Русская народная линия
информационно-аналитическая служба
Православие  Самодержавие  Народность

О силе Преображения

Людмила  Ильюнина, Русская народная линия

26.08.2005


К выходу книги митрополита Амфилохия (Радовича) "Человек - носитель вечной жизни" …

Недавно изданная Сретенским монастырем книга митрополита Амфилохия (Радовича) из серии "Православное богословие" напоминает нам о том, о чем "напоминать никогда не вредно", - о мистике христианства, об учении исихастов о Фаворском свете Преображения.

За последнее десятилетие мы уже привыкли к "социальному православию", "политическому православию", "интеллектуальному православию", "деловому православию" и прочим разновидностям, которые так или иначе вполне согласуются с "ветхим человеком". Беседуя с самыми разными "прихожанами со стажем", приходилось слышать: "Ну, "Добротолюбие" мы теперь уже не читаем. Не та жизнь. Это писания сугубо монашеские, да даже и для монахов сейчас, в наше время, они тоже трудно исполнимы. Сейчас нужно дело делать, а не книжки читать".

Идеал деятельного христианина преподносят нам сейчас и все современные православные СМИ, к этому призывают с амвонов, и с преподавательских кафедр. Так то оно так. Все правильно: христианство, православие должно занимать активную позицию в жизни. Однако ведь недаром Церковь постоянно напоминает нам слова Спасителя: "Марфо, Марфо, печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу; Мария же благую часть избра, яже не отнимется от нея" (Лк. 10, 41-42). И по себе знаешь: стоит только с головой погрузиться в работу (как будто и душеспасительную) и в необходимые домашние заботы, как наше сердце становится пустым. Никогда не забуду, как мой приснопоминаемый духовник протоиерей Александр Козлов, когда я ему жаловалась на плохое внутреннее состояние, на непонятную мне тяготу душевную, всегда говорил: "Осуетилась, наверное. Слишком много на себя берешь. Остановись". Но тогда (двадцать лет назад) было другое время, тогда вся деятельность была вне церкви, и казалось, что пустота душевная посещает именно от того, что ты о пустом суетишься. А теперь оказалось, что и "православная работа" (работа в православных СМИ и издательствах, как в моем случае, или даже в свечной лавке, на церковной стройке, на приходе) может привести к тем же последствиям. Потому что мы забываем, ради чего мы все это делаем. Ради чего мы вообще живем. Может быть, я ошибаюсь, но в последнее время как-то даже неприлично стало в православной среде вести разговоры о духовных вещах (что процветало еще лет пять-десять назад, может быть и в несколько экзальтированном виде), - мы обсуждаем политические перемены (в государстве и в Церкви), мы передаем новости о знакомых, мы, в лучшем случае, сообщаем друг другу о книжных новинках или наиболее интересных статьях, фильмах, радио и телепередачах, - то есть, говорим только о внешнем, общаемся на внешнем уровне. Один монастырский духовник как-то сказал: "Представляете, никто не приходит с духовными проблемами, вся жизнь протекает только на бытовом уровне, - это теперь норма".

Книга митрополита Амфилохия заставляет увидеть ущербность нашего "марфиного христианства" (хотя теперь мы имеем и богословские оправдания делания Марфы); читая ее, обнаруживаешь, как мы себя обкрадываем, как во внешней деятельности (неважно какой, практической или даже интеллектуальной) мы теряем память (не говорю уже об опыте) о глубинной сущности православия, о том, что прп.Серафим Саровский назвал "целью христианской жизни".

Эта книга о Преображении, о том, что задача каждого христианина состоит в нравственном преображении: преобразить свой ум покаянием (метанойя), преобразить свои чувства борьбой с помыслами, преобразить свою жизнь, свои поступки стремлением жить по заповедям, преобразить всего своего "ветхого человека". А как это делается - об этом учили христианские мистики. Потому митрополит Амфилохий призывает именно к тому, чтобы вернуться к отцам. И на основе их опыта строить воспитание, образование, устроение души христианина (а "иное все приложится").

"Исихасты были и остаются свидетелями возможности и необходимости для человека во все времена освоения Божественной бесконечности, сокровенно-открытой в глубине каждого человеческого сердца, по ту сторону его; в "сердце" космоса и его последней тайны и по ту сторону этой тайны", - так напоминает нам митрополит Амфилохий о нашей глубине и справедливо описывает наше бегство от этой глубины: "Человек, осваивая пространства и миры вокруг себя, как будто забыл о множестве бескрайних миров внутри себя. Внешнее процветание нашей технократической цивилизации сопровождается все большим нравственным увяданием, бесчувствием. Неутолимая человеческая жажда освоения внешних просторов искалечила внутреннее в человеке, и вследствие этого взаимоотношения людей и обществ между собой. Человек, словно река, вышел из своих берегов и оказался в опасности, что русло этой реки высохнет под палящими лучами солнца и исчезнет с лица земли".

Последнее утверждение верно не только по отношению к атеистическому миру, но и к нам, кто исповедует себя христианами в наше время. Потому что наши жизненные установки полностью противоположны тем, по которым жили подвижники. "Основным принципом исихазма", - пишет митрополит Амфилохий, - "было - прежде быть, а потом делать. Первое - корень и источник второго; второе немыслимо без первого, первое должно открываться и исполняться вторым. Человек должен встретить живого Бога и только потом убежденно и верно исповедовать Его святую и неизреченную тайну".

Наш принцип - делать, в первую очередь делать, и при этом чаще всего казаться, а не быть. Даже наше посещение богослужений, участие в таинствах исповеди и Причастия мы теперь воспринимаем в деятельных категориях: "Я должен каждое воскресенье и по праздникам быть в церкви, я должен регулярно исповедоваться и причащаться". Конечно, и в этой позиции есть аскетика (иногда приходится заставлять себя быть примерным прихожанином), но это, опять-таки аскетика внешнего христианства. О сути внутреннего христианства, когда то же регулярное участие в богослужениях и в таинствах приобретает совсем другой смысл (не юридический, а духовный) напоминает митрополит Амфилохий : "Бог, по опыту исихастов, если можно так выразиться, - сокровенно-отсутствующее присутствие. Он - Царство Божие в нас, он - Фаворский Свет, слава лика Христова, которую узрели апостолы на горе Фавор, реально присутствующая во всех, кто верой и добродетельной жизнью подготовил для нее место в своем сердце.

Это пребывание в нас Бога и нас в Боге, так же как и наше соединение в вечной Божественной славе и преображение в Божественном свете относится ко всему психофизическому существованию человека".

Нам нужно "развязать душе крылья, освободить ее для Божественной бесконечности", а для этого следует ценить внутреннее достояние (молитву, покаяние) больше, чем внешнее. И, между прочим, люди неверующие, нецерковные, хотят увидеть в людях церкви именно такую направленность. Об этом пишет митрополит Амфилохий: "Уставший от внешнего мира и разочарованный секулярным городом, все более осознающий пустоту современной цивилизации, человек неизбежно возвращается к потерянному и презираемому внутреннему миру своей души..." Человек ищет именно преображения, исцеления, а не знакомства с новым знанием, новым учением, ему нужно не получение новой информации, а свидетельство о возможности иного бытия - о тех людях, которые достигли обожения уже при земной жизни.

В этом смысле характерен опыт последнего времени: появившиеся недавно хорошо проплачиваемые православные издания, - яркие, иллюстративные, но явно стремящиеся быть доступными именно за счет утраты глубины, серьезные читатели (верующие и неверующие) воспринимают как очередное чтение "для хорошего пищеварения", как талантливо поданную, и вполне встраивающуюся в привычный взгляд на мир информацию, и не более того. Менять жизнь, преображаться после такого чтения не захочется. Самый банальный вывод, который делают нецерковные читатели таких журналов: "А верующие, оказывается, тоже люди. У них только все по-другому называется, а в принципе живут, как все". К таким выводам приводят интервью с верующими владельцами ресторанов, известными певцами, режиссерами, художниками и пр...О святости, о святынях в этих изданиях рассказывается в жанре этнографического эссе, так, что с первого раза все становится "ясно и понятно" и ни во что не надо углубляться, и меняться тоже не нужно, - получил новую информацию, запомнил или, скорее всего, быстро забыл это новое - и живи, как жил.

Верующий же человек из такого издания может получить выборочную информацию, которая нужна ему для каких-то практических целей (использовать для подготовки к занятиям с детьми, узнать о новых местах паломничества, может быть, найти новую работу и новые знакомства), но свидетельств о духовности подлинной, а не культурологически поданной, он в таком издании и искать не будет. Он будет искать только новую информацию, как и во всяком периодическом светском издании, - и не более того.

Преображающее же душу слово, как пишет митрополит Амфилохий это не новая информация, которая сегодня актуальна, а завтра уже нет, оно "никогда не устареет, потому что затрагивает вечное в человеке - то, что изнутри озаряет человеческое сознание и подсознание, все уровни человеческого существа вообще, в какую бы эпоху и в каких бы исторических условиях не жил человек". Потому и в наше время, может быть особенно в наше время, нам нужно стремится к тому, чтобы не растерять, то ценное, глубинное знание о мире и человеке, которое оставили нам отцы, а не к популярности. И, между прочим, на опыте замечено: именно эта верность традиции и, может быть на первый взгляд непонятность, таинственность привлекает людей сомневающихся, ищущих гораздо больше, чем "клиповое православие"...

На какой бы странице мы ни открыли книгу "Человек - носитель вечной жизни", мы находим в ней свидетельство об этой верности опыту отцов, а также о том, что всю нашу жизнь мы должны просить "дух прав обнови во мне", - о нашем преображении. "Перемена личности христианина заключается, как думают многие, не во внешней форме или в какой-то его инаковости, по сравнению с другими людьми. Эта разница состоит в обновлении ума и в спокойствии помыслов. Божия любовь и стремление к небесному - вот чем отличается христианин от всех других людей и благодаря этому становится новой тварью. Ради этого Сам Господь пришел в мир и вочеловечился".

В дни великого праздника Преображения заглянем в свое сердце и спросим себя: есть ли во мне стремление к небесному? Может ли моей души коснуться свет Преображения или доступ для него закрыт глыбами грехов и суетой, жизнью по "законам мира сего"? И, если мы будем честными сами с собой, то нам придется ответить: "О небесном я забываю в своей жизненной круговерти. И даже подвожу под это состояние теоретическую базу - "сейчас так нужно жить, о спасении души будем думать на старости лет, а сейчас нужно крутиться". Я забываю о том, что для нас сделал Господь, мое сердце спит".

Неслучайно праздник Преображения приходится на постные дни, потому что в нашем состоянии, пожалуй, единственное, что мы можем принести, на горе Фаворе преобразившему Господу, это наше покаяние, наш плач о том, что мы вместо того, чтобы восходить на гору Преображения, постоянно валяемся на земле, о том, что "сон лености моея" смежил наши внутренние очи и мы слепы и глухи к небесному зову.
"Просвети одеяние души моея, Светодавче и спаси мя".


РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.


Форма для пожертвования QIWI:

Вам выставят счет на ваш номер телефона, оплатить его можно будет в ближайшем терминале QIWI, деньги с телефона автоматически сниматься не будут, читайте инструкцию!

Мобильный телефон (пример: 9057772233)
Сумма руб. коп.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)

Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Комментариев 0

Комментарии

Сортировать комментарии по дате / по голосам / по порядку

Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи. Необходимо быть зарегистрированным и войти на сайт.

Введите здесь логин, полученный при регистрации
Введите пароль

Напомнить пароль
Зарегистрироваться

 

Другие статьи этого автора

все статьи автора

Другие статьи этого дня

Другие статьи по этой теме