Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Побежденные презирали победителей...

Станислав  Куняев, Русская народная линия

23.08.2006


Отрывок из книги "Русский полонез" …

От редакции: В конце августа в новой серии "Старая Гвардия" издательство "АЛГОРИТМ" выпускает книгу известного литературоведа, писателя, главного редактора журнала "Наш современник" Станислава Юрьевича Куняева "Русский полонез". Сегодня мы предлагаем читателю отрывок из этой книги.
В своей книге С.Ю.Куняев обращается к проблемам взаимоотношений между русским и польскими народами. По мнению автора, русские всегда являлись для польской элиты людьми низшего сорта, с которыми она и обращалась соответствующим образом. Презрение, доходящее до высших пределов, известное как гонор - вот чувство, характерное для поляков, когда они говорят о своих восточных славянских братьях. Между тем, польская шляхта и польская интеллигенция, как доказывает это автор, сами являлись носителями далеко не лучших человеческих качеств, что показывает весь ход польской истории. Книга дополнена классическим сочинением митрополита Вениамина (Федченкова) "Духовный лик Польши", проанализировавшим эту же проблему еще в 1939 г.
Книга будет представлена 8 сентября в 16 часов в рамках Московской международной книжной выставки-ярмарки на стенде издательства "АЛГОРИТМ" (павильон N57, место F14)
.

Вот уже больше года в нашу редакцию бесплатно поступает журнал "Новая Польша". Нет, он отнюдь не русофобский, многие его публикации стремятся к тому, чтобы русские и поляки засыпали старые рвы недоверия и неприязни, чтобы задумались о будущем и перестали жить прошлыми страхами и национальными страстями.

Но делают они это странным образом. Девяностолетний патриарх польской литературы, нобелевский лауреат Чеслав Милош публикует в 7-м номере журнала за 2001 год свой короткий, но блестяще написанный фрагмент под названием "Россия" из книги "Родина Европа". Милош хочет разобраться в истоках нашей нелюбви друг к другу.

"Начало всему - шестнадцатый и семнадцатый век. Польский язык - язык господ, к тому же господ просвещенных, - олицетворял изысканность и вкус на востоке до самого Полоцка и Киева, Московия была землей варваров. С которыми - как с татарвой, вели на окраинах войны..."

Польские авторы той эпохи, по словам Милоша, отмечают у подданных русского царя "склонность нарушать данное слово, коварство. Они же высмеивают дикость их обычаев".

"Поляки так или иначе ощущали свое превосходство. Их бесило какое-то оловянное спокойствие в глубине русского характера, долготерпение русских, их упрямство..."

"Свое поражение в войне поляки встретили недоуменно... Побежденные презирали победителей, не видя в них ни малейших достоинств".

Одним словом, поляки - это культурные западные люди, а русские московиты - варвары, азиаты, почти "татарва"...

Упаси Бог, я не утверждаю, что сам Милош разделяет эти взгляды. Он просто фиксирует их наличие в польском мировоззрении тех времен. Да и нет во взглядах такого рода ничего нового для человечества. Точно так же относились испанцы к индейским племенам Центральной Америки, а несколько позже англосаксы к североамериканским индейцам, французы к арабам, японцы к китайцам и корейцам, а немцы не только к северным славянским и прибалтийским племенам, но и к самим полякам.

Но, как говорится, куда конь с копытом, туда и рак с клешней. Поляки, во всем подражая западным культурным соседям, искали своих "недочеловеков" на Востоке. Они не задумывались о том, что "нецивилизованных" народов на земле нет, - есть просто разные цивилизации.

О том, каковыми показали себя наши соседи-славяне в эпоху русской Смуты, писал боярин Федор Шереметьев в 1618 году, после освобождения Москвы от "просвещенных, - по словам Чеслава Милоша, - господ" (а Милош - этого забывать нельзя, для нынешних поляков как для нас Пушкин, "ихнее - все"):

"Разнузданный солдат ваш не знал меры в оскорбительных излишествах: забрав все, что только было в доме, он злато, серебро (...) пытками вымогал. Увы! Смотрели мужи на насилие над любыми им женами, матери - на бесчестие несчастных дочерей. Свежа еще у нас о распутстве вашем и разнузданности память(...) Вы растравляли сердца наши оскорбительным презрением. Никогда соплеменник наш не был вами называем иначе, как же - москаль, вор и изменник. Даже и от Храмов Божиих не умели вы рук ваших удержать..."

Две эти взаимоисключающие точки зрения на поляков - как на "просвещенных западных господ, цивилизаторов" и "грабителей, мародеров, колонизаторов", зародившись в XVII веке, дожили до сегодняшнего времени. Поэт Давид Самойлов, солдат Великой Отечественной, освобождавший Польшу, пишет, к примеру, в книге воспоминаний так:

"Русская нация во многом, может быть, благодарна польской... В бурные времена исторические деятели России тянулись к татарщине, азиатскими методами решали насущные вопросы времени. В тихие же времена Михаила и Алексея Польша была ближайшей станцией европейской цивилизации".

Но человек польской крови, писатель Мариуш Вильк, путешествовавший в 2000 году по нашему Северо-Западу, в очерке "Карельские тропы" несколько иначе описывает цивилизаторскую деятельность своих предков в "тихие времена Михаила":

"Поодаль торчит на полсажени из воды остров Городовой, овеянный легендой о польских "панах". Осенью 1613 г. польско-литовские отряды Тушинского вора, разбойничавшие в заонежских погостах, под командой пана Барышпольца и Сидора двинулись на Холмогоры. После шестидневной неудачной осады холмогорской крепости "литовские воры" отступили, обогнули Архангельск, по пути разорив Николо-Карельский монастырь; возвращаясь, сожгли несколько поморских сел, перешли по льду Онежский залив, безрезультатно осадили Сумский острог, снова напали на заонежские погосты, пытаясь взять Шунгский острог, но, получив отпор, были биты под Толвуей... В марте 1614 г. русские войска окончательно разгромили отряды пана Барышпольца у реки Сермяксы, а остатки отрядов пана Сидора ушли в карельские леса. И в карельские легенды... Одна из них гласила, что "паны" жили на Городовом, откуда нападали на ближайшие деревни, брали крестьян в рабство и грабили до тех пор, пока их старый Койко на Падун не послал - за кладом. На порогах Падуна "паны" нашли свою смерть" ("Новая Польша", 2001, N 2).

Но, может быть, к покоренным народам (к "быдлу") подобное отношение в те жестокие века было обычным, а в отношениях друг с другом шляхтичи были образцами благородства, рыцарства, галантности, европейской воспитанности, словом, личным примером и светочем для русских варваров? Наверное, я и остался бы пребывать в столь обычном заблуждении, если бы не попала мне в руки редкая книга - "Записки Станислава Немоевского", изданная в 1907 году в России. Автор - знатный шляхтич, обучался в Италии, по возвращении стал видным польским дипломатом при королевском дворе, а в 1606 году отправился в Москву, чтобы продать по просьбе Анны, сестры Сигизмунда III, царю Лжедмитрию I, уже сидевшему на московском престоле, шкатулку, наполненную, как пишет Немоевский, "бриллиантами, перлами и рубинами". Лжедмитрий радушно принял посла-коммивояжера, восхитился драгоценностями, но купить их для Марины Мнишек не успел, поскольку был убит на другой день русскими заговорщиками. После его смерти по всей Москве начались польские погромы, и взошедший на трон Василий Шуйский, дабы спасти знатных поляков от мстительных москвичей, выслал их, а говоря современным языком, "интернировал" в количестве ста шестидесяти душ в городишко Белозерск на Вологодчину. Конечно, жилось там благородным и культурным шляхтичам среди диких варваров (вепсов и русских) несладко. Острог и курные избы для жизни были худые, тесные, грязные, питание плохонькое. Словом, жили они не лучше, чем наши военнопленные в польских лагерях после нашего поражения в 1919-1920 годах, много хуже, чем интернированное польское офицерство в советских лагерях 1939-1941 годов. Недоедали, умирали от болезней. Правда, жили без охраны. Но куда убежишь с берегов Белого озера? Кругом непроходимые леса да болота. И стали тогда грамотные шляхтичи засыпать царя Василия Шуйского челобитными посланиями, умолять "о хорошем содержании и снабжении достойными кормами" и о скорейшей отправке их на родину... Из Москвы им приходили ответы, что московская земля разорена, что воровских банд по ней шляется много, и что пока невозможно ни содержания улучшить, ни домой отправить... И тогда среди шляхты начались раздоры. Какова была там шляхетская элита и стояла ли она выше "варваров", о чем не раз говорит Чеслав Милош, можно судить из одной дневниковой записи Немоевского, сделанной летом 1607 года.

"Так как мы жили по своей воле, внимания ни на кого не обращали, то между нас открылся страшный разврат: хвастанье нарядами, банкетами, забавами, танцами (и это среди крайнего недостатка, нужды и заключения), наговорами одного на другого, взаимным язвлением и сплетнями, писанием пасквилей друг на друга, без всякой пощады кого-либо. К тому надо присоединить картежничество, повальное пьянство, без мысли о страхе Божием, без внимания к великим праздникам, постам и дням, установленным для покаяния. И если бы еще упивались чем, а то скверной горелкой, смешанной с дрянным пивом. И для этой цели продавая одежду с себя или со слуги. Вследствие всего этого частые ссоры, раздоры, споры, пересылки о поединках и вызовы на поединки, драки, поранения, гнусный блуд, прелюбодеяния, paracidia - мать порезала на куски свое дитя и побросала на крышу, желая скрыть свой разврат и блуд, - и иные гнусные грехи, о которых по омерзительности их и по брезгливости перед Богом и вспоминать-то не годится, и стыд не допускает; наконец, свершилось и ужасное душегубство: убийство в святой пасхальный день палкой в голову безоружного, сзади, шляхтича в тюрьме и по вздорному поводу. Присоединим кражи друг у друга и взаимные ограбления сундуков".

Впечатляющие образы культурных, почти западных людей... Но богобоязненный христианин шляхтич не был бы шляхтичем, если бы после этих честных записей не добавил, что это все - Божье наказание за то, что "заключение и мучение, что вынесли мы от столь подлого народа, нас не угомонило..." Этот же русский народ в записках Немоевского именуется "варварским", "злым", "животным" и, конечно, "быдлом"...

Знатный шляхтич в своих записках горевал, что ему с высокородными панами приходится терпеть "от народа, вероятно самого низкого на свете, самого грубого и не способного к бою, не обученного в рыцарском деле, у которого нет ни замков, ни городов, ни доблести, ни храбрости"...


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме