а в конце войны поехала в Париж, чтобы, как она говорит, "записаться в какую-нибудь военную организацию против немцев". Ей удалось устроиться переводчицей на флот. С первой французской миссией в 1945 году Марина улетела в только что освобожденный Берлин. Участвуя в качестве переводчицы в работе Потсдамской конференции, она встречалась с маршалом Жуковым и в связи с этим поведала довольно курьезный случай.
"Мы очень дружили с советскими - они были такие симпатичные. Однажды нас пригласили на прием в советской миссии по случаю 7 ноября. Мы по очереди подходили к Жукову, стоявшему в окружении своих генералов, и обменивались с ним и его супругой рукопожатиями. Подхожу наконец и я, жму руку маршалу, потом госпоже Жуковой, которая вдруг, обращаясь к мужу, негромко говорит: "Господи, как же все они мне осточертели!" Это было ужасно смешно. Конечно, откуда она могла знать, что я русская, я же во французской форме! Впрочем, я ее отлично понимаю: столько протокольных рукопожатий кого угодно вымотают..."
Из Германии Марина поехала в Брюссель - провести Рождество у старинных знакомых матери. Туда же прибыл в отпуск из Конго (тогда - бельгийская колония) молодой агроном Владимир Драшусов. Его звучащая на русский лад фамилия объяснялась просто: в конце XVII века из Франции выехал некий Сушард. Поскитавшись по Европе, он оказался в России, где пустил корни (один из Сушардов был профессором, у которого учился Ф.М.Достоевский). Со временем семейство сменило фамилию: по преданию, Николай I предложил им ее просто "перевернуть" - так Сушарды стали Драшусовыми.
Скоро Владимир и Марина поженились и улетели в Конго. Там у них родились дочь Наталья и сын Михаил. Спустя некоторое время Марина выехала в Брюссель по семейным обстоятельствам. По чистой случайности покинул Конго и Владимир. Вернуться назад они уже не смогли ввиду грянувшей революции в этой африканской стране. 
В Брюсселе у Драшусовых родилась дочь Елена. 
Чудные, одному Богу ведомые русские судьбы, своей неизъяснимостью тем ярче свидетельствующие о Промысле, их направляющем! Придет время, и правнучка генерала Щербачева поедет в далекую Россию и напишет икону одного из самых чтимых святых, в земле российской просиявших, который подвизался на Ярославской земле. Кстати, бабушка Елены по отцу родилась в Ярославле...


Нравится


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Наверх

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме

Убрать X
Нравится