Разговор в звенящей тишине

Именно такой разговор по душам состоялся не так давно между студентами Калужской Духовной семинарии, жителями Калуги и известным писателем, участником войн в Афганистане и в горячих точках бывшего СССР, лауреатом литературных премий, автором книг "Живый в помощи" и "Из рода в род" Виктором Николаевым.

1. Писатель, не похожий на писателя


Автор: Внешне этот человек совсем не похож на маститого писателя, отягощенного славой и связанными с ней регалиями. Он - среднего роста, говорит тихо, спокойно, без пафоса, как настоящий военный - немногословно, но по делу, по сути. Взгляд карих глаз - такой же спокойный, теплый, проникновенный.

Писатель Виктор НиколаевНебольшая залысина делает его смахивающим, на первый взгляд, на человека сугубо штатского... Но этому штатскому в силу его богатейшего жизненного опыта есть столько и чего сказать нам, читателям его книг, что любая аудитория невольно замолкает, когда майор в отставке, алтарник одного из московских храмов Виктор Николаев начинает вести с ней трудный духовный диалог.

Тюрьма и война - вот две главные темы, которые сегодня больше всего волнуют Виктора Николаевича.

Виктор Николаев: Сегодня нет в России ни одной семьи, ни одного рода, которого бы тюрьма или война не касались бы прямо или косвенно. Почему я взялся за эти темы? Потому что через меня прошли четыре войны: Афганистан, Карабах, Сумгаит, Тбилиси.

А потом я взялся писать о тюрьме. Книга имеет название "Из рода в род" - о родовом грехе. Причина моего интереса к тюремной теме такова: два моих деда по отцу и по матери - Герои Советского Союза, а родной брат имел две тяжелые судимости за разбой и в итоге был убит. Поэтому война и тюрьма мне знакомы не понаслышке.


Автор: "От сумы да от тюрьмы не зарекайся..." "Кому война, а кому - мать родна..." Чувствуете, как даже в поговорках - своеобразной словесно-генетической памяти русского народа - запечатлелись эти темы? А все потому, что в России, граничащей с Богом, каждый ее житель постоянно стоит перед выбором между добром и злом, между вечной смертью и Вечной Жизнью с Господом. Один неверный шаг, и ты - на скользкой дороге, которая может привести известно куда...

Вот об этом, в общем-то, и шел разговор Виктора Николаева со слушателями. Он рассказывал, а перед моим мысленным взором, как живые, вставали сцены из его книг.

2. Боевое крещение... в Сибири


Виктор Николаев: Моя судьба - такая же, как и ваша. После окончания школы я поступил в военное училище. И там произошло важное событие в моей жизни.

Шел 1978 год. Я учился на втором курсе. Через Урал шел эшелон с призывниками-чеченцами. Их было около 300, и они внезапно взбунтовались под Челябинском. От того, что их не смогли усмирить, поезд перегнали на конечную точку маршрута - город Сибирск. Под таким названием он идет в книге "Живый в помощи", а на самом деле это город Курган в Западной Сибири.

В пути от Челябинска до Кургана были убиты все проводники, в том числе, женщины, и бандиты уже по крышам вагонов добирались до локомотива, до машинистов.

К счастью, они не успели. Эшелон прибыл в Курган, его загнали в тупик. И впервые наше училище подняли по боевой тревоге. Вы знаете, когда происходят какие-то серьезные изменения, и тебе говорят, что это смертельно опасно... Даже мы, тогда 18-летние, сразу поняли, что нас поднимают на боевые действия. И мы впервые в жизни одевались спокойно, быстро, без суеты, получали боевое оружие, патроны.

Нас построили на плацу, и перед нами выступал начальник КГБ области. Этот пожилой генерал вышел перед курсантами, снял шапку и сказал: "Сынки, я вас прошу: усмирите эту вакханалию. Всю ответственность беру на себя". Это было по-отцовски сказано. И мы выполнили даже не столько приказ, сколько его отцовскую просьбу. Не прошло и сорока минут, как весь эшелон был загнан в вагоны
.

Автор: Впервые мальчишки-курсанты осознали во всей полноте смысл своей жестокой, суровой, но необходимой профессии - защищать. И главным их оружием были не автоматы и патроны, а сила духа, сила благородного гнева и сострадания к тем, кого пришлось вырывать из лап разбушевавшихся двуногих зверей. Все прекрасно понимали, что на месте этих пострадавших могли оказаться их собственные близкие...

3. Огненный Афганистан


Автор: По окончании училища Виктор Николаев с однокурсниками был направлен в Закавказский военный округ, а оттуда - в Афганистан. То, что тогда официальные власти СССР называли "интернациональной помощью братскому народу Афганистана", на самом деле было войной. И наши бойцы и офицеры занимались там не только постройкой домов и дорог и посадкой деревьев, как это расписывало советское телевидение, а другим, опасным делом...

Виктор Николаев: Нашу группу перебросили в центр Афганистана, где мы летали вместе с боевым вертолетчиком Николаем Майдановым, дважды Героем Советского Союза. Нас было 11, и в нашу задачу входили поиск и спасение терпящих бедствие или попавших в плен, а также - уничтожение вражеских групп. Это была в буквальном смысле борьба за жизнь. Тем, кто об этом читает книги или смотрит документальные фильмы, это кажется чем-то необычным. А на самом деле это обыкновенная профессия.

Автор: Разъясним, что скрывается за словами Виктора Николаева "обыкновенная профессия". Это и постоянные рейды в горы на помощь попавшим в окружение десантникам, и вывоз под огнем противника раненых на базу, и постоянный риск самим оказаться в положении тех, кому помогаешь... С точки зрения христианской, православной "обыкновенная" армейская профессия да еще в боевых условиях - это большая школа мужества, самопожертвования и заботы о ближнем. И часто там случаются совершенно невероятные вещи...

Виктор Николаев: Задача была такова: найти бандгруппу, о которой разведка доложила с ночи, взять на борт наших ребят, некоторое количество пленных тоже взять с собой (лишних пленных мы уничтожали)...

Когда подлетели к району десантирования, оказалось, что сесть невозможно. Слишком узкой была горная площадка, на которой закрепилась и отстреливалась наша группа. А висеть под обстрелом вертолету тоже было нельзя. И тогда экипаж разогнался до 300 км/ч, и несколько человек с высоты 300 метров спрыгнули к нашим десантникам. Быстренько собрали своих, пересчитали по головам (часто у многих не хватало рук и ног). Погрузились.

Но когда заходили на посадку над своим аэродромом, на четвертом развороте одна из двух душманских ракет попала в несущий винт, другая - в хвостовую балку, и в результате винт отлетает, хвост отлетает, и мы падаем на свое же минное поле и подрываемся. Некоторые, в том числе и я, вылезли из вертолета, на коленях, все в грязи, в крови...

Моя жена в это время находилась на расстоянии в несколько тысяч километров от меня. И такое состояние беспокойства за близкого человека в подавляющих случаях свойственно только женщине. И когда я вылез из вертолета и ползал на четвереньках по минному полю, она в эту минуту интуитивно стала читать молитву, которую машинально придумала сама. Когда мы позже сравнили, она была похожа чем-то на молитву "Отче наш"
.

Автор: Молитва жены еще не раз будет вырывать Виктора Николаева из лап смерти. Но возможно, что именно описанный случай и стал первым толчком к тому, чтобы он задумался о существовании Бога и Его Промысла о каждом живущем на земле...

Сейчас можно часто слышать о том, что на войне неверующих нет. Человек воюющий знает, что постоянно ходит по острию кинжала: какой-то один миг, случайная пуля, - и тебя нет на этом свете! А на тот с грязной душой идти никому не хочется.

Во время одного из боевых вылетов группа Николаева была блокирована душманами в горах. Спасения, казалось, нет. Бойцы заняли круговую оборону и приготовились дорого отдать свои жизни. И вдруг произошло то, чего никто никак не ожидал. Прощаясь друг с другом, ребята начали... каяться! Конечно, не словами православного покаяния, но, тем не менее, простыми, чистыми, идущими глубоко из души, от сердца: "Леша, я вот взял у тебя вещь и не отдал. Прости мне...", "Вить, прости мне плохие мысли о тебе...", "Санек, помнишь, мы поругались? Извини, если сможешь...". И так далее... В этот момент не было различия между офицерами и рядовыми. Все были людьми, братьями. Все были равны перед смертью.

И как в награду за это покаяние Господь дал им возможность выжить! Группа, пусть с потерями, но отбила все атаки врага. Ее подобрал наш вертолет.

Самый главный урок, который вынес Виктор Николаев из этой ситуации и вообще из войны, - все в жизни человека имеет свою цену. Нет такого дела или поступка, за который мы с вами не несли бы ответственности.

4. Ответственность, покаяние и наказание


Эта тема является главной в последней книге Виктора Николаева "Из рода в род". Книге о жизни в тюрьме.

Виктор Николаев: Когда при подготовке этой книги у меня были встречи с заключенными, на тему о войне и тюрьме хорошо высказался один очень старый зек. Он тоже воевал. Он говорит: "Тюрьма - это война. Видишь, у меня на щеке большой шрам? Это война. А на спине большой шрам - это тюрьма. Эти шрамы не болят, не кровоточат. Но они оставлены на мне Богом, чтобы я, постоянно их видя, не получил новых из-за своих грехов".

Надо набраться мужества и осознать, с какой целью посылаются такие скорби, как тюрьма и война. И только после этого можно встать на путь исцеления. Ведь нередко бывают такие случаи, когда человек впадает в истерику и начинает себя убеждать в том, что его вины в этом нет. Я убежден, что ни в чем неповинных людей не бывает. У каждого человека всегда есть своя вина.

Даже тогда, когда мы выходим из транспорта, кого-то задели, человек рассердился, а мы не извинились, - это тоже вина.

Иногда говорят: "Бесплатный сыр бывает только в мышеловке". Один заключенный мне сказал: "Передай на волю, что бесплатного сыра в мышеловке не бывает, потому что крыса за него платит жизнью". Поэтому все, что бы с нами ни происходило, всегда имеет определенную цену. Даже день проведенный всегда вечером должен оцениваться с точки зрения того, как он прошел, все ли сделано правильно, в соответствии с совестью.


Автор: Все, что говорил Виктор Николаев, обращено, прежде всего, к современной молодежи. Поэтому мне было интересно узнать, как сами молодые воспринимают подобные беседы. Об этом я спросил у ученика калужской общеобразовательной школы N 25 Егора Карпова.

Автор: Твои первые впечатления от встречи с Виктором Николаевым?

Егор Карпов: Когда обычно видишь людей, прошедших войну, у них острые черты лица, но глаза потухшие. А у этого человека глаза горящие. То есть видно, что он прошел войну, но он - человек живой. Он живет и хочет что-то дать людям.

Автор: А для тебя что-то дала встреча с ним?

Егор Карпов: Да, я много узнал об Афганистане, взял книгу "Живый в помощи", буду читать, размышлять на эту тему. Но в основном я узнал автора. Ведь как говорилось на встрече, если ты не знаешь автора, то не сможешь понять его произведение.
Этих людей - "афганцев" - стали забывать. И книга "Живый в помощи" вновь возбудила интерес к этой войне, напомнила, что люди все-таки прошли ее, и у них остались физические и душевные травмы
.

Автор: Получается, что книги Виктора Николаева - о памяти и об ответственности. Без памяти о делах прошлых - героических или им полярно противоположных - нет ответственности за будущее. И молодежь, читающая книги Николаева и видящая личный пример их автора, хорошо понимает это и впитывает в себя, как губка. И в этом - главный смысл и значение писательского и человеческого подвига и творчества Виктора Николаева.
Впервые опубликовано в калужском епархиальном журнале "Православный Христианин"

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Димитрий Арсентьев:
Птенец Калужского духовного гнезда
Беседа со священником Виктором Ястремским
09.06.2007
С чего начинается Родина?
Репортаж из калужской школы родиноведения
02.06.2007
Все статьи автора
Последние комментарии
Нельзя осуждать суррогатное материнство
Новый комментарий от Виктор Васильевич
09.12.2019
«Слова "ад", "смерть без покаяния" нас не прошибают»
Новый комментарий от Советский недобиток
11.12.2019
Александр Проханов: «Это день волшебный!»
Новый комментарий от Oldman1312
09.12.2019
Еще раз о могиле «екатеринбургских останков»
Новый комментарий от Наталия 2016
10.12.2019
Модернистские потуги или обыкновенное невежество?
Новый комментарий от София7
05.12.2019
Убогая кураевская методология
Новый комментарий от Oldman1312
09.12.2019
Заработала авторизация и форум
Новый комментарий от Разработчик РНЛ
04.12.2019