Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Народ. Народность. Простой народ

Константин  Аксаков, Русская народная линия

Консервативная классика / 10.04.2017


К 200-летию со дня рождения …

 

 

К 200-летию со дня рождения (29 марта / 11 апреля 1817) выдающегося русского православного мыслителя, филолога, историка, поэта, публициста, драматурга, переводчика, критика, виднейшего представителя «классического славянофильства», Константина Сергеевича Аксакова (1817-1860) (См. о нем: «...А с Константином Сергеичем, я боюсь, мы никогда не сойдемся». Краткий очерк толкований и понимания жизни и наследия К.С. Аксакова. Статья 1-я; «Пора домой!»: «Русским надо быть русскими...». К.С. Аксаков и его наследие. Статья 2) мы помещаем передовые статьи из издававшейся им газеты «Молва» (1857) (по изданию: Учение славянофилов // Русский архив. 1890. №11.- С.371-407).

Публикацию, специально для Русской Народной Линии, подготовил профессор А.Д. Каплин. Название - составителя.

+ + +

 

Москва, 19 апреля

   Народ есть та великая сила, та живая связь людей, без которой и вне которой отдельный человек был бы безполезным эгоистом, а все человечество - безплодною отвлеченностью. Резъединяющий эгоистический элемент личности умеряется высшим началом живого союза народного, другими словами - великодушием общинного элемента. В общинном союзе не уничтожаются личности, но отрекаются лишь от своей исключительности, дабы составить согласное целое, дабы явить желанное сочетание всех. Они звучат в общине не как отдельные голоса, но как хор.

   Община, этот высший нравственный образ человечества, является в несовершенном виде на земле. Христианство освятило и просветило общину, дотоле неясно сознаваемую или предчувствуемую народами. И община стала идеалом недосягаемым, к которому предстоит вечно стремиться. Уже великая заслуга в том, как скоро поставлен такой идеал и к нему стремятся. Невозможность достигнуть полного осуществления общины на этой земле не должна останавливать. Нельзя быть совершенным христианином, но дело человека - вечно стремиться к этому идеалу.

   Начало общины есть по преимуществу начало славянского племени и в особенности русского народа, давшего ему кроме слова »община» (вполне русского, но несколько книжного) иное, жизненное наименование: міръ.

   В народе необходима самодеятельность. Нравственный подвиг народа совершается всем народом. Странно было бы в этом случае разделение народа на ведущих и ведомых. Точно: иным дается сила вразумления, а другим - сила внимания; но это не люди распределяют, а Провидение. К тому же внимающий не есть белая бумага, которая не знает и не судит о том, что на ней пишут. Внимающий много дает вразумляющему; он нередко вдохновляет его. И говорящий, и слушающий делают одно общее дело, один - разумно передавая, а другой - разумно принимая; их связует одна общая идея, переходящая от одного к другому и уравнивающая их. Та же связь в более частном виде существует между писателем и читателем, как было это высказано печатно в одном русском журнале в начале прошедшего года. Лишь дары Провидения не передаются, а истина - достояние общее. Но дары, скрытые некоторое время, могут раскрыться. Внимающий, как скоро пробуждается в нем дар слова, становится вразумляющим. Из этого взаимного безпрепятственного обмена мыслей, из переменного деяния и принимания, слагается общий нравственный подвиг народа.

+   +   +

   Москва, 10 мая

   Народность есть личность народа. Точно так же, как человек не может быть без личности, так и народ без народности. Если же и может встретиться человек без личности, народ без народности, то это явление жалкое, несчастное, безполезное и себе, и другим. Личность не только не мешает, но она одна и дает возможность понять вполне и свободно другого человека, другие личности. Так точно и народность одна дает возможность народу понять другие народности. Где исчезает она, там исчезает, материально или нравственно, сам народ. Народность - это есть живая, цельная сила, имеющая в себе нечто неуловимое, как жизнь. И дух, и творчество художественное, и природа человеческая, и даже природа местная - все принимает участие в этой силе.

   Народная песня, как бы ни была она доступна всему остальному человечеству, все-таки отзовется чем-то особенным в душе того человека, для которого она своя, народная песня.

   Иные скажут: народность ограниченна, в ней может быть исключительность. Но исключительность есть уже злоупотребление. Для того чтоб избавиться от народной исключительности, не нужно уничтожать свою народность, а нужно признать всякую народность.

   Да, нужно признать всякую народность: из совокупности их слагается общечеловеческий хор. Народ, теряющий свою народность, умолкает и исчезает из этого хора. Поэтому нет ничего грустнее видеть, когда падает и никнет народность под гнетом тяжелых обстоятельств, под давлением другого народа. Но в то же время какое странное и жалкое зрелище, если люди сами не знают и не хотят знать своей народности, заменяя ее подражанием народностям чуждым, в которых мечтается им только общечеловеческое значение!

   Каждый народ пусть сохраняет свой народный облик (физиономию): только тогда будет иметь он и человеческое выражение. Неужели же захотят сделать из человечества какое-то отвлеченное явление, где бы не было живых, личных, народных черт? Но если отнять у человечества личные и народные краски, то это будет безцветное явление, до которого можно дойти только чрез отвлеченное представление о безразличном человечестве, чрез искусственное собрание правил, под которые народ должен подводить себя, стирая притом свою народность. Это будет уже своего рода официальное, форменное, казенное человечество. По счастию, оно невозможно, и идея его может явиться только как крайняя и притом нелогическая отвлеченность в уме человеческом.

   Нет, пусть свободно и ярко цветут все народности в человеческом мире: только они дают действительность и энергию общему труду народов.

   Да здравствует каждая народность!

+   +   +

 

 

 

   Москва, 7 июня

   Простой народ есть основание всего общественного здания страны. И источник вещественного благосостояния, и источник внешнего могущества, источник внутренней силы и жизни, и, наконец, мысль всей страны - пребывают в простом народе. Отдельные личности, возникая над ним, могут на поприще личной деятельности, личного сознания служить с разных сторон делу просвещения и человеческого преуспеяния; но тогда только могут они что-нибудь сделать, когда коренятся в простом народе, когда между личностями и простым народом есть непрерывная живая связь и взаимное понимание.

   Находясь на низшей ступени лестницы житейской, вне всяких почестей и наружных отличий, простой народ имеет зато великие блага человеческие: братство, цельность жизни и (так как мы, говоря о простом народе, разумеем русский) - быт общинный.

   Напрасно думают, что простой народ есть безсознательная масса людей. Если бы это было так, то он был бы то же, что неразумная стихия, которую можно направить и в ту, и в другую сторону. Нет, простой народ имеет глубокие, основные убеждения - условие существования для всей страны. Защищая эти убеждения, он, точно, в силе своей равняется стихии; но это стихия разумная, имеющая нравственную волю; это стихия - только по дружному, цельному своему составу и действию: Есть прекрасное выражение на Руси для такого проявления народной силы: стали все, как один человек. Русская история показывает нам, как глубока и тверда основа веры в русском народе, как отстаивал он святость своих православных убеждений.

   Напрасно также думают, что простой народ есть какой-то слепой поклонник обычая, что он перед чем бы то ни было рабствует духом. Правда, он не представляет легкого подвижного явления, то в ту, то в другую сторону направляемого ветром; как все истинное и действительное, он крепок на ногах и не шатается из стороны в сторону; он понимает, что предание, что преемство жизни есть необходимое условие жизни; он связует, поддерживает, а не рвет нить жизни, идущую из прошедшего в будущее. Простой народ есть страж предания и блюститель старины; но в то же время он не есть слепой раб ее. Да и было же время, когда старина была новизною. Простой народ принимает новое, но не скоро, не легкомысленно, не из презрения к старине, не из благоговения к новизне. То, что он примет, - примет он самобытно, усвоит прочно и перенесет в свою жизнь. Легкомысленные личности, для которых жизнь есть непрерывный маскарад или убеждения которых, если и постоянные, не имеют корня в стране самой и плавают в какой-то отвлеченной атмосфере, - как ошибаются они, принимая обдуманность народа, его мерный и верный шаг, среди прыгающих и бегущих около него отдельных личностей, за какую-то неподвижность или по крайней мере за косность. Это показывает только, что народа не понимают. У нас же, в России, неохота, недоверчивость, с какою народ принимает новое, имеет свою историческую законную причину, свое законное оправдание.

   Но начавши говорить: «простой народ», мы потом стали говорить: «народ». Это не случайно и не без причины, ибо простой народ, точно, есть просто народ, или народ собственно.

   Слово «народ» употребляется в двояком смысле: или оно означает всех, в союзе народном живущих, без различия сословий, и в таком случае соответствует более слову «нация»; или же оно означает простой народ, низшее сословие, которое есть народ собственно. Понятно и законно употребление этого слова и во втором случае. Простой народ не имеет никаких отличий, никакого другого звания, кроме звания человека и христианина, а потому и зовется или человеком, - во множестве людьми (в летописи: людіе; впоследствии слово «люди» получило свое особое значение), или крестьянином, то есть христианином, или же, наконец, народом, что также есть имя кровного, но еще более духовного союза человеческого. Вот причина, по которой название народа остается преимущественно за низким сословием.

   Итак, у простого народа нет никаких отличий или титулов, кроме звания человеческого или христианского. О, как богата эта бедность! И, стоя на низшей степени, как высоко стоит он!

   Нося звание только человека, только христианина, он с этой стороны есть идеал для всего человеческого и христианского общества.

   Как скоро верхние классы смотрят на свои отличия и преимущества (хотя и не во зло употребляемые) не как на причину гордости и превосходства над другими, но как на требуемые временем, порожденные несовершенством мира сего явления, как скоро, забывая о них, чувствуют в себе только человека и христианина, - тогда становятся и они народом.

   У нас значение простого народа имеет свою особую сторону, ибо он только и сохраняет в себе народные, истинные основы России; он только и не разорвал связи с прошедшим, с древнею Русью. Часто гордо смотрят на него люди так называемого образованного, или светского, русского общества, пренебрегают им, называют его мужиками, обратив это слово в брань. Красуясь над ним и высоко на него посматривая, они забывают, что только простой народ составляет условие и их существования. Известно прекрасное (сделанное русским писателем) сравнение простого народа с корнями дерева, на котором шумят и величаются листья, меняющиеся каждый год, тогда как корни - все одни и те же.

  

   Красуйтесь в добрый час, -

говорят корни листьям:

   Но помните ту разницу меж нас,

   Что с новою весной лист новый народится;

   А если корень изсушится. -

   Не станет дерева, ни вас.



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме