Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Кино о войне: «Брестская крепость»

Священник  Александр  Зайцев, Русская народная линия

08.02.2011

Мы смотрим фильм «Брестская крепость».

Я - «Крепость», я - «Крепость», веду бой, держу оборону, жду подкрепления.

Всегда ищет подкрепления и наша память о войне, память, которая не ослабевает, не сдаётся, как крепость. И дума наша о войне, опускаясь под мощными ударами снарядов и мин в низины крепостных подвалов и казематов, готова внезапно воскреснуть и выплеснуться атакой навстречу недоумевающему врагу.

Память о войне хранит мир. Те, кто воевал, порой не любят вспоминать войну, а нам положено тревожить эту память, понимая, что здесь, в проблематике войны кроется нечто важное и спасительное, несмотря на ужас и невыносимые страдания, боль и кровь...

«Аврам, услышав, что Лот, сродник его, взят в плен, вооружил рабов своих, рождённых в доме его, триста восемнадцать, и преследовал неприятелей до Дана; и, разделившись, напал на них ночью и поразил их, и возвратил всё имущество и Лота, сродника своего, также и женщин и народ. Когда он возвращался, Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего, - и благословил его, и сказал: благословен Аврам от Бога Всевышнего, Владыки неба и земли; и благословен Бог Всевышний, Который предал врагов твоих в руки твои». (Б.14: 14-20)

Кто-то спросит: а что общего между древними священными войнами и Великой Отечественной? - Что ж, смотрите сами: Авраам не за Бога вооружил своих первых 318 воинов, а за ближнего своего, Лота-племянника. Бескорыстная (Б.14:21-24) война за «други своя» увенчалась не только победой, но и явлением милости Божией в лице таинственного Мелхиседека, благословившего Авраама Именем Божиим.

Какими устами, сердцем каким, вкушал ты, отче Аврааме, хлеб и вино из рук Медхиседека; какую сладость внушили тебе простые дары, которым надлежало стать вперёд, через муку времён и свершений, веществом для Пречистых Таин твоего Божественного Потомка?..

Священная война - это самый прямой способ самопознания.

Но, когда цели войны неясны, средства нечисты, когда война не обретает священного смысла, она действует разрушительно на своих заложников - несчастных солдат. Вот почему так много духовных и душевных ран нанесли последние локальные войны.

Великая Отечественная стала для нас священной войной. И не только потому, что слово это зазвучало в первом гимне войны: «Вставай, страна огромная...», что вспомнили своих святых героев - Дмитрия Донского, Александра Невского; но важнее то, что всколыхнулось сердце глубоко, и зазвучала его религиозная природа.

Я - «Крепость», я - «Крепость», веду бой, держу оборону, жду подкрепления.

Подкрепления извне не будет, напротив, будут годы забвения. Но Брестская крепость не побеждена, как непобедим дух её защитников, безумный героизм которых становится евангельским горчичным зерном, произрастающим в Великую Победу. Возможно не все они понимали священности долга, а может, напротив, постигли Божию премудрость в мгновения неведомых нам, не воевавшим, особых озарений... Как знать? Как научиться нам, воинам христовым, не рассуждая - выстоять, чем рассуждая - отступить?

По поводу особых озарений войны мне вспомнилось следующее.. Был у меня хороший знакомый Владимир Бабушкин, человек непростой судьбы и сложного характера, души карамазовской, метущейся. Он воевал в составе русской добровольческой боевой группы «Царские волки» в Сербии, ещё во время Боснийского конфликта.

Когда от мусульманской пули погиб их командир, Александр Шкрабов, Володя один пошёл в тыловой рейд к врагу, исполнившись ярости отомстить за смерть друга. Снял ножом часового. Удачно бросив гранату в бункер мусульман, он, подхватив вражеский пулемёт (не столько для трофея, сколько для того, чтобы из этого пулемёта не пальнули ему вслед), попал в такой ад ночного огня, что уже и не соображал, каким путём лучше бежать, как выбираться.

Уже и пулемёт был брошен, как вдруг перед отчаянным его взором возник образ дочери, которую он нежно любил. Не размышляя, Владимир двинулся в ту сторону, куда влекло его родное лицо, и без препятствий и ранений вышел к своим.

Господь, в которого Володя тогда ещё неотчётливо верил, преподал ему спасение через то, что было дороже всего его сердцу, - образ любимой дочурки. Это чудо стало для него первой ступенью к духовному пробуждению.

Добавлю только, что судьба В.Бабушкина, прадед которого был известным героем Порт-Артура, складывалась трагично; раб Божий Владимир уже ушёл от нас.

Пуля не взяла, да сердце не выдержало.

Вернёмся же к нашей теме.

После ряда свободных лет, обнаруживших бессилие творческого духа, лишившего себя спасительной аскезы и сознания нравственного долга искусства, когда тема войны бессовестно эксплуатировалась в антипатриотических целях; мы, наконец, дождались такого фильма о войне, который не рождал бы в нас, по крайней мере, двойственных чувств и скорбных воздыханий о вымученных акцентах (особисты-звери, заградотряды, воины-супермены, фронтовые любовные интриги и т.п.), фильма, который можно смотреть всей семьёй, исключая, конечно, малых детей.

Мы увидели кино, которое является глубоким и страдательным напоминанием о войне. Создатели фильма руководствовались искренним чувством и желанием показать правду обороны Брестской крепости: и последние безмятежные часы хрупкого мира, и хаос и ужас первых часов войны, и мужество героев - майора Гаврилова Петра Михайловича, лейтенанта-пограничника Кижеватова Андрея Митрофановича, капитана Зубачёва Ивана Николаевича и комиссара Фомина Ефима Моисеевича, которые возглавили основные очаги обороны.

События кинорассказа связываются, в основном, через образ Саши Акимова, который имеет свой реальный прототип в истории обороны - Петю Клыпа из музвзвода. Но имя юного героя кинематографисты, к сожалению, изменили; видимо потому, что далеко отошли от его истинной судьбы. Петя вырвался из крепости раньше, во время общего прорыва. Он был один из немногих, кто чудом смог преодолеть реку, насквозь простреливаемую фашистами, кипящую свинцом и кровью.

Спасение знамени Акимовым в финале является художественным вымыслом, который имеет право быть, как образ несокрушённого мужества защитников крепости и святости их подвига.

Очень важно, что в фильме есть тема бессмертия, когда мы видим в конце павших героев живыми. Они смотрят на нас оценивающе: мол, мы то, погибшие, - живы, а как живущие - вы?

Есть тема прощения.... Ещё вчера жена с укором выговаривала мужу-офицеру за купленное в продмаге пиво. Сегодня, в первый день вторжения, потеряв детей, они с последними патронами уносятся из обрушившейся жизни, не желая сдаваться врагу. Они улетают надёжно - на крыльях последнего «прости»...

Мы не можем совершенно обойти недостатки фильма, иначе наша критика будет неполной. Историк и писатель Алексей Исаев справедливо указывает на отсутствие в фильме чёткой и последовательной сюжетной линии военных действий. Если кино претендует на художественную реконструкцию исторических событий, а такая претензия есть, ибо ни о чём другом, кроме обороны Брестской крепости, авторы не повествуют, то почему отсутствует связная логическая картина всех этапов обороны? А.Исаев в своей статье «Брестская крепость: кино и немцы» приводит примеры разрывов в существующей реальности событий. Например, то, что немцев заблокировали в здании бывшей Никольской церкви (клубе), стало благоприятным фактором для обороняющихся и определило целый ряд последующих событий. В фильме это не прослеживается.

Неправдоподобно выглядит сдача в плен Ефима Фомина, когда он вдруг объявляет себя и евреем, и комиссаром, обрекая себя на расстрел. Это противоречит не только фактам (Фомина выдал провокатор), но и здравой логике: зачем себя выдавать, когда была возможность спастись, хотя бы и через плен? А возможностей умереть достойно было предостаточно. Видимо здесь сработала некая «фобия» у авторов фильма, которую и оставим на их совести. Вообще, образ Фомина не получился убедительным.

В художественном плане фильма мы видим неослабевающий накал борьбы, страданий, обилие рвущейся плоти и льющейся крови, что создаёт неоправданную тяжесть, а к концу вызывает уже отупение чувств, как затянутое крещендо в трагической симфонии.

Образы основных героев проработаны слабо, без нюансов и деталей, они не становятся близкими и родными (как это удалось, например, в киноповести «Они сражались за Родину», - одной из лучших о войне). Образы второго плана почти отсутствуют, сливаясь в единую безликую массу.

«Советское» кино о войне остаётся непревзойдённым. Вспомните «А зори здесь тихие» Васильева и Ростоцкого! Там не было широких военных действий, оторванных рук, голов и ног; но возможно ли ещё более пронзительно поведать о войне - «сестре печали», о её невосполнимых потерях, о несостоявшемся счастье материнства для погибших девушек - их образы, как живые.

Истинный реализм войны заключается не в искусно воспроизводимых атаках и схватках, а в драматургическом раскрытии, в умении создать образ войны, а не воссоздать саму войну. Наши режиссеры, многие из которых сами воевали, не случайно избегали грубого натурализма, они войну отображали, а не изображали.

И всё же, несмотря на последние критические замечания, фильм «Брестская крепость» состоялся, как произведение правдивое и сильное, куда более ладное и простое, чем гордо заявившее себя «Противостояние» Н.С.Михалкова.

«Брестская крепость» нравится людям, «Противостояние» чаще рождает недоумение.

Фильм Михалкова распадается на ряд сюжетов, лишь некоторые из которых производят сильное впечатление, но в большинстве страдают низким художественным вкусом и эпатажностью.

У Никиты Сергеевича так: если Сталин - то лицом в торт; если страх - так до мокрых штанов; если Крещение - непременно на мине; если взрывается корабль на той же мине - то люстра летит за километр, в прибрежный песок, греметь своими висюльками (в реальности - невероятная вещь, в качестве образа - слишком вычурно); если утешать девице обгоревшего танкиста в последнюю минуту его жизни - то обнажиться пред ним (ну очень, очень живописно, на фоне этаких развалин получился образец художественной безвкусицы - антипособие для студентов ВГИКа).

Казалось бы, у Михалкова есть религиозное в фильме, но это не спасает сам фильм. У Александра Котта в фильме нет ничего пряморелигиозного, но достоверность подвига самопожертвования уже имеет внутреннее христианское измерение. И слава Богу. И достаточно.

У Михалкова фильм получился вызывающим, у Котта и Угольникова (идейного вдохновителя фильма) - без претензий, но искренне и с болью.

* * *

Чем мы старше - тем ближе к нам война. Она не удаляется, а приближается в памяти, нарушая обычные законы забвения.

Одна православная женщина, далеко уже не военного поколения, как-то писала мне, что не может с собою ничего поделать: ей День Победы дороже Пасхи.

Я, конечно, буду разубеждать её в этом, я буду доказывать ей, что победа в войне - часть величайшей Победы Спасителя над смертью и злом... Но я её и понимаю.

И крепость нашей души просит подкрепления в извечной войне, составляющей «жизнь человека на земле». Но помощи нет, ибо мы увязли в войне, мы в глубоком тылу нагло наступающего врага.

Мы взываем к человекам, но услышит нас только Бог, который «крепость людям своим даст» и «благословит миром».

Я - «Крепость», я - «Крепость», веду бой, держу оборону, жду подкрепления.



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 9

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

9. Писарь : Иерею Александру Зайцеву.
2011-02-09 в 19:10

Ув.Иерей Александр Зайцев.

Вы безусловно правы.
Прекрасная книга Сергея Смирнова, по праву,может отнесена к первоисточнику.
Именно эта книга и дает современному человеку реальное представление о том,что это было за сражение(оборона Брестской Крепости) или, если хотите, дает возможность ощутить его дух.
Прекрасная книга Сергея Смирнова,как первоисточник дает действительное представление, истинный образ и защитников Бресткой Крепости и самого феномена обороны Брестской Крепости.

В отличие от фильма,который под завязку напичкан символами и образами несколько иного рода.
Пропитан духом пропаганды,где центральным местом являются "права российского военнослужащего",и первое из них-право добровольной сдачи в плен.

"...фильм дает почву для раздумий".
Безусловно Вы правы.Дает.
Кем,для чего и для кого снимаются подобные картины и накануне чего.
8. иерей Александр Зайцев : Писарю,п.7. и читателям.
2011-02-09 в 01:23

Чтобы лучше узнать о Брестской крепости и её героях,надо почитать книгу Сергея Смирнова, благодаря которому страна узнала о своих героях. Это, пожалуй,первоисточник.
С профессиональной точки зрения фильм мне понравился гораздо меньше, чем это можно судить из статьи, которую я писал в романтическом ключе, уделяя внимание тому символическому образу, что мы имеем в феномене обороны Брестской крепости. Это эссе передаёт моё чувство войны, которое становится всё глубже. И сам фильм здесь скорее отправная точка для переживаний и размышлений, которые могут оказаться сильнее и глубже, чем сам фильм.
Если мы,православные, имеем такую немощь смотреть некоторые кинофильмы,то хотя бы с попыткой анализа, с некоторым абстрагированием и раздумьем, дабы получить пользу, а не удовлетвориться зрелищностью.
Если фильм даёт почву для раздумья, а не вызывает массу критических замечаний(а здесь и от нас много зависит, от евангельского "ока"),это уже хорошо, это значит ,что одна из целей искусства достигнута.
Это не просто критика - это переживание.
7. Писарь : "Наука "воевать".
2011-02-09 в 00:04

"Брестская крепость" нравится людям.
Вот это-то и плохо.
Действительно нравится.
Долгожданный фильм.

Безусловно фильм состоялся,как "пропагандисткий шедевр".
Если Лунгинский "Царь" и Михалковское "Противостояние" откровенная киномакулатура,то о "Брестской Крепости" такого не скажешь,да и современному зрителю история обороны Брестской Керпости практически неизвестна.

Вызывает серьезные сомнения,что авторы идеи(Угольников) руководствовались чувством "глубоким и страдательным".
То что в картине присутствует масса несоотвествий реальным событиям и неточностей,это не мелкие огрехи,которые присутствуют в любом кино,о чем бы то ни было...

Первое.
Первое,в буквальном смысле,что бросается в глаза-дезинформация,которую авторы фильма,доносят устами майора Гаврилова,о дислокации личного состава гарнизона.
"Некомпетентность" командования,которую "разоблачает" майор Гаврилов.

Второе.
Сцены боевых действий сняты однотипно-"русские" заваливают трупами немецкие пулеметы.
В действительности все обстояло с точностью наоборот.
Брестскую крепость штурмовала целая дивизия.

Третье.
Акценты смещены.
Роль майора Гаврилова в организации обороны Брестской Крепости подвергнута редукции,недаром фильм,что называется "обрывается на полуслове",а ведь майор Гаврилов сражался до глубокой осени,оставшись совсем один и только получив тяжелое ранение, был взят немцами в плен.
По крайне мере,о дальнейшей судьбе можно было упомянуть,как это принято,в американских фильмах.
Не помянули по одной простой причине,майор Гаврилов,не был расстрелян "кровавой гебней", пережил плен и был награжден за свой подвиг Золотой Звездой Героя Советского Союза.

Четвертое.
И на мой скромный взгляд,центральный эпизод фильма.
"Соль" всей картины.
Воинское подразделение ведет боевые действия в условиях войны.
Причем не просто войны,но войны,за Отечество,против врага,вероломно вторгшегося в его пределы.
То что это так,зритель,сидящий в зале,не сомневается.
И вот в этих самых условиях,личный состав подразделения,присягавший на верность Родине,присягавший защищать Родину с оружием в руках,ведущий бой с противником и по долгу присяги и по долгу совести,это самое оружие складывает и идет сдаваться в плен.

А что же командир подразделения,обязанный по уставу расстреливать трусов,паникеров и перебежчиков?
Останавливает подчиненного,именно так и собиравшегося поступить и произносит
"Пусть идут.Каждому-свое".
Конец фильма.
6. Наталья Чернавская : теперь поняла
2011-02-08 в 22:25

Спасибо Владимиру Анатольевичу за ссылку, а то я не понимала, почему в Беларуси не идёт фильм. Пока не видела и чтобы на диске был в продаже("Предстояние" в продаже чуть ли не раньше, чем в прокате, появилось), не смотрела. "Беларусьфильм" не лучшие времена переживает, хотя традиционно кино о войне было нашим коньком. Тем отраднее, что есть исключения. Мне показалось, рецензия самодостаточна, после неё можно уже и не смотреть фильм, спасибо, отец Александр!
5. Игорь I : Re: Кино о войне: «Брестская крепость»
2011-02-08 в 20:51

Рецензия правильная, точная и выдержанная. Фильм хороший. С такими фильмами как "Они сражались за Родину", "В бой идут одни старики", "А зори здесь тихие", "Офицеры" уже ничто никогда не сравнится. Но особенно фильм хорош (для наших времен) это связью поколений, рассказом деда своему внуку. Посыл к потомкам должен быть обязателен!
Пока я сам не прошел "сестру печали", я не принимал в сердце своем слов знаменитой песни:
"Нет в России семьи такой,
Где не памятен был свой герой.
И глаза молодых солдат
С фотографий увядших глядят...
Этот взгляд, словно высший суд,
Для ребят, что сейчас растут.
И мальчишкам нельзя ни солгать, ни обмануть,
Ни с пути свернуть."
4. Владимир Анатольевич : Спасибо белорусам за фильм.
2011-02-08 в 19:06

После ряда свободных лет, обнаруживших бессилие творческого духа, лишившего себя спасительной аскезы и сознания нравственного долга искусства, когда тема войны бессовестно эксплуатировалась в антипатриотических целях; мы, наконец, дождались такого фильма о войне, который не рождал бы в нас, по крайней мере, двойственных чувств и скорбных воздыханий о вымученных акцентах (особисты-звери, заградотряды, воины-супермены, фронтовые любовные интриги и т.п.), фильма, который можно смотреть всей семьёй, исключая, конечно, малых детей.



По замыслу российской стороны предполагалось снять именно такой фильм: особисты-звери, заградотряды, воины-супермены, фронтовые любовные интриги и т.п.
“Только твердая позиция белорусской стороны не дала превратить первый союзный фильм в очередных "Сволочей".
В многочисленных интервью у создателей фильма постоянно проскальзывали нотки обиды. Оказалось, что изначально фильм должен быть совсем иным, но партнёры из братской Белоруссии помешали реализовать грандиозные замыслы! "Целый круг проблем с нашими братьями. — Жаловался бывший шоумен, а ныне продюсер "Брестской крепости" и председатель Телерадиовещательной организации Союзного государства Игорь Угольников. — Мы бодались с белорусами и по сценарию, и по правам". "Битва за Брестскую крепость — 2", получается так?" — с иронией спросил Угольникова корреспондент РСН. "Ну да" — Гордо ответил пан председатель, словно намекая слушателем, что биться с белорусскими партнёрами за сценарий ему было не менее тяжело, чем комиссару Ефиму Фомину и майору Петру Гаврилову с гитлеровскими оккупантами.

"Множество фактов, которые были не проверены, которые мы очень хотели вставить в картину, просто не вошли, — вторил боссу в интервью "Радио Свобода" другой продюсер Евгений Айзикович. — Мы так устали от борьбы с белорусской стороной, что уже шли на всё". По словам Айзиковича белорусы потребовали убрать из сценария "эпизод с психической атакой чеченцев". "Это был один из таких голливудских эпизодов... — пояснил продюсер. — Когда убили командира чеченского подразделения, они бросились в атаку, и часть их прорвалась".

"Последний герой Брестской крепости тоже был чеченец, — уточнил в газете "Трибуна" режиссёр "Брестской крепости" Александр Котт. — Я читал у немцев в документах, что в сентябре они нашли чёрного обросшего человека с чеченским именем…" Уточнять имя "чёрного человека" и название документа, режиссёр благоразумно не стал. Зато подчеркнул, что когда немцы штурмовали крепость в 1939 году, польский гарнизон держался целых две недели, а не три дня, как в реальности. Впрочем, чего-то подобного и стоило ожидать. Ещё в снятом по роману Валентина Пикуля сериале "Караван PQ -17", Котт особо отметил заполярные подвиги польского флота, в реале сведённого в основном к подлодке "Ястжеб", не утопившей ни одного вражеского судна и погибшей под огнём британских союзников.
Директора мемориального комплекса "Брестская крепость-герой" Валерия Губаренко, руководителя киностудии "Беларусьфильм" Владимира Заметалина и белорусских ветеранов, идеи гитлеровского министра пропаганды Йозефа Геббельса и советского перебежчика Владимира Резуна не вдохновили. От Угольникова потребовали изменить сценарий, причём, по словам Заметалина, "в процесс создания фильма вынужден был вмешаться даже президент Лукашенко" ("Комсомольская правда", 2008.06.10).

Новый сценарий написал белорусский драматург Алексей Дударев и зрители не увидели на экране даже привычных зверств кровавой гэбни. Мало того: её единственный представитель — лейтенант Вайнштейн оказался не только симпатичным мужиком, но и мастером своего дела.
Пока же остаётся только ворчать и переругиваться с белорусами по финансовым вопросам. Если верить сообщениям в интернете, те постоянно контролировали расходы, чем изрядно огорчили российских киношников, традиционно желающих подзаработать на попиле бюджета.
Источник: http://www.zavtra.ru...avtra/10/887/42.html
3. Александр : Кино о войне: "Брестская крепость".
2011-02-08 в 17:51

Хорошая рецензия. Спасибо.
2. Николай : Кино о войне: «Брестская крепость»
2011-02-08 в 15:33

Спасибо! Побольше бы таких правильных рецензий.
1. Артур : Re: Кино о войне: «Брестская крепость»
2011-02-08 в 10:55

Прекрасное эссе, батюшка! Низкий поклон!

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме