Мироздание как вызов

Положение человека по отношению к миру не меняется. И в прошлом, и в настоящем оно одинаковое

02.10.2019 553

 

Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это

новое"; но это было уже в веках, бывших прежде нас.

Еккл 1:10

 

Мироздание предстоит человеку, и в этом отношении оно перестаёт быть просто вместилищем бытия или средой обитания, каковыми является для неживой природы и всевозможных проявлений жизни, сознанием не обладающих. Для человека, - существа, наделённого сознанием и способного мыслить, т.е. познавать мир умозрительно, с помощью инструментария ума, - мироздание ощущается словом, адресованным лично ему. Факт бытия мира слишком значителен, чтобы оставить его без внимания. Этот факт постоянно щекочет наш разум, побуждая к интеллектуальной работе. Мы слышим неизбывный шёпот, которым задаётся самый главный вопрос: что такое ты, человек? И нам нужно найти какой-нибудь подходящий ответ, чтобы, опираясь на него, идти дальше, строить свою жизнь тем или иным образом, а не стоять на краю пропасти безумия, в которую несложно упасть, оставшись без смысла существования.

 

Океан, состоящий из капель, велик.

Из песчинок слагается материк.

Твой приход и уход - не имеют значенья,

Просто муха в окно залетела на миг...

 

Так выразил своё ощущение мира персидский поэт Омар Хайям (1048-1123). Впрочем, это мы титулуем его прежде всего поэтом, а для своих современников он был учёным - математиком и астрономом. Он смотрел в небо и приходил к выводам, которым порою придавал стихотворную форму. Величие мира оказалось для него неподъёмной ношей; он попытался справиться с ней силой одного разума и, не чувствуя рядом с собой Бога, надорвался. Поэтому единственное, что Омар Хайям может посоветовать самому себе, - это наслаждаться жизнью, пока она ещё не закончилась. Вино и любовные утехи он противопоставляет страху неизбежной смерти.

 

Так как истина вечно уходит из рук -

Не пытайся понять непонятное, друг,

Чашу в руки бери, оставайся невеждой,

Нету смысла, поверь, в изученье наук!

 

В небо смотрели не только на Востоке, но и на Западе. Иммануил Кант (1724-1804) вполне ощущал этот беззвучный, но требовательный вопрос со стороны мироздания. Стоит привести цитату из его "Критики практического разума" (1788), содержащую известные слова, в развернутом виде, не сводя их к затасканному афоризму. Это самая настоящая поэзия от философии.

 

"Две вещи наполняют душу всегда новым и все более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее размышляю о них, - это звездное небо надо мной и моральный закон во мне. И то и другое мне нет надобности искать и только предполагать как нечто окутанное мраком или лежащее за пределами моего кругозора; я вижу их перед собой и непосредственно связываю их с сознанием своего существования. Первое начинается с того места, которое я занимаю во внешнем чувственно воспринимаемом мире, и в необозримую даль расширяет связь, в которой я нахожусь, с мирами над мирами и системами систем, в безграничном времени их периодического движения, их начала и продолжительности. Второй начинается с моей невидимой самости, с моей личности, и представляет меня в мире, который поистине бесконечен, но который ощущается только рассудком и с которым (а через него и со всеми видимыми мирами) я познаю себя не только в случайной связи, как там, а во всеобщей и необходимой связи. Первый взгляд на бесчисленное множество миров как бы уничтожает мое значение как животной твари, которая снова должна отдать планете (только точке во вселенной) ту материю, из которой она возникла, после того как эта материя короткое время неизвестно каким образом была наделена жизненной силой. Второй, напротив, бесконечно возвышает мою ценность как интеллигенции через мою личность, в которой моральный закон открывает мне жизнь, независимую от животной природы и даже от всего чувственно воспринимаемого мира, по крайней мере поскольку это можно видеть из целесообразности назначения моего существования через этот закон, которое не ограничено условиями и границами этой жизни, но идет в бесконечное."

 

Очевидно, что Кант так же подавлен величием мироздания, как и Хайям, но, видя в человеке этическое начало, философ распознаёт в нём загадку, равновеликую миру. Чаши весов выравниваются. Человек вырывается из-под гнёта космических величин - он получает право думать о своём особом назначении. Будучи в масштабах космоса не более, чем материальной точкой, человек -вовсе не песчинка; он находится на острие цели бытия, а не выполняет функцию декорации.

 

Это настроение - не есть достижение европейской мысли Нового времени, оно прослеживается далеко вглубь веков. Псалмопевец царь Давид восклицал:

 

"Когда увижу небеса - дела перстов Твоих, луну и звёзды, которые Ты утвердил, то что - человек, что Ты помнишь его, или сын человеческий, что посещаешь его? Чем-то малым Ты умалил его пред Ангелами, славою и честью увенчал его, и поставил его над делами рук Твоих, всё покорил под ноги его: овец и всех волов, а ещё и скот на полях, птиц небесных и рыб морских, всё проходящее стезями морскими." (Пс. 8:3-8)

 

В России величием звёздного неба восхищался современник Канта Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765). До сих пор популярны его строки:

 

Открылась бездна звезд полна;

Звездам числа нет, бездне дна.

 

Обычно цитирование этим двустишием и заканчивается. Между тем оно - часть довольно объемного произведения, которое называется "Вечернее размышление о Божием величестве при случае великого северного сияния" (1743). Сразу после наиболее известных двух строк следует строфа, в которой явственно звучит интонация подавленности масштабом Вселенной, господствующая у Хайяма и читающаяся у Канта.

 

Песчинка как в морских волнах,

Как мала искра в вечном льде,

Как в сильном вихре тонкой прах,

В свирепом как перо огне,

Так я, в сей бездне углублен,

Теряюсь, мысльми утомлен!

 

Далее Ломоносов обращается к сонму мыслителей, мудрецам века сего, от которых требует ответа:

 

О вы, которых быстрый зрак

Пронзает в книгу вечных прав,

Которым малый вещи знак

Являет естества устав,

Вам путь известен всех планет;

Скажите, что нас так мятет?

 

Поводом для написания оды стало северное сияние, природа которого в то время ещё была неизвестной. Именно это незнание используется Ломоносовым, чтобы показать ограниченность человеческого познания. Сегодня северное сияние не является загадкой, однако принципиально ситуация не поменялась. Научная картина мира по-прежнему зияет лакунами. Поэтому финальный упрёк Ломоносова тем, кто считает, что мироздание может подчиниться рациональной способности человека, остаётся актуальным:

 

Сомнений полон ваш ответ

О том, что окрест ближних мест.

Скажите ж, коль пространен свет?

И что малейших дале звезд?

Несведом тварей вам конец?

Скажите ж, коль велик Творец?

 

Для Ломоносова очевидно, что мир не может быть познан до конца. Вопросы, которые он задаёт в последней строфе оды, - риторические. Предполагается, что наука должна здесь признать своё бессилие. Отсюда следует вывод о величии Бога, Который создал мир, несравнимо превосходящий любые возможности человека, в том числе и познавательные.

 

Впрочем, многие учёные с Ломоносовым не согласятся. Сложность мира они интерпретируют как естественную, а, значит, ничего в нём принципиально непознаваемого нет. Бог же в этом мировоззрении оказывается избыточной категорией. У всех на слуху высказывание Лапласа (1749-1827), французского математика и астронома: "Я в этой гипотезе (Бога) не нуждаюсь".

 

О ситуации, породившей эту фразу, рассказывают немного по-разному. Вот как её изложил шотландский математик Огастес де Морган в журнале «The Athenaeum» (1864, цит.  по книге К.В. Душенко "История знаменитых цитат"):

 

"Наполеон спросил:

 

- Господин Лаплас, я слышал, что вы написали большую книгу о системе мироздания и ни разу не упомянули о ее Творце.

 

Лаплас ответил:

 

- В этой гипотезе я не нуждался.

 

Наполеона это весьма позабавило, и он рассказал об этом ответе Лагранжу, знаменитому математику и астроному. Тот воскликнул:

 

- Ах, это прекрасная гипотеза; она очень многое объясняет!"

 

Впрочем, по-видимому, шутка Лапласа не столько повеселила Наполеона, сколько напрягла. Французский император от позиции своего учёного, которого весьма уважал, в данном вопросе был далёк. Английский астроном Уильям Гершель описал в дневнике свой, совместный с Лапласом, визит во дворец Наполеона (запись датирована 1802 годом). Поговорив о величии звёздного неба, Первый консул (Наполеон тогда носил этот титул) восхищённо воскликнул "И кто же создал всё это!", на что Лаплас ответил, что возникновение и поддержание в гармонии небесной механики вполне объяснимо с помощью цепи естественных причин. Как заметил Гершель, Наполеону это объяснение не понравилось.

 

Я думаю, что приведённого материала достаточно для следующего вывода. Мироздание нависает над человеком, побуждая своей громадностью соотнести его с собой и так определить своё место в мире. Для одних мир - Естественное Откровение, с помощью которого, наравне с Писанием, Бог открывает Себя человеку. Для других действие естественных законов на столь обширном пространстве становится поводом для исключения Бога из актуальной картины; место Бога занимает Природа.

 

Всё упирается в веру. У нас как-то принято считать, что сегодня верить сложнее: человечеством накоплен огромный массив естественно-научных данных, подтверждающих способность систем самого разного таксономического уровня существовать, обходясь без прямого божественного вмешательства. Мы много знаем и о малом, и о великом. Учёные моделируют поведение элементарных частиц и развитие объединяющей всё Вселенной. Горизонты раздвинулись в сотни, тысячи и даже миллионы раз, и во всём этом приобретённом знании о мироздании не прибавилось и на пядь места несомненного присутствия Божия.

 

Но на самом деле принципиально ничего не поменялось. Давайте по пунктам.

 

1. Мир страшно большой.

 

Человек, скажем, Средних веков уверенно знал территорию, прилегающую к месту своего обитания. Если это был крестьянин, то известная ему область вряд ли простиралась дальше ближайшего города. О том, что лежит за её пределами, он знал в пересказах. Рассказывалось же разное: по мере того, как рассказчик уводил историю от места, где находились его слушатели, повествование обрастало слухами, потом само превращалось в слух, который постепенно приобретал мифологические черты и, наконец, выходило на край чистой мифологии, очерчивающий область абсолютно неизвестного.

 

Новое время сделало мир меньше, а сегодня мы живём в глобальной системе: современные технологии позволяют заглянуть чуть ли ни в любой уголок планеты в режиме реального времени.

 

Однако параллельно с субъективным уменьшением размеров Земли, человечество обретало всё новые объёмы космоса. Звёзды складывались в галактики, те - в метагалактики, наконец, заговорили о множественных Вселенных. Мы снова имеем страшно большой мир, но стоит помнить, что мы имели его всегда.

 

2. Невозможность достижения границы мира.

 

Современное человечество думает, что оно в общих чертах знает, как устроена Вселенная. Однако следует иметь в виду, что это - знание локального наблюдателя. Мы привязаны к одной точке пространства и, вооруженные телескопами и математикой, пытаемся судить об общих процессах. У нас нет возможности отправиться к интересному космическому объекту и изучить ситуацию там вблизи. Наше знание умозрительно, но это нам не мешает: мы вполне уверены в адекватности нашей картины мира.

 

Так было и прежде. Человек думал, что живёт на диске, а землетрясения объяснял шевелением слонов, поддерживающих этот диск. Модель плоского мира устраивала людей, пока она не противоречила известным им фактам. Если ты не путешествуешь, сложно заметить кривизну мира. И можно уверенно говорить о существовании края, полагая, что никому не хватит жизни, чтобы до него дойти.

 

Во все века человек был вынужден мириться с тем, что способен непосредственно изучить и освоить лишь ничтожную часть известного ему мира.

 

3. Бытие на периферии.

 

Солнце - просто одна из бесчисленных звёзд.  Можно полагать, что существует множество звёздных систем, обладающих планетами земного класса. С точки зрения астрономии, мы лишены уникальности. Наше месторасположение в пространстве тоже не представляет собой ничего особенного. Мы находимся вовсе не в центре мира, и даже не в центре нашей галактики, скорее уж -на её окраине. И как житель предместья может взирать на цветущий огнями центр своего города как некий внешний объект, так и мы, выходя под ночное небо, видим свой космический "город" со стороны. Для того, чтобы понять, что наша планета тоже принадлежит к Млечному Пути, потребовалось длительное развитие науки.

 

По галактическим меркам мы - безнадёжные провинциалы. Но разве провинциализм для христианского сознания - какая-то новинка? Центром поздней античности, без сомнения, был Рим. Иерусалим был региональным и национальным центром. Но Господь родился не в Иерусалиме, а Вифлееме, жил же в Капернауме, за пределами Иудеи, а в Риме за время Своей земной жизни вообще не был ни разу.

 

Если заглянуть в историю ещё глубже, мы увидим, как евреи обретают землю обетованную (обещанную им Богом). Но это - вовсе не один из центров существующих цивилизаций. Израиль оказывается территорией, равноудалённой от Египта и Вавилона, имевших тогда наибольшее политическое и культурное значение, то есть по земным меркам - сугубой периферией.

 

Топологический фактор в христианском мироощущении никогда не имел существенного значения. Христианская святость обреталась в пустынях, в отдалении от жилых мест. Господь Сам подчёркивает это, говоря народу об Иоанне Крестителе: "что смотреть ходили вы в пустыню? трость ли, ветром колеблемую? Что же смотреть ходили вы? человека ли, одетого в мягкие одежды? Носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских. Что же смотреть ходили вы? пророка? Да, говорю вам, и больше пророка. Ибо он тот, о котором написано: «се, Я посылаю Ангела Моего пред лицом Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою». Истинно говорю вам: из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя; но меньший в Царстве Небесном больше его." (Мф 11:7-11). Царские чертоги должны остаться вне фокуса внимания, если тебя влекут истинные ценности. Привычные центр и периферия как бы меняются местами. "Многие же будут первые последними, и последние первыми" (Мф 19:30). Как говорит апостол Павел: "Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее" (1 Кор 1:27-28). Это необходимо, "чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом" (1 Кор 1:29). Иными словами, у человека не должно быть никакого "естественного" основания, чтобы считать себя значимым, иначе он будет уповать на себя или законы естества, а не на Бога. И мы, сегодняшние, обнаруживая, что наша планета находится в глухом углу громадного космоса, сталкиваемся с ещё одним проявлением этого правила.

 

Обширность и сложность мира будят в нашей душе чувства, издавна известные человечеству. Но порой может возникать иллюзия, что мир прост и понятен. Пусть его нельзя досконально обследовать, но этого и не требуется, - достаточно хорошей теории, и всё сущее можно будет разложить по полочкам - как то, что находится рядом, так и то, что пребывает неведомо где. В такие моменты человек чувствует себя властелином мира, пускай пока что потенциальным.

 

Обладание полнотой власти означает, что ты - сам себе господин и выше тебя никого нет. Владыкам не нужен Господь. Вера в способность разума понять и подчинить себе мир перечёркивает веру в Бога.

 

Атмосфера научного оптимизма, сложившаяся в результате стремительного развития наук, получившего имя научно-технической революции, стала благодатной почвой для распространения атеизма. Впервые в истории атеизм стал массовым явлением. И даже больше того: атеизм можно считать одним из базовых факторов, определяющих современное состояние массового сознания. Но этот эффект никак не связан с ростом числа известных человечеству фактов о мире. Факты говорят о том, что мир сложен. Атеистическая интенция питается не фактами, а претензиями комплекса научных теорий на полное объяснение мира, то есть научной гордыней.

 

Сегодня наивная уверенность, что вот-вот будет определена система уравнений, способная описать мир, в значительной степени уже утрачена. В мире оказалось куда больше загадок, чем представлялось учёным, впервые почувствовавшим эвристическую эффективность точных (или - как говорили раньше - положительных) наук. Юношеский задор науки проходит, а зрелость неизбежно приносит скептические интонации.  Мы снова возвращаемся в большой мир, в котором нами освоена и осмыслена только малая область. Зеркало рефлексии говорит, что корона властелина мироздания на голове человека выглядит глупо. И нам остаётся на выбор два настроения: быть подавленными огромностью мира (ощущать себя мухой, залетевшей в окно бытия, как Омар Хайям, или разумной плесенью, подобно Артуру Шопенгауэру*) или, по слову Ломоносова, восхищаться Божиим величеством. Каждый выбирает для себя.

 

 

*Артур Шопенгауэр (1788-1860), немецкий философ, использовал образ плесени, говоря о биосфере Земли, с которой «только впервые и приходит на сцену сознание», в своей поздней работе «Parerga und Paralipomena»

 

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Андрей Карпов:
Население мира стареет
Снижение количества убийств и его причины
08.11.2019
Осуждение властей – это сублимация нашей политической немощи
Почему мы так любим обсуждать и осуждать власти
06.11.2019
Надлежащее место для вымысла
Обогащают ли человека придуманные истории?
30.10.2019
Люди-батарейки
Уровень заряда аккумуляторов на мобильниках становится ключом к восприятию расстояний и оценки других людей
10.10.2019
Все статьи автора