Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Три медных целковых

Николай  Кокухин, Русская народная линия

02.08.2017


Из путевой тетради паломника …

 

 

                                                 I

 

Как-то мне в руки попалась замечательная книга «Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря», написанная архимандритом Серафимом (Чичаговым). С каким упоением, с какой жадностью я ее читал! Ведь история обители связана с именем преподобного Серафима Саровского, которого я очень люблю и почитаю. В моей памяти сохранились такие строки из этой книги:

«Особое внимание отец Серафим уделял Канавке. Он многократно говорил дивеевским сестрам о необходимости начать ее рыть, однако те медлили. И однажды ночью дежурная сестра увидела батюшку, самолично копающего Канавку. С радостью, что их посетил старец, она позвала сестер. Те бросились к отцу Серафиму за благословением и поклонились ему до земли. Поднявшись же с колен, увидели, что отец Серафим исчез. Только вскопанная земля да оставленная лопата с мотыжкой свидетельствовали о его посещении».

О значении Канавки преподобный говорил: «Эту Канавку Сама Царица Небесная Своим пояском измерила. Так что Канавка эта - стопочки Божией Матери! Кто Канавку с молитвой пройдет да полтораста «Богородице Дево...» прочтет, тому всё тут: и Афон, и Иерусалим, и Киев».

С этого момента я решил: во что бы то ни стало побываю в Дивеево и пройду по этой Канавке! Однако осуществить это намерение оказалось не так-то просто. Прошел год, другой, а я все не мог собраться и выехать: жизнь уготовала нам другую «канавку», вернее, «канаву», выбраться из которой весьма затруднительно. Наконец решил: откладывать больше нельзя! Этим летом непременно еду! Вскоре увидел объявление в православной газете: известная паломническая служба приглашала христиан поехать в Дивеево. Это было то, что нужно! Я взял благословение у своего духовного отца и стал усиленно молиться о том, чтобы поездка обязательно состоялась.

На железнодорожный вокзал я приехал один из первых. У платформы уже стоял пассажирский поезд «Москва-Арзамас». Моих попутчиков я видел первый раз, но все они казались мне давнишними знакомыми. Когда мы вошли в вагон, то все мужчины, в том числе и я, пожелали занять самые плохие места - боковые и верхние полки. Представительницы прекрасного пола разместились на нижних местах. Атмосфера между нами установилась самая дружеская и непосредственная.

Ранним утром поезд прибыл в Арзамас. Солнце только что показалось над горизонтом, осветив редкие облака. В городе начиналась будничная жизнь, полная всевозможных забот и суеты, - а мы едем к святыне, и только это дело кажется нам единственно верным и нужным.

От Арзамаса до Дивеево не так уж и далеко, всего два часа на автобусе. Водитель ехал быстро, без остановок, а мне казалось, что мы тащимся еле-еле,  так хотелось побыстрее оказаться у цели.

 

                                                 II

 

Дивеево встретило нас ярким веселым солнцем, пением птиц,  обилием цветов и зелени, - оно полностью оправдывало свое название. Всё нам здесь нравилось - и бирюзовое безоблачное небо, и приветливое выражение лиц местных жителей, и узкие улочки с деревянными домами и ухоженными палисадниками, и сверкающие на солнце купола монастырских храмов - негаснущие свечи нашего поруганного Отечества.

Входим на территорию монастыря. Он напоминает огромный муравейник - туда и сюда снуют монахини в черном облачении, послушницы, строительные рабочие, а также паломники. Не слышно ни громких разговоров, ни криков, ни ругани, так привычных в нашей повседневной мирской жизни. Уже не разумом, а сердцем понимаешь: монастырь - это Небо на земле, а раз так, то всё, что здесь находится, несет отпечаток небесного.

Первые встречи, первые разговоры - очень быстро мы ощутили, что нам здесь рады, что мы тут желанные гости. Матушка игумения, которая встретила нас по-матерински тепло, для каждого паломника нашла какие-то единственно нужные слова.

Преподобный Серафим к любому человеку, который приходил к нему, обращался со словами: «Радость моя!» - в каждом человеке он видел образ Божий. Любовь, которая изливалась из сердца преподобного, так и осталась жить в стенах монастыря.

-А теперь идем в Троицкий собор! - объявил наш гид.

Храм очень высок и светел. Особую торжественность придают ему белоснежные свежевыбеленные стены без росписей. По завещанию преподобного Серафима они оставлены без росписей для того, чтобы собрать здесь чудотворные иконы Божией Матери. А соберутся они, по его слову, в последние времена.

Белизна стен напомнила нам о непорочности Горнего мира.

В центре храма стоит рака с нетленными мощами преподобного Серафима, которая не так давно, три года назад, в течение нескольких месяцев пребывала в Москве, в Богоявленском соборе. Справа от раки - чудотворный образ Божией Матери «Умиление», перед которым, стоя на коленях, отошел ко Господу Саровский чудотворец. К раке протянулась цепочка людей - всем, кто приехал в Дивеево, хочется прежде всего приложиться к великой святыне. Священник в епитрахили и с крестом на груди читал акафист преподобному; многие паломники слушали его, совершая земные поклоны.

Я стоял у самого входа, предвкушая скорую встречу с угодником Божиим. Вдруг я увидел, как от правого придела, где высились строительные леса, идет высокий, слегка согбенный, благообразного вида дедушка. У него были очень живые, выразительные глаза; борода светлая и не очень длинная. На нем были темная рубашка и темный плащ, простые брюки; на босых ногах - просторные башмаки. Он направился к выходу из храма.

Почему-то он вызвал во мне глубокое чувство симпатии, и я стал следить за ним. На мгновение глаза наши встретились, и мне показалось, что мы с ним давно знакомы. Через секунду я снова поймал его взгляд. Ласка и дружелюбие, невыразимые в словах, светились в его лице. Они каким-то образом передались и мне.

Дедушка посмотрел на меня и улыбнулся, я улыбнулся ему в ответ. Он направился ко мне, всем своим видом говоря: ты мне тоже нравишься, и мне хочется поговорить с тобою.

«Знаю, почему он идет ко мне, - подумал я. - За милостыней. Не дам ему ничего».

Мне стало стыдно за эту мыслишку и за свою привычную скупость, и я стал себя оправдывать: надо искать кошелек, а в этом кошельке и так не густо.

«Ладно, - продолжал я размышлять, - посмотрим, как он будет просить, какие слова скажет».

 

                                                 III

 

Чем ближе подходил ко мне дедушка, тем яснее я понимал, что это не обычный нищий. Лицо его не просто светилось добротой и приветливостью, - оно с и я л о. «Наверно, это человек Божий», - подумал я.

Подойдя совсем близко, дедушка пристально и изучающе посмотрел мне в лицо, да так, как будто заглянул в душу. Мне стало не по себе. Сомнений не было: незнакомец видел меня насквозь. Да он и не скрывал этого, как и я, в свою очередь, не скрывал того, что хорошо понимаю происходящее.

Дедушка не строго, а по-доброму спросил, хитровато поддевая меня:

-А сам-то ты брать умеешь? Ты сам можешь принять от меня?

-Могу, - чуть слышно выговорил я и сильно смутился.

Тогда он взял мою руку, раскрыл ладонь и положил в нее один за другим три медных целковых - двуглавыми орлами вверх. Незнакомец пристально наблюдал за мной: не оскорбит ли это меня, не унизит ли - ведь я первый раз в жизни принимал милостыню. Промелькнула мысль: вот и сам ты получил подаяние, да еще от нищего, чтобы не превозноситься впредь.

В жизни я всегда, в любых ситуациях, держусь уверенно, меня трудно выбить из седла. А тут я был сам не свой, даже себя не узнавал. Если сказать еще точнее, то чувствовал себя так, как будто с меня сняли всю одежду. Человек Божий, конечно, понимал это и поэтому стал говорить мне тихие ласковые слова, которые, к большому сожалению, проходили мимо моего сознания. Вдруг он спросил:

-А слушать-то ты умеешь?

-Стараюсь, но не всегда получается, - выдавил я признание.

Видя, что я занят только своими мыслями, озабочен даже сейчас только собою, а потому и отвечаю с неохотою, мой собеседник заговорил поспешно:

-Так ты послушай, послушай меня, что я скажу тебе. Ты можешь выслушать меня? - спросил он и, не дождавшись ответа, продолжал: - Господь избранным Своим (он сделал ударение на слове «избранным») уготовал особые искушения. Не только дары, но и искушения, и беды, и скорби. Ты понимаешь меня? - глядя мне в глаза, спросил он. - И радоваться должно этому, только радоваться!

«Это он говорит о сегодняшней России, - подумал я. - Не о мне же, грешном, я к избранным не отношусь. О матушке-России его слово».

Не дожидаясь ответа (да мне и нечего было сказать ему), дедушка бесшумной, словно воздушной походкой отошел от меня. Он остановился у свечного ящика и стал что-то доставать из котомки, которую я не разглядел и не запомнил.

«Надо что-нибудь подарить ему», - неожиданно для самого себя решил я. - «Но что именно? Может, медальончик?» Я всегда носил с собой дюжину медальончиков Спасителя. - «Вот один медальончик и подарю».

Я подошел к моему новому знакомому и сказал:

-Хочу сделать вам маленький подарочек.

И показал медальончик.

Он посмотрел на меня своими ласковыми лучистыми глазами:

-Это очень дорогой подарок.

-Нет, не очень, - возразил я.

-А ты очень хочешь подарить?

-Да, очень.

-Спаси тебя Господь, - сказал человек Божий, взяв в руки медальончик.

Я вернулся на прежнее место, а когда оглянулся, то дедушки уже не увидел.

 

                                                 IV

 

«Очень хорошее это дело - дарить подарки! - с чувством глубокого умиления подумал я. - У меня осталось еще одиннадцать медальончиков, надо обязательно их кому-нибудь подарить. И не завтра, а непременно сегодня!»

Я подошел к раке с мощами преподобного Серафима и приложился к ней. А потом, подняв голову и взглянув на икону Саровского чудотворца, узнал в нем... дедушку, с которым только что разговаривал.

-Преподобне отче Серафиме! - воскликнул я про себя. - Благодарю тебя за то, что ты не погнушался моей худости! Прости меня за мою невменяемость!

«Но почему я сразу его не узнал? - подумал я. - Мои духовные очи были закрыты, вот и не узнал. Значит, так надо».

Я не стал ходить по храму, чтобы найти моего недавнего собеседника, потому что знал, что все равно его не найду. Я встал на колени и воздал хвалу Богу за то, что Он привел меня в эту обитель и даровал мне не только нечаянную, но и большую духовную радость. Эта радость не покидала меня как во время пребывания в Дивеево, так и после возвращения в Москву.

А вскоре произошло нечто удивительное. Один человек (я видел его первый раз) подошел ко мне и сказал:

-Я знаю: ты работаешь в воскресной церковной школе. Прими от меня на нужды школы посильный дар.

Через некоторое время другой человек вручил еще большую сумму. Потом пришел еще один солидный взнос, а следом за ним - еще. И каждый раз, получая деньги, я вспоминал слова доброго и ласкового дедушки:

-А сам-то ты брать умеешь?

(Очерк написан в соавторстве с рабом Божиим Василием).                                                                

 


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 1

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

1. Varvara : Re: Три медных целковых
2017-08-02 в 14:17

Прекрасно !

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме