Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

«Действия России «на дальних рубежах» против сил международного терроризма не имеют альтернативы»

Андрей  АрешевАркадий   Бейненсон, Русская народная линия

События в Сирии, Ливии, Ираке и цветные революции на Ближнем Востоке
Война в Сирии и Ираке / 12.10.2015


Беседа с главным редактором сайта Научного общества кавказоведов …

В 13 октября 2015 года во Владикавказе состоится круглый стол «Кавказ и внешние игроки: тенденции-2016». В рамках мероприятия пройдут два тематических обсуждения: «Кавказ и т.н. «Исламское государство»: угрозы и вызовы» и «Ближний Восток и Иран: новая реальность».

Как анонсируют устроители мероприятия, на нем будет представлен самый, на данный момент, всеобъемлющий (в открытом формате) сборник материалов по запрещенному в России «Исламскому государству» ИГ (до июня 2014 года - «Исламскому государству Ирака и Леванта» (ИГИЛ).

В преддверии конференции, один из ее участников, главный редактор сайта Научного общества кавказоведов, политолог Андрей Арешев ответил на вопросы «Русской народной линии».

 

- Андрей, в средствах массовой информации активно раскручивается следующая тема - если не остановить Исламское государство» («ИГ», до июня 2014 года «ИГИЛ») в его, так сказать, местах «естественного обитания», то оно придет на Кавказ. Однако многие эксперты считают, что опасность «ИГ» во многом «переоценена». Что Вы думаете по этому поводу? Насколько и как следует учитывать фактор «ИГ» при рассмотрении политических проблем кавказского региона?

- Относительно феномена так называемого «Исламского государства» высказываются и продолжают высказываться самые разные, подчас взаимоисключающие мнения. Появляются и серьёзные работы, но во многом текущий информационный фон определяется политической ангажированностью тех, чьи интересы обслуживает то или иное издание. До последнего времени материалов о происходящем в Сирии и вокруг неё было не так много, однако пару месяцев назад ситуация кардинально изменилась, ибо происходящее там стало напрямую угрожать не только внутренней стабильности России, но и её ближайших союзников и партнёров. Именно это ключевое обстоятельство, а также верность союзническим обязательствам и неукоснительное следование международному праву, а вовсе не мифическое желание преодолеть политико-дипломатическую обструкцию со стороны Запада, встроившись в проамериканскую так называемую «антитеррористическую коалицию» побудило Москву к активным действиям.

Информационное сопровождение российской операции в Сирии, как ранее события на Украине некоторыми федеральными каналами в полной мере подчинено законам шоу-бизнеса, призванного удержать аудиторию у экрана любой ценой. Возможно, бесконечные уговоры странных персон наподобие Майкла Бома и иже с ним относительно того, с чем они никогда не согласятся - это и неплохой способ для того, чтобы зрители начали задумываться о серьёзных вещах. Но всё же в большей степени заслуживают внимания, на мой взгляд, демонстративно-панические оценки происходящего со стороны ряда комментаторов мейнстримных либеральных изданий. С их газетных полос и интернет-страниц нам пророчат не просто новый Афганистан, но едва ли не перенос сирийского конфликта на российскую почву с «неограниченным террором» и, как можно догадаться, неминуемой гражданской войной и распадом страны в финале. Любопытно, что ничего подобного не наблюдалось несколько лет назад, когда негативные процессы в ряде субъектов Российской Федерации действительно набрали достаточно серьёзную инерцию (не будем вспоминать более ранние времена, когда в Москве взрывались дома, а страна действительно стояла на пороге дезинтеграции - хорошо помню это в том числе по собственным ощущениям).

Между тем, очевидно, к настоящему времени ситуация на Северном Кавказе имеет очевидные тенденции к улучшению, а то, что Россия борется с силами международного терроризма «на дальних рубежах», будет способствовать её дальнейшей стабилизации. При этом, отринув апокалиптические картины и чётко понимая, кто и зачем их рисует, конечно, не стоит впадать в чувство самоуспокоения. Необходимо отдавать себе отчёт в том, что в условиях отсутствия эффективно функционирующих государственных структур, равно как и целей и смыслов более высокого уровня, всё достигнутое в последнее время - прежде всего в сфере внешней политики и безопасности государства - может оказаться весьма зыбким и непрочным.

Несколько дней назад благодаря западным и украинским источникам стало известно об адресованном потенциальным боевикам призыве лидеров некоторых запрещённых в России экстремистских группировок отказаться от поездок  в Сирию и присоединиться к их борьбе против российских войск на Северном Кавказе. От внимания наблюдателей не ускользнуло то обстоятельство, что российская авиация достаточно активна в северных регионах Сирии (Алеппо, Идлиб), где активны группы с высокой долей уроженцев Кавказа и Средней Азии. 7 октября удары по объектам «ИГ» в Сирии были нанесены силами кораблей Каспийской флотилии с расстояния 1500 километров. Это свидетельствует не только о качественно новом уровне российской армии, но и о том, что антитеррористическая коалиция в составе России, Сирии, Ирана и Ирака «наполняется» конкретным содержанием. То есть, ситуация меняется, если не ежечасно, то ежедневно, и она нуждается в постоянном мониторинге, а также комплексном и при этом оперативном междисциплинарном анализе.

13 октября во Владикавказе состоится круглый стол «Кавказ и внешние игроки: тенденции-2016». Помимо широкого круга региональных проблем, в ходе мероприятия будет представлен аналитический доклад «Исламское государство: сущность и противостояние». И вопросы о том, что же представляет собой данная запрещённая в России экстремистская террористическая группировка, каково её происхождение и степень реальной опасности для России и всего постсоветского пространства, представляют отнюдь не теоретический интерес.

В работе, подготовленной коллективом авторов из различных государств и ряда российских регионов, на основе широкого спектра источников и конкретной информации с мест, предпринята попытка представить реальное положение вещей - без шапкозакидательства, но также и без излишнего алармизма в духе «всё пропало» и «мы все умрём». С разбором идеологической составляющей и структур управления на захваченных территориях, в том числе - на основе эксклюзивной информации. С практическими рекомендациями по недопущению распространения экстремистской идеологии «ИГ» и с богословским обоснованием недопустимости религиозно мотивированного радикализма, предложенное мусульманскими деятелями Северного Кавказа. И при этом - с чётким пониманием того, что к заявлениям некоторых зарубежных лидеров о том, что «им нужна сильная Россия», следует относиться с долей здорового юмора. Сочетание прикладного политологического исследования с теоретической и богословской частью позволит читателю сформировать комплексное представление о феномене, вошедшем в новейшую историю региона и мира под названием «Исламское государство».

 

- По крайней мере, официально, Россия в Сирии оказывает противодействие только «Исламскому государству». Как Вы оцениваете усилия России по разрешению сирийского кризиса? Возможно ли вообще и как разрешить проблему «ИГ», проблему, которая (и не мне одному это кажется странным) не может быть разрешена уже в течение нескольких лет?

- Проблемы, связанные с появлением и распространением экстремистской идеологии так называемого «Исламского государства» и смежных группировок (а конкретные примеры того, что всё это по большому счёту одно и тоже, в нашей работе имеются) и соответствующей политической практики, отнюдь не новы. Вспомним события на Северном Кавказе начала 1990-х годов, войны на Балканах, экспансию также крушившего памятники движения «Талибан» в Афганистане, появление различного рода криминальных анклавов, иные из которых, к слову, и по сей день находятся под защитой военных баз НАТО. В уже названной мной работе упоминаются некоторые трансграничные проекты на Северном Кавказе второй половины 1990-х годов, интерес к которым проявляли, если кто забыл, весьма занятные персоны.

В то же время отличительной чертой «ИГ» является грамотная медийная работа, под которую, как можно предположить, выделяются немалые кадровые и организационные ресурсы. А это, как мы понимаем, не может просто «висеть в воздухе», происходить само собой. Хотя, конечно, отрицать внутренние факторы - природно-климатические, этнодемографические, социально-политические - так называемой «арабской весны» (или теперь уже осени?) никто не собирается.

Своими действиями на Ближнем Востоке Россия прямо способствует урегулированию кровавого сирийского конфликта - путём политического диалога, который возможен при непременном условии ликвидации террористических групп и терзающих страну вооружённых банд. На мой взгляд, в течение нескольких лет имели место неоправданные иллюзии, что первое можно отделить от второго. Однако, как свидетельствует, в том числе российский опыт, это (таковое отделение) недостижимо в принципе, и сегодня, как представляется, речь идёт о решении неотложных военных задач - ликвидировать угрожающий Латакии «идлибский» очаг бандформирований, отвести угрозу от коммуникаций, связывающих Дамаск с Хамой и Хомсом, освободить Пальмиру, улучшить ситуацию вокруг Алеппо, ликвидировать террористическую угрозу столице страны. При этом никакого содействия со стороны Вашингтона и его союзников нам ожидать не приходится, что, скорее всего, осознаётся в полной мере. Более того, негативная реакция наших так называемых «партнёров» не могла, как мне кажется, не просчитываться заранее - согласимся, сложно предполагать, что планирование столь крупной операции, как сирийская, было бы возможным вне контекста актуальных политико-дипломатических реалий.

В этой связи можно даже не вспоминать о различных «экспертно-аналитических» обсуждениях по обе стороны Атлантики, участники которых не предлагают разве что сбросить на нашу страну атомную бомбу (хотя, наверное, скоро дойдут и до этого). В качестве примера можно упомянуть хотя бы историю, когда натренированные Пентагоном «умеренные оппозиционеры» сразу по пересечению сирийской границы в середине сентября дружно перешли в «Джебхат ан-Нусру». Спектакли с публичными выволочками в Конгрессе США, думается, всё-таки рассчитаны на простачков.

Предположить, что в Пентагоне сидят непрофессионалы, коррупционеры либо инопланетяне, всё-таки слишком рискованно, и следовательно, речь может идти о вполне сознательной политике, нацеленной на укрепление радикального крыла вооружённой сирийской оппозиции (заметим, в рядах исламистских группировок, постоянно меняющих свои названия, сражается немало выходцев из различных российских регионов, что не ускользает от внимания западных аналитических центров). Не зря же глава Пентагона обещает России в Сирии потери уже в ближайшее время, что вообще-то должно окончательно закрыть все разговоры о сколько-нибудь серьёзном российско-американском взаимодействии (за исключением, может быть, попыток «скрипя зубами» разграничить зоны ответственности). Правда, некоторые американисты сетуют на катастрофическое снижение интеллектуального уровня заокеанской элиты и, соответственно, уровня подготовки решений. Мне, конечно, трудно судить об этом достоверно, но даже если это и так, то это гораздо хуже, ибо речь идёт о сверхдержаве номер один, обладающей колоссальными возможностями...

Окончательно решить проблему «Исламского государства», наверное, можно будет лишь в ситуации, при которой заинтересованные силы откажутся от практики использования трансграничного криминала и международного терроризма в собственных геополитических интересах. В этом случае, как мне представляется, всё может оказаться достаточно легко - от блокирования финансовых переводов до перекрытия каналов нелегальных поставок оружия, контрабандного топлива и разведывательной информации. Тогда, конечно, в течение нескольких месяцев всё рассосётся само собой, будучи сведено к тому уровню криминала и контрабанды, который существовал здесь десятилетиями и был неотъемлемой чертой жизни данного региона...

Но этого, как мы прекрасно понимаем, не произойдёт никогда - иначе бы патронируемая США так называемая «антитеррористическая коалиция» давно добилась бы декларируемых целей, а контролируемая боевиками территория не увеличилась бы в несколько раз. Вовсе не случайно после 30 сентября американцы и их союзники не на шутку встревожились, видя, как российская авиация реально уничтожает инфраструктуру террористических организаций, как бы они себя ни называли - «умеренными» либо как-то ещё. Как заметил обозреватель «Фонда стратегической культуры» Дмитрий Седов, «первые же удары российских ВКС по «Исламскому государству» обнажили суть новой ситуации: все, кто вскармливали этого монстра, вооружали его, устраивали театрально-декоративные бомбардировки, спекулировали награбленной боевиками ИГ нефтью и вешали мировой общественности на уши лапшу о «борьбе с мировым терроризмом», начали сбиваться в стаю. В конечном счёте, это лишь укрепит взаимодействие Сирии, Ирана и России».

Я бы добавил сюда различные силы и группы, ценой огромных потерь противостоящие силам международного терроризма и включающие суннитов, алавитов, курдов, христиан, друзов, армян, представителей других населяющих страну этноконфессиональных групп. Вообще, гуманитарная помощь народу Сирии, оказываемая «Императорским православным палестинским обществом» и рядом других неправительственных организаций, имеет не меньшее значение, чем военные операции против сил международного терроризма.

 

-​ Мы встречались с Вами в 2013-м году в Ереване на одной из конференций, посвященной проблемам безопасности Южного Кавказа. Насколько я помню, Вы тогда высказывались по поводу перспектив разрешения вышеозначенных проблем - довольно оптимистично. С тех пор прошло не очень много времени, но в регионе произошло довольно много важных событий, думаю, нет нужды их перечислять. Какова сейчас Ваша оценка перспектив разрешения проблем безопасности в регионе?

- Конечно, оптимизм всегда и везде имеет свои пределы. 2015 год на Южном Кавказе выдался весьма тревожным - мы можем судить об этом хотя бы по динамике военных учений стран региона, ориентирующихся на конкурирующие военно-политические блоки, а также по сводкам тревожных новостей, к примеру, с армяно-азербайджанской передовой.

Кстати, в ходе упомянутой Вами конференции предлагались конкретные пути и методы нормализации обстановки вокруг Нагорного Карабаха; более того, эти предложения актуальны до сих пор, и если они не в полной мере учитываются дипломатами или политиками, то вину за это экспертному сообществу предъявлять сложно. В то же время очевидно, что неудачи политических переговоров предполагают использование, в том числе, силовых средств, с целью сдерживания противника и минимизации количества жертв, в том числе среди гражданского населения. К этому следует относиться как к реальности, подобной смене времён года, и соответствующим образом к этому готовиться.

Иногда решение проблем безопасности в Кавказском регионе связывают с достижением согласия по основным вопросам между Россией, Ираном и Турцией, однако сегодня, с учётом событий вокруг Сирии, это вряд ли возможно. Разрастание сирийского кризиса будет и далее оказывать негативное влияние на структуру безопасности Южного Кавказа с его конкурирующими военно-политическими блоками.

С одной стороны - это ОДКБ с участием России и Армении, а у другой - формирующийся альянс Турции, Грузии и Азербайджана, имеющий, в том числе, военную составляющую. Есть риск того, что неурегулированные конфликты будут в определённой степени становиться заложниками разногласий между крупными региональными игроками (например, между Россией и Турцией); впрочем, не менее верно и обратное предположение. Словом, работы предстоит много, и спокойной жизни не предвидится...

 

-​ В 2015 году мы стали свидетелями так называемого «электромайдана» в Армении, страны, имеющей для России стратегическое значение в регионе. Оценки происходившего тогда были самые разные, и, возвращаясь к теме конференции, насколько велика была в тех событиях роль внешних игроков (я не имею ввиду Россию)? Можно ли назвать эту роль ключевой?

- Протестные выступления минувшим летом приняли достаточно широкий размах; более того, попытки повторения чего-то подобного не исключены и впредь. Считал и считаю, что роль внешних сил конкретно в событиях июня и июля в центре армянской столицы, несмотря на участие в них некоторых знаковых персон, была ниже, чем её представляли отдельные московские комментаторы. Это, впрочем, не означает, что ситуация не отслеживалась, в том числе с прицелом на будущее. Работа западных структур в Армении, как, впрочем, и в любой другой стране, носит диверсифицированный характер, включая как оппозиционные силы, так и властные структуры. Взаимодействие с теми представителями элит, которые хотят сладко спать и много кушать - это, конечно, весьма сильная сторона тех же американцев, располагающих для этого практически неограниченными финансовыми и иными ресурсами. Тот же проект конституционных реформ в Армении - разве он не свободен от внешнего влияния? На это прямо указывают некоторые армянские эксперты, политики и журналисты.

И дело не только в диковинной системе управления, имеющей мало аналогов в мире (если имеющей их вообще). Например, некоторые статьи новой армянской конституции, которую предполагается принять на референдуме, направлены на нивелирование традиционных ценностей, закрепляя, в частности, приоритет международных норм над национальным законодательством. И если, допустим, Европейский суд по правам человека решит, что пол человека определяет сам этот человек, то армянская Конституция, в которой написано, что семью составляют мужчина и женщина, будет трактоваться в контексте именно этого решения. И никто не гарантирует, что в целях регистрации брака могут прийти двое мужчин, один из которых вдруг заявит о своей самоидентификации как женщины. Несколько лет назад это вызвало скандал, но что будет через несколько лет? Неоднозначное, мягко говоря, отношение, встречает и вопрос ювенальной юстиции, и многое другое, что уже проходили и мы в России...

Вместе с тем, практика показывает, что как только «наши западные партнёры» сталкиваются с идеологизированными структурами - к примеру, ориентированными на отстаивание интересов собственного государства, народа, на традиционные ценности, во многом определяемые религиозным сознанием - они начинают испытывать проблемы. Отсюда - давняя их «любовь» к таким институтам, как армия или церковь, стремление их дискредитировать, используя все возможности по манипулированию общественным мнением...

Так что, в конечном итоге, дело в нас самих. Покуда мир вокруг нас и мы сами далеки от идеала - тема внешних игроков, на Кавказе, да и не только там, будет оставаться актуальной. Научные же конференции и круглые столы необходимы для того, чтобы обменяться мнениями, попытаться дать происходящему вокруг нас адекватную оценку и выработать пути преодоления имеющихся проблем.

 

Вопросы задавал Аркадий Бейненсон



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме