Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Не Правое слово и Правое Дело

Иеромонах  Никон  (Белавенец), Русская народная линия

Поместный Собор / 19.12.2008

От редакции: Некоторые уже записали «Русскую линию» в некую партию, и кое-кто даже обвиняет нас в ангажированности при обсуждении вопроса об избрании нового Предстоятеля нашей Церкви. Однако мы не принадлежали и не принадлежим ни к «кирилловской», ни к «антикирилловской» партии. Мы всегда старались и стараемся стоять на церковной позиции, ставя во главу угла благо и интересы Матери-Церкви. Поэтому, когда мне позвонил мой давний знакомый иеромонах Никон (Белавенец) и спросил опубликуем ли мы его статью о Местоблюстителе патриаршего престола митрополите Смоленском и Калининградском Кирилле, то незамедлительно получил положительный ответ. Мы можем придерживаться разных точек зрения по поводу того, кто является самым достойным кандидатом на Патриарший престол, но нельзя в пылу полемики переходить определенную грань и хулить архиерея, по крайней мере в этом нельзя не согласиться с автором статьи. Гл. редактор РЛ Анатолий Степанов


Чем больше времени проходит со дня внезапной кончины Святейшего Патриарха Алексия II, тем больше мы невольно начинаем задумываться над тем, кому Господь благословит вести церковный корабль в следующую эпоху. В том, что эта тема обсуждается и священниками, и мирянами, принципиально нет ничего плохого. Каждый из нас ощущает свою сопричастность к судьбе Церкви, и нас, естественно, не может не волновать ее будущее, которое неразрывно связано с личностью будущего Предстоятеля.

Важно лишь помнить, что обсуждая этот, волнующий всех нас вопрос, мы не должны забывать, что речь идет не о выборах парламента или президента, где порой насмерть бьются политические партии или олигархические группировки. Церковь выбирает того, кто по Воле Божией будет именоваться «Великим Господином и Отцом», и потому привносить сюда политическую пену совершенно неуместно.

То, что подобный взгляд на Церковь не приемлют либеральные СМИ, уже никого давно не удивляет. Для них, что Церковь, что Дума - все едино. Тут, как говорится, медицина бессильна. Но то, что смертельный вирус секуляризма затронет православно-монархические круги, стало для меня печальным открытием. Еще большим шоком стало то, что среди серьезно заболевших этим недугом оказался интернет-проект «Правая.ru», само название которого, казалось бы, должно было принципиально исключать подверженность либеральному гниению.

«Правые комсомольцы»


10 декабря, то есть уже на следующий день после погребения Святейшего Патриарха, там появилась статья некоего Григория Северова «Местоблюститель из Ватикана» по стилистике не уступающая «лучшим» антицерковным пасквилям «Московского комсомольца».

В печальных традициях советской эпохи автор с порога заявляет, что «с великим недоумением встретили духовенство и верующие весть об избрании местоблюстителем патриаршего престола... митрополита... Кирилла». Откуда господину Северову ведомо настроение всего духовенства и всех верующих, он, понятное дело, не поясняет. Я, к примеру, подозреваю, что знаком с гораздо более широким кругом и духовенства, и мирян, чем наш «правый комсомолец», однако ни о каком «великом недоумении» и слыхом не слыхивал. Я также впервые слышу, что «уже сейчас многие верующие, священники и даже епископы не возносят имени назначенного Синодом местоблюстителя за богослужением».

Однако при внимательном чтении выясняется, что автор вообще плохо знает предмет, о котором дерзает писать. Я уж не говорю, что ОВЦС он по-прежнему именует Отделом внешних церковных сношений, а не связей, как он именуется с августа, аж 2000 года! Наш неистовый обличитель откуда-то выкопал традицию, по которой должность местоблюстителя «должен был занять либо управляющий Московской епархией митрополит Ювеналий, либо иерарх, занимающий первую после Московской по значению кафедру, т.е. митрополит Киевский и всея Украины Владимир».

В истории Русской Православной Церкви прошлого столетия известны всего пять местоблюстителей. Первым Патриаршим Местоблюстителем стал в апреле 1925 года в силу завещания Святого Патриарха Тихона священномученик митрополит Крутицкий Петр (Полянский). Затем по завещанию митрополита Петра в 1937 году Местоблюстителем стал митрополит Московский и Коломенский Сергий (Страгородский). В мае 1944 года по завещанию Патриарха Сергия Местоблюстителем стал митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий (Симанский). В апреле 1970 года митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен (Извеков) стал Местоблюстителем согласно «Положению об управлении Русской Православной Церковью» от 1945 года, как старейший по хиротонии постоянный член Священного Синода (а вовсе не как управляющий Московской епархией). И, наконец, в мае 1990 года согласно Уставу РПЦ 1988 года тайным голосованием Местоблюстителем был избран Филарет (Денисенко).

Итак, трое из пяти иерархов стали местоблюстителями по завещанию, один автоматически по упомянутому «Положению» и один избран тайным голосованием. О какой же традиции может идти речь?

В строгом соответствии с «Уставом об управлении Русской Православной Церковью» в редакции 2000 года на заседании Священного Синода, прошедшем 6 декабря под председательством старейшего по хиротонии его постоянного члена митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира, тайным голосованием (двумя третями голосов!) Патриаршим Местоблюстителем был избран митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

И все же, чем столь не угоден «правым комсомольцам» владыка митрополит? Оказывается тем, что «негативное отношение к этой кандидатуре сформировалось как у внешних, так и у «внутренних», т.е. верных чад РПЦ».

Кто же эти внешние, чье мнение столь авторитетно для господина из «Правой.ru»? А это, оказывается, некие анонимные «журналисты», которые чего-то там «установили». Как же так, на основании столь важного «свидетельства внешних» Вы, милостивый государь, обзываете Патриаршего Местоблюстителя наиболее «скандальной личностью во всей нашей иерархии» и не приводите ни одного имени пресловутых свидетелей?! Что ж придется напомнить забывчивому господину Северову имя его главного свидетеля - Сергей Сергеевич Бычков, журналист желтого «Московского комсомольца», уже много лет регулярно льющий грязь на владыку Кирилла. Могу также засвидетельствовать, что как человек, много лет лично знающий данного журналиста, священная ненависть Сергея Сергеевича к Смоленскому митрополиту далеко не столь бескорыстна, а во многом инициируется из известного источника, который ради пользы церковной я упоминать не стану.

Ну а кто же у нас выступает от имени верных? Так как и тут мы никаких имен не видим, то получается это сам господин Северов. Не знаю как кто, а я бы такого «верного» гнал из Церкви поганой метлой!

Заканчивается же данный опус традиционной для советской журналистики апелляцией к государству, для которого «последствия воцарения м. Кирилла... окажутся довольно неблагоприятными».

Все это было бы смешно, если бы, как говорится, не было столь грустно. Ведь подобные пасквили не имеют ничего общего ни с «правой верой», ни с «правым словом», ни тем более с «правым делом» - священными понятиями, до сих пор украшающими стартовую страницу «Правой.ru».

Защитник требует слова


Разобрав аргументы общественных обвинителей, считаю своим нравственным долгом выступить общественным защитником владыки Кирилла. В отличие от наших горе-ревнителей, я буду говорить лишь о том, что сам видел, сам слышал, и чему сам был свидетелем.

Хочу особо оговориться, что как человек, лично знающий всех постоянных членов Священного Синода, каждого из них считаю достойным возглавить нашу Святую Церковь и о каждом из этих выдающихся иерархов готов написать отдельную статью.

Так что, мое слово в защиту Патриаршего Местоблюстителя не преследует каких-либо «предвыборных» целей, а вызвано лишь желанием показать, сколь опасно судить о человеке, основывая свое мнение на разобранных выше интернет-свидетельствах.

Правое дело


Впервые я увидел тогда еще архиепископа Кирилла в 1983 году на конференции в Издательском отделе, посвященной итогам завершившейся Генеральной Ассамблеи ВСЦ в Ванкувере. Помню свое впечатление от выступления молодого ректора Ленинградских духовных школ. Каждое слово его яркого доклада весьма прозрачно намекало, что Церковь должна использовать любые внешние контакты для укрепления своего внутреннего положения.

Наше знакомство состоялось семью годами позже, когда в качестве корреспондента газеты «Московский церковный вестник» я был приглашен в Смоленск на первый выпуск Смоленского духовного училища - одного из первых духовных училищ, открытого в возрождающейся Русской Церкви. Уже тогда меня не покидало ощущение, что я общался с одним из самых талантливых православных иерархов.

Осенью следующего 1991 года мы больше недели провели в составе делегации Святейшего Патриарха, посещая Александрийский и Антиохийский Патриархаты.

Однако по-настоящему знаковой стала наша встреча весной 1993 года, когда митрополит Кирилл пригласил меня на беседу в Отдел внешних церковных сношений. Вначале мы говорили о «Московском церковном вестнике», переживавшем не самые легкие времена. Затем речь пошла об общественных проблемах. Я твердо заявил, что являюсь убежденным монархистом. Владыка сказал, что уважает мои взгляды, сам им симпатизирует, но для того, чтобы монархическая идея стала востребованной надо много и упорно работать. Не могли мы не коснуться и приближавшегося тогда 75-летия мученической кончины Царской Семьи. Помню, что митрополит особо подчеркивал важность законодательного осуждения цареубийства. Не случайно, что эта мысль была затем включена в известное Обращение Священного Синода, которое готовили сотрудники ОВЦС.

Обстановка в стране становилась все тревожнее и тревожнее. Вечером 21 сентября во время всенощного бдения под праздник преподобного Иосифа Волоцкого я узнал, что Б.Н.Ельцин подписал указ о роспуске Верховного Совета РФ и Съезда Народных Депутатов. По целому ряду причин 23 сентября я отправился в Белый Дом. Там я встретил множество своих друзей и знакомых по патриотическому движению и понял, что просто не смогу их покинуть. Однако мне не хотелось действовать самочинно, поэтому я решил запросить мнение Священноначалия. Святейший Патриарх и митрополит Кирилл находились в США, поэтому я позвонил священнику Всеволоду Чаплину и попросил его связаться с владыкой митрополитом, чтобы узнать, нет ли у него возражений против моего нахождения в здании Верховного Совета. Возражений не было, и я остался там до самого трагического утра 4 октября.

Десятичасовое ожидание смерти жутко измотало меня, все же когда альфовцы вывели меня на улицу, я решил ехать в ОВЦС, не будучи до конца уверенным, примут меня там или нет. И вот около шести вечера с мрачным видом я вошел в приемную Председателя ОВЦС. «Как о Вас доложить?» - спросила испуганная секретарша. «Иеромонах Никон из Белого Дома», - ответил я не очень дружелюбно. Через минуту дверь распахнулась, и я вошел в кабинет, где помимо митрополита Кирилла находился и митрополит Ювеналий. Я еще не успел открыть и рта, как владыка Кирилл заключил меня в свои объятия. «Как хорошо, что ты остался жив! Ты вел себя, как настоящий священник», - этих слов владыки я не забуду никогда. Благодаря им я не сломался и сумел остаться нормальным человеком.

Пять лет спустя я вновь ощутил поддержку этого удивительного человека. Шла подготовка к Учредительному съезду Движения «За Веру и Отечество». По всему выходило, что для консолидации рядов мне придется его возглавить. Однако меня смущало, что мне придется оказаться во главе политической организации. С огромным волнением я позвонил митрополиту Кириллу и просил о срочной встрече. «Будьте у меня завтра в 11-30», - достаточно сухо ответил он.

«Куда ты лезешь? Ты что, хочешь повторить судьбу Якунина?» - весьма резко начал владыка Кирилл. Однако довольно быстро мне удалось объяснить, что ни в какую Думу я избираться не собираюсь, что речь идет о временном возглавлении организации на период ее становления. «Мы должны разработать реальный механизм восстановления прерванного правопреемства от Российской Империи», - подчеркнул я. «Что ж - это разумно, это я поддерживаю», - ответил Владыка. И затем в течение двадцати минут мы в подробностях обсуждали компромиссную форму моего участия в Движении. В итоге я был избран Главой Движения с чисто представительскими функциями, а реальная власть сосредотачивалась в Руководящем Центре организации. Недавно мы отметили десятилетие Движения «За Веру и Отечество». Оно уже давно не политическое, и я уже более семи лет не его глава, но все мои соратники с сыновней признательностью вспоминают ту неоценимую поддержку, которую нам оказал при нашем становлении Председатель ОВЦС.

Нельзя не сказать о выдающейся роли, которую сыграл Отдел внешних церковных связей и его Председатель в разработке и принятии «Основ социальной концепции Русской Православной Церкви» 2000 году. Для всех русских монархистов огромной радостью стало включение туда тезиса, что монархия, как власть, имеющая своим источником Бога, гораздо выше республики, опирающейся на волю людей.

Всем, кто пытается представить митрополита Кирилла ярым экуменистом, неплохо было бы помнить, что именно по инициативе Его Высокопреосвященства июньский Архиерейский Собор принял определение, которое прямо объявляет «недопустимым участие православных в литургических действиях, связанных с так называемыми экуменическими или межконфессиональными богослужениями».

И, наконец, самый главный момент, которому я также был свидетелем. Апрель 1992 года. В Москве проходит Архиерейский Собор, рассматривающий обращение украинского епископата о предоставлении автокефалии Украинской Православной Церкви.

Проходящая достаточно бурно дискуссия продолжается уже несколько часов. Наконец один из архиереев говорит, что раз решение предшествующего Собора о даровании УПЦ самостоятельности во внутреннем управлении вызвало столько нестроений, то стоит подумать о его отмене. «Коль здесь пошла уже речь о самостоятельности Украинской Церкви, мне на таком Соборе делать нечего»! - заявляет из президиума митрополит Филарет (Денисенко) и начинает демонстративно медленно складывать в дипломат свои бумаги. «Да мы уходим», - раздаются голоса еще нескольких украинских архиереев, также вскочивших со своих мест. В зале повисает напряженная тишина. В этой тишине вдруг раздается негромкий голос митрополита Кирилла: «Прежде чем еще кто-то встанет, я хочу, чтобы все задумались над тем, что происходит. А происходит самое страшное - раскол Церкви, за который нам всем придется ответить. Поэтому я предлагаю всем вернуться и продолжить работу». И произошло чудо, митрополит Филарет и его сторонники вернулись в зал.

Почти всю последующую ночь митрополит Кирилл провел в переговорах с различными группами украинских архиереев, результатом которых стало решение митрополита Филарета добровольно покинуть пост главы УПЦ.

Утром совершалась литургия в Успенском соборе Кремля. Шло прославление ряда российских новомучеников. Почти все находившиеся в алтаре вышли на солею и внимательно слушали митрополита Ювеналия, читавшего Деяние о канонизации.

Чтобы лучше слышать, я как иподиакон решил встать с внутренней стороны царских врат. Внезапно мимо меня в алтарь стремительно вошел митрополит Кирилл, взошел на горнее место, присел на скамью, снял митру, снова встал, сделал несколько шагов в сторону жертвенника и пошатнулся. В последнюю минуту мне и подоспевшему покойному иподиакону архиепископа Рижского Александра удалось подхватить Владыку под руки и бережно опустить на пол.

Митрополит был без сознания. Машина реанимации прибыла в собор через долгих двадцать минут! И если бы не умелые действия вызванного кем-то покойного митрополита Венского Иринея (профессионального врача), возможно, мне бы не пришлось писать данную статью. «Умереть в Успенском соборе не так уж плохо», - первое, что сказал митрополит Кирилл, придя в сознание...

Все последующие шестнадцать с половиной лет нынешний Патриарший Местоблюститель ни разу нигде не упоминал об этом случае, явив себя настоящим Пастырем, лишенным суетного тщеславия.

Готовность пожертвовать своей жизнью ради единства Церкви есть лучшее свидетельство для любого православного человека. И потому, пусть те, кто дерзают хулить владыку Кириллу, сея среди народа Божия разделение и смуту, еще раз задумаются, кому и чему вольно или невольно они служат. Задумаются, помолятся, или хотя бы помолчат, чтобы не мешать Церкви выполнить ответственную миссию по выборам нового Предстоятеля.
Иеромонах Никон (Белавенец), духовник Общероссийского общественного движения «За Веру и Отечество» и Московского Георгиевского отдела Российского Имперского Союза-Ордена, член Малого Административного Совета Российского Дворянского Собрания


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме