Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

Белорусский феномен

Григорий  Стельмашук, Русская народная линия

20.04.2006


Начало

Русь Белая, она же Литва

Ученые уже два столетия ломают копья в спорах о происхождении названия "Белая Русь", "Белоруссия". Объяснений много, но только одно из них убедительно. "Белая Русь" означает Русь свободную, не зависимую ни от кого. Напомним, что с давних времен у славян белый цвет означал полную самостоятельность, имеющие льготы слободы и городские места так и назывались - белыми слободами и белыми местами.

750 лет тому назад Русь, разделенная на множество удельных княжеств, была опустошена нашествием Батыя и вынуждена была платить дань Золотой Орде (не правда ли, как похоже на современность - разодранная на удельные президентства страна оказалась зависимой от новой Золотой Орды, то есть "мирового сообщества" во главе с США). И только земли нынешней Белоруссии (Полоцкое и некоторые другие, более мелкие княжества) и Смоленщины оказались недоступными для монголо-татар и счастливо избежали вторжения. Вероятно, потому эта часть Руси и получила поэтическое имя Белой Руси, что "обелена", избавлена от дани хану и татарских набегов.

Интересно, что в XVI веке, когда Москва уже твердо взяла под свою высокую руку почти все великорусские земли, а от татарского ига остались лишь воспоминания, великие князья и цари московские также пытались именовать подвластные себе земли Белой Русью.

Вот какие сведения сообщали о Московии некоторые зарубежные путешественники. Так, в донесении о путешествии Ченслера в Москву сказано: "Московия, она же и Белая Руссия, обширнейшая страна сопредельная со многими народами".

Да и древние поляки, предки нынешних польских крикунов, также называли Московское царство Белой Русскою землею. Так архиепископ Гнезненский, Иоанн Ласский, в своем донесении, представленном Латеранскому собору в 1514 году, исчисляя разные племена русских, называет москвитян Белою Русью.

Александр Гваньини, современник великого князя Ивана Васильевича IV писал: "Московия, в просторечии Москва, обширнейший город, столица всей Белой Руссии, подвластной великому князю московскому".

Кстати, в народном фольклоре вплоть до начала ХХ века русского царя обычно называли Белым Царем, подчеркивая его самодержавие и независимость от всех иных земных властей.

И все же Белой Русью навсегда стала не Московия, а другая русская земля. Имя "Белая Русь" окончательно утвердилось за ней в XIV-XVI веках. Но обычно устоявшиеся названия исторических регионов имеют многовековую традицию. Независимые от хана земли, вероятно, уже в первые десятилетия после батыева нашествия, получили прозвище Белой Руси.

Строго говоря, Белая Русь не избегла татарских набегов. Так, отдельные татарские отряды прорывались через полесские болота и леса на земли Белой Руси, но бывали уже настолько ослаблены, что неизменно терпели поражение. Так, поздней осенью 1246 года татары нападали на Пинск, Слоним, Туров, Друцк. В 1249 году татары под командованием Койдана вновь проникли на Белую Русь, но были разгромлены литовским князем Миндовгом (о котором еще поговорим). После победы город Крутогорье, где произошла битва, стал называться Койдановым. Впрочем, в 1932 году Койданов был переименован в Дзержинск. Татарские набеги проходили также в 1257, 1258, 1259, 1275, 1277, 1284, 1287 гг. Впрочем, местные жители оказывали стойкое сопротивление. Так, в 1284 году татарские отряды были полностью разгромлены у деревни Могильно (ныне - Узденский район Минской области). Это было почти за столетие до Куликовской битвы.

И все же (хотя это вряд ли могло утешить жителей разоряемых татарами сел и городов Белой Руси) по сравнению с тем опустошением, которому подверглись земли северо-восточной и южной Руси, которые несколько позднее стали называться соответственно Великой и Малой Русью, полоцкие, минские и туровские земли могли считаться мирными и процветающими. Белая Русь подвергалась набегам, но это было все же несравнимо с тем игом, которое испытывали земли всей остальной, не "белой", подъяремной Руси.

Итак, после батыева нашествия северо-западные княжества Киевской Руси оказались почти не затронутыми вражеским вторжением, и не платили дань хану. Это был один из тех редких случаев, когда народу края повезло больше, чем всей остальной Руси. Неудивительно, что земли свободной, Белой Руси стали плацдармом для освобождения остальных земель Руси от золотоордынского ига. В первой половине XIV века княжества Белой Руси были объединены под властью литовской династии властью Гедемина и его потомков. Возникло сильное государство Великое Княжество Литовское, имевшее все шансы на объединение всех русских земель под скипетром Гедеминовичей.

Каждый любознательный человек, решивший заняться историей и культурой Белой Руси, постоянно будет сталкиваться с проблемой названий. В самом деле, почему Белоруссия довольно долго назвалась Литвой, почему возникло само название Белая Русь, откуда взялся белорусский народ, всю свою историю упрямо считавший и считающий себя частью единого русского народа. Какой-нибудь старательный студент может с удивлением прочитать, что в дореволюционной России к литовским губерниям относили также и Гродненскую губернию, зато к категории "Белоруссия" относилась Смоленщина. Кстати, Смоленск в начале 20-х годов ХХ века едва не стал столицей Белорусской ССР. Если современный россиянин встретит современного литовца, то услышит от него пространные рассказы о том, какой могущественной была Литва в прошлом, границы которой доходили до Черного моря. Этот же литовец начнет с энтузиазмом перечислять имена литовских князей, всяких там Миндаугасов, Альгирдасов, Витаутасов, которые никогда не встречались в русских летописях (а литовских летописей в природе не существовало).

Правда, если наивно спросить любого нынешнего литовца о том, какой язык был государственным в средневековой Литве, то обычно не услышишь ничего конкретного. В самом деле, ну что сказать современному литовцу, свято убежденному в многовековой государственности Литвы, если только в самом конце XVI века, когда уже не было Литовского княжества, было издано несколько книг на литовском, а литовская литература вообще появилась лишь в конце ХIХ века, в Российской империи, а современную азбуку и грамматику ввел лишь около ста лет тому назад Ян Яблонскис. Впрочем, украинские самостийники также утверждают, что Литва была "украинским национальным государством". Но если эти споры услышит поляк, то он заявит, что и никакой Литвы не было, а существовала лишь Польша "от моря до моря". Также поразят любознательного россиянина сведения о том, что вплоть до 1939 года западная Белоруссия, находящаяся под властью Польши, именовалась "Срединной Литвой". (Соответственно, были также и Верхняя, и Нижняя Литва). Все эти терминологические трудности объясняются тем, что в нашей стране, включая все ее претендующие на полную самостийность части, история всегда являлась служанкой политики. И поэтому Россия во всех ее пределах остается страной с непредсказуемым прошлым.

История Великого княжества Литовского, имеющего мало отношения к современной Литве, оказалась одной из самых "скользких" тем в исторической науке из-за политических пристрастий. Московским князьям, а затем и всем их преемникам вплоть до советских лидеров, была неприятна сама мысль, что у Москвы был серьезнейший конкурент на роль "собирателя" русских земель. Царям и императорам России очень хотелось выглядеть освободителями своих западнорусских соотечественников, и поэтому официальные историки предпочитали говорить о том, что некая зловещая "Литва" завоевала русские земли. Советские лидеры в 1920-1930 годы, руководствуясь лозунгом "Сломать хребет русскому великодержавному шовинизму", спешно раскалывали русскую нацию, создавая новые "нации" украинцев и белорусов. Следовательно, приходилось не только ускоренно создавать особый литературный язык, но также и сочинять "историю" новоявленных "наций". Соответственно, необходимо было "научно доказать" отдельность белорусов и украинцев. История Литовского княжества как нельзя лучше подходила для этого обоснования. В Польше, естественно, старались как можно больше удлинить историю Речи Посполитой, приплюсовав историю Литвы к польскому историческому пути. И, наконец, литовцы, страдающие всеми комплексами маленьких наций, вдохновляют себя воспоминаниями о своем великом прошлом, скромно умалчивая о том, что к Великому княжеству Литовскому их предки имеют такое же отношения, как корсиканцы к наполеоновской Франции.

Чтобы не было подобных вопросов, условимся считать Белоруссию (Беларусь или Белая Русь) вместе с Великой Россией (или Великороссией) и Малой Русью (Украиной) частью исторической России. Литвой же будем называть территорию, которую занимало Великое княжество Литовское, средней частью которого была Белая Русь, и в которую входило Смоленское княжество и ряд земель западной части Великороссии, включая Брянск, Стародуб и Вязьму, и в котором нынешняя собственно Литва была лишь незначительной частью.

Пусть же читателя не смущает название "Литва" для обозначения государственной принадлежности земель независимой Белой Руси. Правящая династия происходила из племени литва или аукштайтов, воинственных язычников, впрочем, довольно долго находившихся в зависимости от русских князей. Территория нынешней Гродненской области и района Вильно (Вильнюса) даже получила название Черная Русь, вероятно, из-за преобладания в населении язычников, в отличие от православной и независимой Белой. Кстати, язычниками здесь долго были не только балты, но и местные славяне. Так, в 1346 году языческие литовские жрецы, обеспокоенные распространением Православия, добились от князя Ольгерда казни православных литвинов - Иоанна, Антония и Евстафия. В истории Православия они известны как виленские мученики. Мирские язычески имена казненных были Кумец, Нежило и Круглец, что свидетельствовало об их славянском происхождении. В свои пределы Черная Русь включала треугольник между современными Вильнюсом, Гродно и Минском. Напомним, что именно в этих местах население было этнически смешанным, причем это смешение только усилилось из-за притока беженцев, спасавшихся от крестоносцев. Единого стольного города Черной Руси не было, но уже несколько веков существовали города Новгородок (ныне - Новогрудок), Слоним, Волковыск и ряд других. Их население было этнически и религиозно смешанным, но играли важную хозяйственную роль.

В дальнейшем, как это часто бывает в истории, языческие князьки Черной Руси подчинили себе владения своих прежних сюзеренов, но это было вовсе не создание некоего национального Литовского государства. В Великом княжестве Литовском предки современных литовцев были не только меньшинством, составляя лишь 1/10 часть населения, но отнюдь не были привилегированным меньшинством. Кстати, все подданные Гедеминовичей называли себя литвинами или литвой, если же надо было подчеркнуть свою этническую особенность, то православные славяне называли себя русскими, а язычники (затем и католики) из балтских племен назывались жмудью (от названия самого крупного из литовских племен жемайтов). Современным литовцам, считающим себя цивилизованными европейцами, очень неприятно напоминание, что в белорусском и польском фольклоре существует масса юмористических рассказов о жмуди, напоминающих современные анекдоты про чукчу, а само слово "жмудь" означает у белорусов дикаря или примитивного, ограниченного человека. Когда после отмены крепостного права многие белорусы стали переселяться в Сибирь, то они по привычке стали называть жмудью сибирских аборигенов. Когда в начале ХХ века некоторое количество белорусов переселилось в Южную Америку, то они и индейцев стали называть жмудью. Кстати, хулиганов, пьяниц и драчунов белорусы называют "гедвигой", а то и просто "литвой".

Возникновение Великого княжества Литовского пришлось на время батыева нашествия и начала ордынского ига над большинством русских земель. Полоцкие земли, Турово-Пинское княжество и северная часть Галицко-волынского княжества избежали татарского разорения и ига, но в целом, будучи ослабленными, не смогли возглавить борьбу за вызволение остальных земель. Эту роль взяли на себя представители новой русской династии.

К северо-западу от Белой Руси, где находилась так называемая Черная Русь, в 30-60-х годах XIII века сложилось объединение местных языческих балтских племен под властью своих князьков - кунигасов. Парадоксальным образом в сложении этого объединения главной причиной была агрессия крестоносцев. Отобрав к 1230-м годам у полоцких князей земли ливов, латгалов и куршей крестоноцы рыцари-меченосцы обрушились на жмудь. Одновременно рыцари другого Ордена - Тевтонского, приглашенные в 1226 году польским князем Конрадом Мазовецким для борьбы с язычниками - пруссами, начали завоевание Пруссии, зажав месте с меченосцами литовцев в клещи.

В этих условиях произошло объединение литовцев вокруг князя Миндовга (западные хронисты называли его Мендольфом, а литовские историки ХХ века переименовали его в Миндаугаса). В Черную Русь устремились беженцы из языческих балтских племен, спасавшиеся от крестоносцев, а также переселенцы из русских земель, надеющиеся укрыться за густыми лесами и болотами Черной Руси от татар. В результате в этом скудном лесном крае скопилось множество отчаянных сорвиголов, прекрасно умевших обращаться с оружием. Под властью Миндовга эти пассионарии сумели остановить продвижение крестоносцев. Сам Миндовг сумел создать небольшое, но воинственное княжество со столицей в городе Новгородок (Новогрудок), получившее название Литва. Миндовг вполне мог считаться русским князем. Он имел союз с Александром Невским, выдал свою дочь за сына Даниила Галицкого. Правда, в области религии Миндовг проявлял полнейшую веротерпимость, привлекая к себе на службу всех, кто мог быть ему полезен, не спрашивая: "Како веруешь?" В 1246 году Миндовг принял Православие, взяв христианское имя Василий. Кстати, по-гречески "Василий" означает "царь". Напомним, что в 1249 году Миндовг-Василий разбил татар Койдана. Но после неудач в войне с рыцарями Миндовг вынужден был заключить мир с Тевтонским орденом и принять католичество. Папа Римский Иннокентий IV объявил Миндовга королем. В современной Литве день коронации Миндовга, которым неизвестно на основании каких данных считается 6 июля, отмечается как национальный праздник. Впрочем вскоре Миндовг, укрепив власть, отказался от христианства и королевского титула. Он начал новую войну с крестоносцами, нанес им поражение. Победу литовцы отметили по древнему языческому обряду, принеся пленных рыцарей в жертву богам.

В 1263 году Миндовг был убит в результате заговора. Но небольшое чернорусское княжество Литва не развалилось. Сын Миндовга Войшелк правил уже как русский князь. Он не просто хранил верность Православию, но даже стал монахом, передав власть Галицкому князю, с которым был в свойстве. Впрочем, междоусобицы русских князей не пощадили и Войшелка, убитого по приказу Галицкого князя Льва. Литва отбила нападения крестоносцев, ее воины самого разного этнического происхождения и вероисповедания громили прорывающихся на земли Белой Руси татар. И вскоре начали "собирание русских земель".

После батыева нашествия на Руси возникло явление, которое на языке политологии называется вакуумом власти. Сильнейшие русские княжества были опустошены, разорены данью татарам, погибли тысячи воинов, лежали в пепелище города и крепости. И в этих условиях русские люди были готовы поддержать любую политическую силу, которая будет защищать от татар. И литовские князья не могли не воспользоваться этим. Поскольку в Литве скопились значительные военные силы, то вскоре русские княжества Белой Руси стали переходить под власть Литвы.

Строго говоря, в значительной степени расширение Литвы не было завоеванием. В начале XIV века власть литовских князей признало Полоцкое княжество, Берестейская земля с городом Брестом. Подлинным создателем Великого княжества Литовского и Русского стал князь Гедемин (1316-1341). Современник московского Ивана Калиты, Гедемин мог показаться несравненно более удачливым правителем. Ему не надо было вымаливать у хана ярлык на княжение, его дружины были многочисленны и закалены в битвах с рыцарями и татарами. Незатронутая татарским игом Литва продолжала быстро развиваться в хозяйственном и культурном отношении. Города продолжали богатеть. Гедемин, подобно Петру Великому, был не только монархом-полководцем, но и неутомимым строителем. Он сделал столицей своих владений славянский город Вильно, ранее существовавший под названием Кривич-город. Интересно, что самым древним памятником архитектуры Вильно является построенная при Гедемине Никольская церковь. С этого времени Вильно (белорусы называют его ласкательно "Вилоня") стал одним из важнейших центров русской культуры на западе исторической России. При Гедемине был построен город Бельщаны-Сток (ныне - Белосток). Пусть читателя не смущает, что ныне Вильно именуется Вильнюсом и является столицей маленькой Литвы, а Белосток находится на территории Польши. Виленщина и Белосточина исторически являются белорусскими землями. Впрочем, и поныне русские (в основном белорусы) составляют половину жителей Вильнюса и преобладают в населении Белостокского воеводства Польши.

В Великом княжестве (официально называвшемся княжеством Литовским, Русским и Жмудским), господствовали русская культура и язык, который был языком официального делопроизводства и который стал основой современного белорусского языка. Каждый литовский князь, получая в удел определенный город с прилегающей территорией, вступая на трон, принимал Православие. "Забывший" об этом князь Скиргайло, остававшийся язычником, при попытке въехать на княжение в Полоцк был посажен горожанами на плешивую кобылу и выгнан из города.

Литовские князья покровительствовали православным. Помимо Миндовга и Войшелка, следующие князья также исповедовали Православие. Так, сменивший Войшека Тройден жертвовал средства на строительство православных храмов, все его четыре сына были православными, причем один из них - Лавр, даже постригся в монахи под именем Елисея и построил в Новогрудке церковь Вознесения Господня. Из семи сыновей Гедемина православными были пятеро. Из рода гедеминовичей вышли самые аристократические роды России, стоявшие сразу после Рюриковичей. Гедеминовичами были Голицыны, Куракины, Хованские, Патрикеевы, Булгаковы, Мстиславские, Трубецкие, и ряд других. Ольгерд, сын Гедемина, был православным под именем Александр. При Ольгерде, княжившем в 1345-1377 гг., в Вильно были основаны Пятницкая церковь. На том месте, где были казнены "виленские мученики" возник Троицкий монастырь, Пречистенский собор, освященный митрополитом всея Руси Алексием, и каменная Никольская церковь.

Во второй половине XIV века освобождение русских земель литовскими князьями пошло стремительно. Князь Ольгерд Гедеминович разбил татар при Синих Водах в 1363 году (на 17 лет раньше Куликовской битвы) и занял Киев. Ольгерд освободил от власти татар почти всю Малую Русь (кроме Галицкого княжества, захваченного поляками). Также под властью Литвы оказались Смоленск, Брянск, и ряд мелких княжеств в верховьях Оки. Менее чем в 150 км от Москвы проходил рубеж Великого княжества Литовского. Сильное влияние Литва имела в Великом Новгороде. Большая часть русских земель была объединена Литвой. Сердцем этого княжества была Белая Русь. Казалось, еще немного - и вся Русь объединится под скипетром Гедеминовичей, и центром ее станет Вильно.

Вильно и Москва

В том, что не Вильно, а Москва собрала вокруг себя земли Руси, существует множество объяснений. Вероятно, главное заключается в том, что Литовская Русь была Белой, а Московская - Святой.

В 1385 г. князь Ягайло заключил с Польшей в местечке Крево т.н. Кревскую унию, в соответствии с которой Ягайло получал руку польской королевы Ядвиги и польскую корону в придачу, но за это должен был креститься по католическому обряду и крестить одновременно всю страну. Этот шаг оказался в конце концов роковым для Литовского княжества. Поскольку Великий князь и все привилегированные слои населения теперь стали иноверцами-католиками, "латыной", для православного русского населения Литовское княжество перестало быть "своим" государством, зато на роль духовного центра и место духовных устремлений русского населения современных Белоруссии и Украины стала выходить Москва - "Третий Рим", никогда не изменявшая Православию. Конечно, первоначально католики были в таком меньшинстве, что князья вынуждены были считаться с чувствами большинства своих подданных. После последнего выдающегося князя Витовта, проявлявшего удивительную для средневековья веротерпимость, умершего в 1430 году, история Великого княжества Литовского есть история его распада. Католическая феодальная верхушка, испытывавшая высокомерие и страх перед массой русского населения, все больше тяготела к Польше, королем которой по совместительству был Великий князь, перенимала польский язык и обычаи. Господствующая элита отреклась от веры предков, от своего языка, и даже от чувства верности своему государству. Своих соплеменников, упорно хранивших православную веру и русское самосознание, ополяченная католическая верхушка обирала так, как не сделали бы чужеземные захватчики. Нет, это говорится не о "новых русских", речь идет о господствующем слое Белой Руси.

Разумеется, Великое княжество Литовское еще долго было сильным и богатым государством. Не забудем, что сердцевина этого государства - Белая Русь, избегла татарского ига. В XV веке процветали города княжества - Полоцк, Вильно, Минск, Берестье. Кстати, по численности населения все эти города превосходили Москву. В Литовском княжестве возникли и новые города - Могилев, Бобруйск, Жлобин, Шклов и ряд других. 47 городов княжества имели самоуправление по Магдебургскому праву, из чего следовало, что в этих городах существовало достаточно многочисленное и богатое мещанство (в западной терминологии - бюргерство). Напомним, что согласно этому праву, города имели широкое самоуправление. Городом правила Рада, членами которой были богатые купцы ("патрициат"). В Вильно Рада имела 24 члена, из которых выбирались 12 бургомистров, и двое из них, представлявших католическую и православную общины, один год руководили городом. Городские жители - мещане должны были с оружием защищать свой город. В Витебске и Полоцке известны "мещане конные", которые несли службу как рыцари. Это означало, что многие мещане были достаточно обеспечены, чтобы приобрести коня и оружие, и хорошо подготовлены как воины.

Если в Московской Руси только в конце XIV века возобновилось каменное строительство, то в Литве давно и основательно строили замки, церкви католические и православные, дворцы знати. На Москве даже великий князь Василий Темный был "некнижен и неграмотен", а в Белой Руси творили замечательные мыслители. Для просвещенных белорусов было вполне возможно получать образование в Италии, Кракове или Праге, а ведь великороссы до Петра Великого за границу с учебными целями не ездили.

Белорусские мастера работали в Москве в Оружейной палате. Петр Мстиславец помогал Ивану Федорову в создании московской типографии. Вообще большинство "технических специалистов" в московском Пушечном дворе были белорусами.

Государственным языком в Литве даже после принятия Великим князем католичества оставался русский. Он несколько отличался от языка Московской Руси. Постепенно в нем все больше появлялось полонизмов и латинизмов. В католических странах средневековой Европы письменным языком преподавания, науки и всех канцелярий была латынь. Но в Литве позиции русского языка были очень сильны. Даже канцелярия виленского католического епископа для ведения хозяйственных дел использовала русский язык. Русский язык был государственным языком Великого княжества Литовского, и это закреплял Литовский Статут 1588 года, то есть своего рода конституция государства. Так, Статут, составленный, естественно, на русском языке, определенно гласил: "Писар земский маеть по руску литерами и словы русскими вси листы выписы, и позвы писати, а не иншим езыком и словы". (Кто из современных русских и белорусов не поймет этот текст XVI века?) Правда, постепенно среди католиков все более широко стал распространяться польский язык, в дальнейшем ставший языком всей аристократии Белой Руси.

В XVI веке Белая Русь дала одного из великих деятелей культуры, вполне равного своим современникам Ренессанса. Речь идет о Георгии или Франциске Скорине (1486-1551). Уроженец Полоцка, Скорина учился в Краковском университете, где получил степень бакалавра философии. Из-за существующих запретов для получения образования "схизматиками", Скорина, вероятно, тогда же перешел в католичество, получив имя Франциск. Вообще-то его вероисповедание остается неясным. Имени Франциск в православных святцах нет, но, с другой стороны, в его богословских трудах богословы не нашли никаких отходов от Православия. Вероятно, Скорина был "формальным католиком", то есть, подобно многим русским из Литвы и Польши перешел в католичество, чтобы получить образование, но тайно оставался православным. Кстати, так делали многие русские мыслители вплоть до эпохи Петра Великого. Такие деятели петровских реформ как Стефан Яворский и Феофан Прокопович также притворно переходили в католицизм с целью получения образования, недоступного для православных. В 1512 году Скорина в Падуанском университете в Италии сдал экзамен на степень доктора медицины. Но делом всей жизни просветителя стала издательская деятельность. В 1517 году в Праге Скорина выпустил печатную Псалтырь на русском языке (точнее, на том диалекте, который в дальнейшем стал белорусским языком). Далее Скорина выпустил еще несколько отдельных книг Библии. В 20-х гг. XVI века он переехал в Вильно, где и создал первую русскую типографию. Скорина выпустил еще ряд книг, отличавшихся высокими художественными достоинствами.

Великое княжество Литовское было сильной военной державой еще долгое время и после 1385 года. Именно состоящие из русских полки княжества сыграли главную роль в битве под Грюнвальдом - одной из самых грандиозных и кровавых битв европейского Средневековья, произошедшей 15 июля 1410 года.

И все же медленно, но верно, Литва распадалась. И одновременно все больше ополячивались и окатоличивались бояре княжества. Даже сам титул боярина вскоре был заменен латинским словом "магнат", что переводилось как "великий". Мелкие служилые люди стали именоваться на польский манер шляхтой. (Сейчас в России воры также предпочитают называть себя бизнесменами, а самые удачливые из них - олигархами). В отличие от самодержавной Москвы, в которой все сословия должны были служить государству, в Литве бояре имели только привилегии, но никому не должны были служить. Понятно, что вся энергия магнатов уходила на внутренние разборки, сопровождавшиеся сражениями, осадами городов и замков, а также на попойки, грубые развлечения и бессмысленную роскошь. Разумеется, "новые русские" Великого княжества Литовского любили ездить по Европе и сорить деньгами. Никого из историков не удивляет сообщение о том, что в 1515 году в Вену прибыл воевода Вильно с множеством слуг и оркестром из 100 музыкантов. Это был лишь один пример из множества. В целом магнаты Литвы имели в Европе XVI века такую же репутацию, как арабские шейхи нефтяных княжеств Персидского Залива в 70-х гг. ХХ века, или "новые русские" начала тысячелетия. Понятно, что такое мотовство рано или поздно разорит любую страну. И чем больше деградировали правящие магнаты, тем более рьяными католиками они становились и тем более алчно выжимали они все соки из белорусского крестьянина.

Полтора века после Кревской унии православные были не только большинством населения, но и были представлены в правящей элите. Многие литовские удельные князья, честно сражаясь за Великое княжество Литовское, одновременно были защитниками Православия и поборниками просвещения. В XV-XVI вв. род князей Острожских, происходивший из потомков Пинских князей, прославился как битвами с москвичами, так и покровительством уехавшему из Москвы первопечатнику Ивану Федорову.

Но постепенно православные превращались в людей второго сорта. Это не могло не вызвать соответствующей реакции. Начались "отъезды" православных князей и бояр в Москву. Разумеется, в Москве не могли не воспользоваться этим. В бесконечных московско-литовских войнах XV-XVI вв. перевес все склонялся в сторону Москвы. Литва потеряла Вязьму, Смоленск, Брянск, Стародуб, Дорогобуж, Мценск, Торопец, Чернигов, Гомель и другие территории.

Следует признать, что социальные порядки в Литве импонировали многим боярам в Москве. В самом деле, магнаты и шляхта были полными хозяевами в своих владениях. От собственного Великого князя они практически не зависели. Наиболее могущественные магнаты, заседавшие в Сейме (или в совете Паны-Рада) именовались Панами Радными, что означало полную независимость от Великого Князя. Магнаты рангом поменьше владели городами, выходили на войну со своими полками под собственным знаменем (хоругвью), поэтому назывались "панами хоруговыми". Мелкие шляхтичи в большинстве своем бедные и чаще всего безземельные, тем не менее, юридически были уравнены в правах с магнатами. В отличие от служилых дворян Московской Руси, обязанных нести государеву службу, шляхта считала себя ничем не обязанной государству. Словом, и крупные магнаты, и мелкие шляхтичи, распоряжались жизнью и смертью своих подданных. Магнаты нередко вели между собой войны, а шляхта составляла рядовых бойцов магнатских разборок.

Понятно, что московские бояре, особенно потомки удельных князей, считавшие царя всего лишь одним из них, мечтали установить такие же порядки и в Москве. И именно в Литву бежали последние удельные князья Великороссии (Тверской, Рязанский), а затем Курбский и другие противники Ивана Грозного. В период Смуты начала XVII века среди московского боярства нашлось весьма много предателей, желавших во имя своих узко боярских претензий расчленить Россию на мелкие княжества, и даже подчинить страну чужеземцами. Но в Московской Руси, к счастью, существовала самодержавная власть царя, опирающегося на служилое дворянство. И именно поэтому победителем в многовековом споре Москвы и Вильно оказалась именно Москва. Таков был результат многовекового исторического эксперимента.

Когда при Иване Грозном началась Ливонская война, Литва была после ряда поражений настолько ослаблена, что уже не могла существовать самостоятельно. Магнаты, однако, совершенно не желали присоединяться к Москве, понимая, что это будет означать конец их привилегий и самовластия. Они предпочли присоединиться к стране, в которой порядки были похожи на литовские.

В 1569 г. Литва как государство самоликвидировалось в результате еще одной, Люблинской, унии, составив с Польшей новое государство - Речь Посполитую. Впрочем, Речь Посполитая страдала теми же болезнями что и Литва.

Правила страной постоянно раздираемая сварами магнатская католическая польская и ополяченная аристократия, считавшая единственно достойным шляхтича занятием безделье. После объединения с Польшей произошло окончательное окатоличивание и ополячивание почти всей аристократии. Еще недавно православные князья гедеминовой и рюриковой крови - Ходкевичи, Тышкевичи, Вишневецкие, Острожские, Сангушко, Огинские, Сапеги, Чарторыйские, превратились в польскую аристократию, совершенно оттеснив на задний план польскую знать из коренных поляков. Из евреев состояла большая часть городского населения, занимавшаяся ростовщичеством, торговлей, содержанием кабаков. Кроме того, учитывая презрение благородных панов к работе, из евреев в основном были управляющие шляхетских имений, нещадно эксплуатировавшие православное крестьянское "быдло". Не случайно возникла поговорка: "Нет пана без Абрама".

Но если паны издевались лишь над телами белорусов, то католическая церковь пыталась вытравить из народа Белой Руси его русскую душу. Каких только ухищрений не придумывали в Ватикане с целью окатоличевания белорусов! Только католик мог занимать даже самые незначительные административные должности, получать образование в университетах и коллегиумах Речи Посполитой. Существовало множество оскорбительных для православных запретов и ограничений, одно перечисление которых займет много места. Впрочем, все то же самое, лишь с поправкой на технологические достижения конца XX в., существует в отношении русских в новоявленных постсоветских "государствах", и лишь Белоруссия составляет счастливое исключение. Вероятно, сильна у белорусов и их национальных лидеров генетическая память о тех временах, когда их предки были такими же "русскоязычными".

Видя, что просвещенные и имущие слои в Белой Руси почти полностью стали ревностными католиками, а простой народ упорно держится за православную веру отцов, Ватикан и его знаменитый Орден Иезуитов решили окатоличить белорусов не мытьем, так катаньем. С этой целью была создана существующая и поныне на Западной Украине т.н. греко-римская, или же униатская церковь, сохранившая большинство православных обрядов, но подчинившаяся Римскому папе. Очередная, на сей раз церковная уния была провозглашена иерархами - вероотступниками на церковном соборе в Брест-Литовске в 1596 г.

Город Брест имеет печальную славу города, где трижды произошли события, раскалывавшие русское единство. В 1596 г. здесь была церковная уния, последствия которой мы воочию видим в Галиции, почти оторвавшейся от восточного славянства. В 1918 г. здесь был подписан большевиками Брестский мир с немцами, последствием которого была Гражданская война и появление ряда псевдогосударств на территории прежней Российской Империи. И, наконец, в декабре 1991 г. три президента, собравшись в Беловежской пуще, неподалеку от Бреста, провозгласили "роспуск" СССР (словно сверхдержаву можно распустить, подписав бумажку!)
Униатство так и не удалось сделать религией белорусов. Эту гибридную религию пытались навязать огнем и мечом два века подряд, но успехи польских панов были незначительными. Белорусы стойко сопротивлялись попытке "объуниатить" их. В 1623 году в Витебске в результате восстания горожан был убит чрезмерный поборник унии Иосафат Кунцевич. Впоследствии Ватикан канонизировал его как святого! В 1633 году в Полоцке было совершено покушение на ретивого архиерея униатов Семеву. Покушавшиеся были схвачены, но толпа горожан отбила их у стражников. Вот таким было отношение белорусов к унии! Впрочем, и южнее, на Украине, к униатам относились точно также. Запорожские казаки истребляли унию любыми способами. Надо быть слабым на голову или быть украинским самостийником из Галиции, чтобы после всего этого считать унию "национальной верой".

Итак, Литовская Белая Русь, которая не была завоевана ни татарами, ни поляками, из-за национальной измены своей правящей элиты, усвоившей западные ценности в виде католицизма, польского языка и шляхетской вольности, превратилась в нищую закабаленную польскую провинцию. Не таков ли был бы удел всей Руси, вступи она на путь озападнивания и вхождения в "мировую (т.е. западную) цивилизацию"?
Сергей Викторович Лебедев, доктор философских наук, профессор
Григорий Васильевич Стельмашук, доктор философских наук, профессор



РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме